Читать онлайн «Формула гениальности». Страница 80

Несмотря на свою молодость, господин Алиманов тремя своими трудами «Проблема гениальности и современное естествознание», «Опыты по усилению доязыкового мышления у низших животных» и «Биохимическая индивидуальность гения» выдвинулся в число самых больших ученых современности и на сегодняшний день является единственным мировым авторитетом по проблеме гениальности. Последнее же открытие обнаружило всю силу научного гения господина Алиманова, всю мощь его научных идей…

Наркес сидел в первом ряду, слегка наклонив вперед голову и внимательно слушая доклад.

– …Без сомнения, – продолжал Уилфред Шуберг, – господин Алиманов в своей новой научной монографии подробно опишет все принципы своего открытия, теоретически обоснует все предпосылки, выводы и следствия, проистекающие из него, и это будет книга, которая переделает мир.

Некогда выдающийся физик XX века Нильс Бор сказал: «Наше проникновение в мир атомов, до сих пор скрытый от глаз человека, несомненно, является смелым предприятием, которое можно сравнить с великими, полными открытий кругосветными путешествиями и дерзкими исследованиями астрономов, проникших в глубины мирового пространства». Открытие же формулы гениальности – закона усиления способностей и интеллекта человека, наиболее фундаментального закона духовного мира, можно сравнить только с открытием новой, еще неведомой человечеству гигантской планеты, все материки и океаны которой еще предстоит исследовать.

Господин Алиманов положил начало новой науке, у которой еще нет названия, но которая, бесспорно, в ближайшем будущем явится величайшей из всех известных ныне областей знания. Благодаря открытию универсального принципа усиления человеческих способностей вплоть до гениальности и до самых высших ее классов стало возможным появление новых титанов художественной и научной мысли, таких, как Микеланджело, Леонардо да Винчи, Бетховен, Ньютон, Кеплер, Эйнштейн и другие. Не надо обладать особым историческим мышлением, чтобы понять, что господину Алиманову предстоит оставить в человечестве след неизмеримо более глубокий, чем многим известным нам историческим личностям и, я бы сказал, чем многим известным нам большим державам.

В заключение разрешите мне сказать, что я глубоко счастлив от всей души поздравить нашего лауреата, выдающегося ученого современности господина Алиманова.

Кончив доклад, Шуберг сердечно обратился к Наркесу по-английски:

– Господин Алиманов, прошу вас сойти в зал и принять из рук Его Величества Нобелевскую премию 2015 года в области медицины и физиологии, присужденную вам Шведской Академией наук. В наступившем вслед за тем глубоком молчании Наркес медленно сошел по ступеням эстрады к королю, вставшему ему навстречу. Поднялся в это время весь зал, затаив дыхание, чтобы слышать, что скажет король ученому и что ученый ответит ему. Монарх приветствовал Наркеса и в его лице всю советскую науку особенно радушным и крепким рукопожатием. С учтивым и легким наклоном головы Наркес ответил по-английски:

– Ваше Величество, я прошу принять выражение моей глубокой и искренней благодарности.

Слова его потонули в рукоплесканиях.

Тотчас же после окончания торжества лауреатов повезли на банкет, который им давал Нобелевский комитет. Наркес знал, что на банкете будет председательствовать кронпринц.

Когда лауреаты приехали, там уже были в сборе все члены Академии, весь королевский дом и двор, дипломатический корпус, художественный мир Стокгольма и другие приглашенные.

К столу идут в первой паре кронпринц и Шолпан, которая сядет потом рядом с ним в центре стола.

Место Наркеса рядом с принцессой Маргарет, напротив брата короля, принца Вильгельма.

Кронпринц открыл застольные речи. Он произнес блестящую короткую речь, посвященную памяти Альфреда Нобеля.

Затем наступил черед говорить лауреатам. Принц говорил со своего места. Лауреаты же с особой трибуны, которая была устроена в глубине банкетного зала, тоже необыкновенно огромной, построенной в старинном шведском стиле.

Радиоприемник разносил слова лауреатов с этой эстрады по всему миру.

Когда настал черед произносить речь Наркесу, он неторопливо прошел на эстраду. Встав за трибуной и окинув взглядом безмолвствующий в ожидании его слов зал, он так же неторопливо начал:

– Уважаемые члены Шведской Академии! Дамы и господа!

Поскольку по роду своих занятий я ученый, то разрешите мне свою краткую речь посвятить науке.

Науку часто сравнивают с ящиком Пандоры, который, однажды открывшись, уже не может больше закрыться. Немало для подобных утверждений дали трагические последствия открытия атомного оружия в середине прошлого двадцатого века. С тех пор не прошло и столетия, но каких неизмеримо огромных успехов достигла вся современная наука. Наше видение мира, без сомнения, также несовершенно, но мы, по крайней мере, сознаем, что принимаем участие в игре, гораздо более грандиозной, чем считали в древние времена. И тем не менее мы не можем забыть, что величайшие успехи сегодняшней науки подготовлены самоотверженным трудом бесчисленных поколений ученых земли, начиная от египетских жрецов и ученых древности – Вавилона, Индии, Китая, Греции – и кончая ее современными представителями. Если мы видим дальше других, то только потому, что стоим на плечах гигантов, как хорошо сказал Ньютон.

Здесь я хочу высказать одну несколько парадоксальную мысль. Как известно, разный уровень знаний человека влечет за собой и разный уровень его нравственности. Я глубоко убежден в том, что только разум, достигший высочайшего, т е. всестороннего своего развития и могущества, – а не только развития способностей в одном направлении, – способен привести человека к высочайшей нравственности. Все орудия массового уничтожения во все века создавались учеными, достигшими больших познаний только в одной узко специализированной области, но лишенными энциклопедических знаний величайших гуманистов. В этом объеме знаний состоит коренная разница между ученым-специалистом в одной области и энциклопедистом. Этот же объем знаний, я повторяю, является решающим условием различия между обычной и высочайшей нравственностью. У нас нет выбора. Если мы не хотим погибнуть как биологический вид, то единственный путь для нас состоит в стремлении к высочайшему расцвету знаний и интеллекта, а через него и к высочайшей нравственности, исключающей всякие войны между народами. Высшая нравственность неизбежно является следствием высших знаний – таков наиболее фундаментальный закон этого удивительного мира.