Читать онлайн «Энфер. Время Теней». Страница 231

Саня встал в боевую стойку. Конечно, бой всяко может повернутся — это не вальс с его размеренным тактом, и всего лишь нескольких ударов не хватит чтобы победить. Но как и в вальсе, всегда можно подстроиться под музыку и устроить мощную импровизацию, комбинируя каскадом эти игрушки новичка. Ведь даже изящные движения мастера имеют под собой простую пластичную основу.

Энергия из окружающего пространства, пропитанного смертью первой группы десанта, тонкими струйками устремилась к его телу. Ультиматуум завибрировал от нагретого до состояния кипения воздуха. Через секунду начался припев.

Настоящий бой! Как говорила любимая учительница: — «Побью, как старое ведро, еще и дужку поломаю».

Прикрыл глаза, загоравшиеся внутренним светом, взамен глубоким теням на веках, заставляя себя вспомнить позабытое умение и длительные тренировки симбиоза магии и тела. Одних дилетантских умений обращения с мечом не хватит, нужно еще «кое-что». И оно имелось. Сие безрассудное знание было вбито долгими ночами тренингов и штудирования теории, ни разу не примененных на практике. Слишком опасно. Это как рана, горящая внутри мозга, тлеющая, не дающая о себе позабыть, а будучи разбереженной, способная сжечь не только всех твоих врагов… но и тебя самого целиком.

Плевать. Я не умею проигрывать, так что просто обязан победить. Если Симбиот не справиться… уйду в могилу, но докажу всем, чего стою!!! Сейчас буду на подтяжки полосовать…

Вампир громко беспристрастно молвил, используя давно запущенный язык латыни, который от скуки пыталась загнать в него Эмма. К сожалению, он извлек из уроков только соединения, составляющие подобные заклинания, не заботясь о их складности… и обиде дриады. Заклятие не стихии, эфира, либо магического источника, а самого себя!

— Пришел час жатвы жизней: грешников, нейтралов, святотатцев. Готовьтесь смертные, звонят по вам колокола, умрите, как полночная звезда, сгоревшая на небе без следа. Она исчезла, принеся хаос. Так в чем же заключается вопрос? Найти спокойствие средь бури, и воплотить творения свет, уравновесив смерть непросто, но выполнимо для меня. Я никогда не поклонюсь теням…

Свет и тьма, инь и янь, средоточие которых находилось в груди, нехотя смешались, растекаясь по телу и подчиняя себе каждую клетку организма. Кровь закипела — ее давление возросло втрое. Пошел ускоренный обмен веществ, у обычного существа должный забрать сразу несколько лет жизни. Симбиот горел от перегрузки. Полилась вторая часть заклятия:

— …Возник искусства танца ренессанс, свободно магия гуляет по крови, рука тверда и меч не дрогнет в ней — прощенья нет. Душа, тихонько, не спеша, поет, кончиной и спасением дыша, ее призвание — сказать: я твой палач, но не судья. Да будет здесь кровавый карнавал, Чистилище заполнят мертвецы, и их друзья, и их отцы, все кто оплошность допустил — оружие на божество поднять! Их просто нестерпимо не карать! Не грешен в этом жнец, но все равно он соберет свой урожай. Готовьтесь смертные, от ужаса дрожа. Я здесь, я есмь, я Смерть… Пляска Жатвы…

…И исчез — мгновенно устремился с места. Плавными, как течение огибающей подводные камни реки, движениями модерато, привычными танцующими смещениями винта боевой косы, врубился в толпу Теней. Брызнула первая кровь, донесся первый вскрик… и начался ад!

Черные рыцари падали один за другим, скошенные бреющими ударами в солнечное сплетение. Катана вращалась в руках, как живая обвиваясь вокруг рук — хватка ладоней изменялась как движения дирижера, походя, кромсая чужие тела. Саня моментально переходил из одной позиции в другую, рубя тварей Тени на мелкие куски, протыкая критические точки насквозь, и блокируя редкие контратаки удлиненной цепью, вырывая из рук противника оружие. После его нападений оставались одни покойники. Они моментально тлели и превращались под действием «пылающей поступи» — передаваемых через землю импульсов огня, в кучки пепла. Ни шипастая броня, ни страшное оружие не могли их спасти.

Катана косила воинов как серп сорную траву, превращая идеально подогнанные чёрные доспехи в груды металлической стружки, растворяющейся в воздухе, одним касательным прикосновением. Но и сам юноша медленно агонизировал — такова магия тьмы. Все тело крутилось как волчок, доводя себя ускоренным темпом до самоубийства. Движения были слишком быстры, чтобы за ними поспеть, мозг опережал плоть, частой сменой приказов требую невозможного, разрывая мышцы и растягивая сухожилия…

Величайшее значение искусства всегда являлось конечной точкой — смертью!

Это не дуэль, идущая по правилам чести, а грубый лесоповал. Корявые деревья тянут к тебе сухие ветки и кривые корни, пытаясь схватить, а ты уклоняешься и обрубаешь их на безопасные чурбаки и сразу отправляешь в топку…

По затылку больно ударило, шею защитила клипса Астарты, развалившись при этом на кусочки.

Саня взмыл в воздух, акробатическим движением оттолкнувшись от груди падающего врага, ценой чуть не порванных сухожилий и без малого сломанных щиколоток. Ласточкой взмахнув рукой, отрубил головы сразу двум стоявшим за спиной Теням. Оставшиеся Рыцари Тьмы бестолково размахивали руками, пытаясь поймать парня за полы мантии или хоть немного задеть юркого противника своим оружием. Один громила даже попытался зарезать его двуручным мечом с сотней зубцов по обе стороны лезвия — пилы мясника. Ультиматуум разрезал клинок с жутким визгом и одновременно коснулся переносицы меченосца. Сзади послышался звук падения последнего убитого рыцаря…

Убивать беспристрастно, без сожаления и задней мысли, приучает Астрал. Даже не чувствуешь угрызения совести после такой мясорубки — как таракана раздавил. Нет, таракана все же жалко, пусть комара… Трюк в том, чтобы не думать о массовом геноциде как об убийстве… Да и бояться за свою жизнь точно не станешь. Пускай, вопреки распространенному заблуждению, что вампиры — нежить из ужастика, что, с какого-то боку подтверждали отдельные индивиды, якобы вернувшиеся с того света, они тоже, хоть и лаконично, но опасались смерти. Александр же, при такой тренировке — осознавая собственную невозможность почить в царстве мертвых, даже не подумал, что нужно испугаться за себя. Каждый раз просыпаясь в своей постели, только вздыхаешь, не принимая произошедшее как смерть. Подбиваешь троих птиц одним камнем…

Саня приземлился на настил Колизея, весь покрытый кровью, и вздохнул. Синяки, растяжения и кровоподтеки от перегрузки человеческих телесных лимитов сами по себе рассосались, впитав угасающие жизни Теней — это их особое свойство — отдавая дань победителю, переходя к нему в виде чистой силы, лечащей раны. Так они говорят: — «если ты одолел меня, то твоя мощь должна жить и за меня тоже»! Тени не мстят триумфатору. Все же даже у подобных существ есть свое понятие чести…