Читать онлайн «Французская магия». Страница 34

- А теперь мы займемся анализом тактики в разных условиях, - Аврор вылил в Омут памяти содержимое еще нескольких бутыльков.

Присоединившийся к нам в самом конце занятия Жан-Клод казался необыкновенно взволнованным.

- Мистер Поттер, я получил ответ от Аврелия Цимуса. Он ждет вас через три дня в родовом замке на склоне Синьяль-де-Сен-Пьер, и передал со своим письмом портал, который сработает пятого июля в десять утра. Он сказал, что ждет с визитом только вас, без сопровождающих, и как бы мне ни хотелось присутствовать при вашем разговоре - я бы рекомендовал вам принять его условия. Неизвестно, как отреагирует защита замка на постороннего.

- Спасибо, мистер Делакур.

5 июля 1995 года. Особняк Блеков.

Сириус Блек в сомнении остановился возле створок, скрывавших от посторонних глаз портрет его давно покойной матушки. Мысленно он снова и снова переживал тот последний разговор, состоявшийся между ними, когда он, отказавшись от идеалов семьи, присоединился к сторонникам Дамблдора. Впрочем, отношения между ними стали накаляться еще когда мятежный Блек поступил на Гриффиндор, вместо того, чтобы, как подобает отпрыску старинного темного рода, учиться на Слизерине или, на самый крайний случай - в Рейвенкло.

Тогда мать прокляла его, сказав, что он еще пожалеет о смене стороны, но Сириус только рассмеялся в лицо темной волшебнице, а вот сейчас постепенно понимал, к чему привела его поддержка дражайшего Дамблдора. Много лет в Азкабане по подложному обвинению. Крестник в руках ненавидящих магию опекунов, и слава Мерлину, что у Гарри хватило ума убраться на время из Англии, обманув всех приставленных к нему соглядатаев и утерев нос директору. Неприязнь директора к знаниям старинных чистокровных семей и его политика, в ходе которой многие вещи попросту объявлялись черной магией и уничтожались, а мало что понимающие в по-настоящему сильном и сложном волшебстве магглорожденные и полукровки с радостью следовали за мудрым наставником, который очень хорошо промывал мозги всем учащимся Хогвартса. Против собственно магглорожденных Сириус, как и не принадлежавшие к радикалам аристократы, ничего не имел, но вот их неуважение к традициям, нежелание понимать, что аристократы не зря держатся за чистоту крови, сохраняя родовые знания и способности, вызывало у него раздражение. Главной же бедой было то, что сторонники Дамблдора активно эти знания уничтожали, стремясь привести к более "свободной" жизни и свободному выбору всех, до кого могли дотянуться. Даже те самые, откровенно презираемые теперь Сириусом Уизли когда-то были довольно сильным родом с множеством тайн, но... примкнув к Дамблдору и разбавив сверх меры кровь, лишились домовиков, родовой магии, а потом и состояния вместе с положением в обществе. Смерть последних Прюэттов, Поттеров, многих других достойнейших людей, потомков древних и известных семей, вошедших в Первую войну в Орден Феникса, тоже была на совести директора - надеявшиеся на Дамблдора люди увязли в бесконечной говорильне, а реальной пользы Орден за всю войну так и не принес.

Глубже вздохнув, Сириус потянулся к амбарному замку на створках. Камин заблокирован, как и входные двери, новые слои заклинаний легли на старый дом, в результате чего даже магу уровня Дамблдора вход в дом был перекрыт. И все что для этого потребовалось - пролить пригоршню крови наследника рода Блеков в заклинательной комнате глубоко под землей. Даже Дамблдор не смог бы пройти туда - только члены рода могли получить по-настоящему полный контроль над магией особняка, легко разрушившей созданный директором Фиделиус. Но спустя пару минут на дом упал Фиделиус, созданный самим Сириусом, так что безопасность родового гнезда не страдала.

- Мерзкий предатель рода! Позор моих седин! - Первое, что услышал Сириус от портрета.

- Ты права, матушка. - Коротко ответил он Вальбурге, в ярости смотревшей на последнего Блека с холста. Такое начало разговора заставило разозленную волшебницу подавиться заранее заготовленной фразой. - Ты во всем была права, а я ошибался. Но не жди, что я откажусь от памяти о Джеймсе Поттере - он был настоящим другом и соратником.

- Значит, ты все же включил свои мозги, сын. - Жестко глядя на своего потомка, протянула ведьма. - И что же заставило тебя сомневаться в твоих тогдашних решениях?

- Дамблдор предал меня, и по ложному обвинению отправил на двенадцать лет в Азкабан. - Сириус горько усмехнулся. - А когда я сумел сбежать - не сделал ничего, чтобы оправдать меня, хотя у него и было свидетельство моего крестника и его друзей, что эта паршивая крыса Питтегрю все еще жив.

- И что ты теперь хочешь от меня и от себя? - Ведьма смотрела на своего сына с некоторым волнением.

- Восстановить магию и славу древнего темного рода. И стать его полноправным главой. - Последовал жесткий ответ вернувшегося в семью спустя двадцать лет блудного сына.

Тот же день. Поместье Делакуров.

Я с волнением смотрел на лежавший передо мной портал в виде маленькой статуэтки тигра с оскаленной пастью. Тщательно подготовившись к этому визиту, одевшись в дорогую мантию, я, тем не менее, слегка нервничал перед встречей с самым опасным магом Франции и, возможно, всей Европы.

- Удачи, - стоявшая рядом Флёр поцеловала меня в щеку.

С последним ударом часов сработавший портал унес меня из гостеприимного поместья Делакуров в неизвестность.

Когда круговерть красок в моих глазах несколько улеглась, я обнаружил себя стоящим в полностью пустой комнате, высеченной, казалось, в сердце гранитной скалы. Только пара светильников под потолком освещала небольшое помещение, с дрожащими от наполнявшей их магии стенами. Я заранее посочувствовал тому, кто попытается прорваться через портальную комнату силой.

Сквозь открытую дверь, толщиной чуть ли не в мою ногу, испещренную многообразными руническими узорами, пробивался яркий свет. Поглубже вдохнув и оправив на плечах мантию, я пошел вперед.

Открывшийся передо мной узкий коридор поражал аскетизмом - голые каменные стены, в которые кое-где были воткнуты стальные крюки с ярко горящими магическими светильниками, рунические узоры на стенах, полу и потолке, пылающие от вложенных сил. Видимо - следующая ступень обороны замка.

И наконец - жилое помещение - громадный бальный зал, со стенами, покрытыми потемневшими от времени знаменами и штандартами, расставленными по периметру начищенными стальными и даже серебряными доспехами со сверкающими клинками в руках. В дальней части здания горел большой камин, бросавший на полированный пол и стоявшие вдоль стен доспехи причудливые блики. В одном из трех кресел возле камина спиной ко мне сидел человек в серой мантии.