Читать онлайн «Незримое, или Война в иномирье. Монасюк А. В.: Из хроник жизни – удивительной и многообразной. Книга вторая». Страница 44

Клекотал черный петух, которому перерезали горло ритуальным ножом, кровь лилась на фотографическое изображение очередной проклятой жрецами вуду жертвы, и Кхрна, потрясающий ножом, просто-таки чувствовал вкус крови из чаши, к которой прикладывались поочередно все участники колдовского действа…

Нужно заметить, что подобные темные дела – не редкость на Гаити.

Когда-то французские колонизаторы с очередной партией рабов случайно завезли на остров представителей небольшого африканского племени, обитавших в глубине лесов Берега Слоновой кости.

Именно в этой местности Африки находились развалины некоего капища, по времени относящегося к давно исчезнувшей цивилизации.

Теперь уже никто не сможет узнать, как колдун африканского племени овладел древними черными знаниями, но факт остается фактом – на Гаити оказались особые условия, и когда он оказался в толпе рабов, привезенных на далекий от Африки остров, африканский культ быстро распространился в среде рабов.

Может быть, этого бы и не произошло, если бы несколько семей французов-колонизаторов не поощряли своих рабов, исповедующих в открытую новую черную религию и развивающих свое умение.

Например, именно на Гаити был придуман состав порошка, позволяющего умерщвлять людей и превращать их после смерти в зомби – живых мертвецов, абсолютно лишенных воли и поэтому становившихся покорными рабами чернокожих рабов-гаитян.

Причем особое изощренное удовольствие жрецов вуду, владеющих умением создавать зомби и использующих их труд на расположенных в труднодоступных лесных чащах плантациях, состояло в том, что чернокожие колдуны-рабы зомбировали БЕЛЫХ.

Именно белокожие зомби, становившиеся безвольными мертвоживыми куклами чернокожих рабов, позволяли последним как бы мстить белым таким образом за унижения, испытываемые от своих французских хозяев, которые не то, что не считали чернокожих людьми, но относились к ним, как к животным.

По некоторым версиям современных историков Туссен-Лувертюр, во время Великой французской буржуазной революции поднявший восстание рабов на Гаити, именно потому и был долгое время неуязвимым, что являлся колдуном вуду, причем сильным колдуном.

Как бы то ни было, традиция сохранилась, поэтому Туси Кхрна, один из жрецов вуду, как и его предшественники в далекие времена рабовладения, очень любил, выбрав на городской улице красивого белого парня, проследить за ним, дунуть где-нибудь в безлюдном месте своей жертве в лицо магический порошок и затем, после похорон, через некоторое время откопать и оживить зомбированного покойника.

И еще один белокожий становился мертвоживым рабом в лесной чаще, на плантации колдуна.

Но однажды Кхрна совершил ошибку, как оказалось – роковую. По незнанию он убил и украл тело сына начальника полиции Лионгардена.

На его несчастье, именно в этом управлении двое полицейских не так давно лишились детей, павших, по всеобщему мнению, в результате происков вудуистов, которых среди жителей города было несколько десятков.

А так как за неделю до гибели Жюля, сына комиссара Люмьера, в окрестных лесах исчезли два полицейских детектива, которые искали следы трупов детей своих коллег, то последнее событие вызвало взрыв возмущения.

Родители погибших, друзья и просто коллеги пропавших полицейских решили поступить не по закону, а по справедливости.

Вооружившись автоматами, ночью, они проследили за вудуистами, которые собрались на место своих обычных черных действ, и просто-напросто расстреляли всех в упор огнем из атоматического оружия.

Затем на краю поляны был аккуратно срезан и снят зеленый дерн, вырыта глубокая яма, в которую побросали трупы мертвых вудуистов, предметы их зловещих ритуалов, щедро полили бензином и подожгли. Все время, пока тела превращались в пепел, из ямы раздавались жуткие крики. Тогда кто-то из полицейских бросил в яму с огнем сначала одну, потом вторую гранату. Вслед за этим туда полетели десятки гранат, и лишь после того, как тела разорвало на части, крики утихли. Но через некоторое время из ямы вдруг поднялся клуб особенно черного дыма, который принял форму какой-то фигуры, быстро унесшейся в лес.

Когда все сгорело, яму закопали, сверху аккуратно уложили ранее снятый дерн.

С подъхавшей машины сгрузили огромный каменный валун, который водрузили прямо на середину коллективной могилы вудуистов.

После этого, здесь же, Люмьер, построив всех участников в шеренгу, подходил к каждому и брал именем Христа клятву, что все происшедшее останется навечно лишь их тайной.

Никто не знал, что все это видел Туси Кхрна, который случайно перед расстрелом отошел в лес, чтобы справить малую нужду, и, стоя за деревом, увидел крадущихся полицейских.

Он упал на землю и замер. Он увидел все. А его так никто и не заметил, как и то обстоятельство, что именно в сторону Туси улетел дух из пламени, который не исчез в лесу, а слился воедино с единственным оставшимся в живых жрецом вуду.

Когда поляна опустела, Туси Кхрна дождался рассвета, потом украдкой, таясь от всех, добрался до порта и незаметно для экипажа сел на ближайший отправляющийся из Лионгардена океанский грузовой корабль.

Когда его обнаружили, то решили использовать в качестве палубного матроса – не выбрасывать же зайца за борт…

Судно шло через Средиземное море и Суэцкий канал в Индонезию.

Так Туси Кхрна оказался в маленьком городке Робертсвиле, на архипелаге Того-Паго, и лишь здесь постепенно почувствовал себя в безопасности.

Но вот во сне иногда он вновь переживал видение горящих в яме, корчащихся и кричавших тел, и тогда, проснувшись, весь день ходил, пригибаясь и прячась от всех…

Но уже через день забывал о своих страхах.

Важного гостя принимал Павел Абрамович Осиновский в своем кабинете в лондонском офисе.

Он вылетел в Лондон сразу же после встречи с Монасюком. Причиной послужил звонок из Москвы.

Давний сторонник Осиновского, волей случая оказавшийся в кремлевской администрации, причем рядом с президентом России и в немалой должности, позвонил Павлу Абрамовичу и потребовал немедленной встречи.

Карл Иванович Лициус, эстонец по национальности, но россиянин по гражданству, занимался в администрации президента России иностранными делами.

Сам по себе звонок от него был событием чрезвычайным – Карл Иванович был очень осторожным человеком, встречались они с Осиновским лишь один раз в год, когда Лициус с семьей уезжал в отпуск отдохнуть на исторической родине – в Эстонии, куда приезжал в это время и Осиновский. А уж звонил Карл Иванович Осиновскому всего раза три за последние несколько лет.