Читать онлайн «В краю молчаливого эха». Страница 79

Из беззубого рта, напоминавшего больше вонючую яму, высунулся длинный язык. Он живо облизал пальцы, ладонь, отставляя блестящую широкую полосу желтоватой слюны.

— Та-ак! — просипела старуха. — Чую, слаба она ещё.

— Да уж не Ядвига! — недовольно хмыкнула Полина.

— Цыц мне! Раскудахтались! Ясно дело, что не Ядвига!

Старуха обернулась на девушек и те тут же потупили взор.

— А ты, дочка, не бойся, — уже более мягким тоном сказала Перехта. — Тут тебя никто не обидит.

Старуха попыталась ласково погладить девочку по голове. Но вышло так, что она её неуклюже потрепала, как собачонку.

— Небось, сказок-то наслушалась, будто я детей в печи жарю да ем, — продолжила Перехта.

— Мне бы домой, — жалобно пролепетала Агнушка, еле сдерживая слёзы.

— Теперь это твой дом!

— Навсегда? — испугано пискнула девочка.

— Как боги распорядятся.

Она вдруг убрала свои спутанные волосы с лица, и Агния поняла, отчего её прозывают Слепой: в глазницах было пусто. И это было так жутко, что Агния ненароком обмочилась…

Громыхнуло. И потом ещё. Аж изба затряслась.

Агния вскочила.

«Что со мной? Откуда этот дурацкий сон? Чего он меня преследует?» — девушка огляделась, присела.

Было слышно, что снаружи льёт вовсю. Поднялся ветер. Он печально подвывал в печной трубе, скрёб по крыше.

Сон отступил. Его место заняли мысли о том откровенном разговоре, произошедшем пару часов назад с Семёном…

— Я… я… тебя люблю, — банальные, простые по сути слова, но как только Прутик их произнёс, Агния вдруг поняла, сколько тут скрывается смысла, которого она никогда раннее не видела. Не замечала.

Агния тут вскочила, повернувшись к Прутику спиной. А он испуганно присел, потянулся погладить, успокоить. Его пальцы тронули тонкую полоску меха, пробегающего вдоль спины.

— Я тебя люблю, — повторил Семён, уже громче и увереннее.

— Ты… ты… Так сразу и любишь? — Агния испугалась. Ей казалось, что она ослышалась. — Ты… ты… ты не знаешь меня… вовсе не знаешь…

Голос Агнии стал хриплым, взволнованным.

— Мне достаточно того, что я уже знаю…

— Любишь, говоришь? — перебила Прутика Агния. — Кого? Таки се мерзоту? (Эдакого уродца?) Ктуры покрыяе всички се вады? (Который скрывает от всех свои уродства?)

— Оно пра каж се вам? (О чём ты?)

Агния резко протянула руки, показывая остренькие коготки на пальцах, тонкий слой серебрящегося меха на запястьях и предплечьях… Потом махнула головой на пепельный волчий хвостик.

— Се мало с това? (Этого мало?) — голос Агнии совсем упал.

— И какво от това? (И что с того?) — присел рядом Прутик. — У меня вот на колене шрам… В детстве о косу порезался…

— Ты издеваешься? — всхлипнула Агния.

— Нет, — тряхнул головой Семён. — Меня не волнуют и не пугают эти… эти… вады…

«Уродства» Прутик не рискнул сказать, уж слишком грубоватым показалось слово.

— Меня за то волнуют и…

Агния вдруг расплакалась.

— Я все равно тебя люблю, — упрямо повторил Прутик, прижимая к себе ведунью.

Ветер негромко зашуршал в крыше, теребя солому. За окном мелькнула зарница, предвещая скорую грозу.

Агния долго не могла успокоиться. В душе бушевало смятение, даже хотелось завыть.

А Прутик поглаживал, нежно целовал в шею.

— Всё эта Ядвига… Крамольская, — грустно сказала Агния, едва чуть успокоилась.

— Что? — не понял Семён.

Агния вытерла слезы. Её голос хоть и стал глуше, но в нём уже пропали истерические нотки.

— Это было давно… Очень давно. Я ведь, коли помнишь, сама из Чарово. С шести лет меня отдали в услужение… к Слепой Перехте. До сих пор не знаю, почему мои родители так поступили.

— А ты их давно видела? — спросил Прутик, поглаживая Агнию по плечу, затем дотрагиваясь пушка загривка. Тут же захотелось припасть губами к теплой шелковистой коже.

— С тех самых пор, как оказалась в самых непроходимых дебрях Тёмной пущи. Мне теперь в Чарово и возвращаться не хочется… Кому я там теперь такая нужна?

Агния вздохнула и чуток помолчала, видно собираясь с мыслями. Продолжила с некоторой неохотой:

— Лет десять я обучалась у этой Перехты… Хотя, обучалась — слишком громкое слово. Была на побегушках. Она, то отправляла меня за жабьей слизью, то за травой какой. Убирала в избе, есть готовила на всех…

Агния горько посмеялась и, склонив голову продолжила:

— Одно благо с той уборки было: выходило так, что мне единственной разрешалось в комнату Перехты заходить. Я там много чего удивительного видала…

Агния чуток улыбнулась.

— Нас было двенадцать дочерей… Так мы прозывались меж людей. Да и меж собой порой… Я была самой младшей. Пришла на место иной девушки… Её звали Ядвига… Ядвига Крамольская. Старшие ученицы рассказывали, что она была очень способной колдуньей. Перехта прочила её своей преемницей. А Ядвига, что тут утаивать, от природы была весьма сильной чародейкой…

— А что с ней стало? — спросил Прутик, обнимая сзади Агнию.

— На тот момент Ядвига разругалась с Перехтой и уже ушла…

— Разругалась?

— Полина, одна из сестёр, как-то мне сказала, что Ядвига мнила себя достойной более лучшей участи, чем быть «лесной ягой».

— А кто это такие?

— О! Ты никогда не слышал о них?

— Не припомню… Слово знакомое…

— Так у нас звали могучих колдуний… Это не зельщицы, не травницы. А действительно сильные колдуньи. С Великими магами им, конечно, не тягаться, но всё же…

— И много таких колдуний бывает?

— Раньше, говорят, в предгорьях Глухомани их было много. Даже в нашем Чарове лет сто назад жила некая Бефана. Про неё много хорошего помнят… А вот Ядвига же… Слободкинские её не очень жаловали. Она твердо решила бросить учение у Перехты и прислуживать князю.

— Какому князю?

— Адриану… последнему из Валиров. Если это правда, то его вместе с дочерью прокляли эльфы лет эдак… двадцать с хвостиком… тому назад…

— А-а, кое-что вспомнил, — Семён закивал головой. — Слыхал, слыхал.

— Так вот, после того, как в замке произошло несчастье, Ядвига Крамольская куда-то убралась. Один раз она заезжала к Слепой Перехте. Они долго о чём-то спорили, заперевшись в комнате.

— И что было дальше?

— Ну… знаю, что Ядвига вышла оттуда очень рассерженная. А Перехта молча ушла в лес почти на неделю. Мы поняли, что они меж собой сильно-сильно повздорили. Кажется, Ядвига хотела заполучить какую-то книгу заклинаний, но Перехта отказала… А потом, через некоторое время мы узнали, что Ядвига выходит замуж за некого Глеба Мудрова из Старой слободки. Она переехала к нему вместе со своим сынком.