Читать онлайн «Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2». Страница 844

Все началось перед самым рассветом. Именно в эту пору реакции человека замедленны, а тело не хочет расставаться с теплом, обретенным во сне. Капелланы еще только готовились к утренним молитвам, а повара начинали разогревать котлы для завтрака. Дождь, пришедший с востока, смыл все следы лунного света. Все вокруг тонуло во мраке, рваные полосы тумана расползлись по земле.

Ничто не предвещало грядущего кошмара.

В артиллерийском подразделении, расположенном на северной окраине города, за земляным валом сидел в пикете младший караульный из Нулна. Он и заметил, что тени далекого леса начали шевелиться и растекаться по равнине. Караульный поспешил с докладом в палатку командира, но тот был занят поисками утерянного амулета, который подарила ему любимая жена, и приказал солдату подождать.

Между тем часовой, стоявший на посту к востоку от артиллерийского подразделения, заметил те же движущиеся тени и тут же зазвонил в колокольчик. Еще двое часовых подняли тревогу, зазвонив в колокольчики, и перебудили солдат из своих отрядов. Одновременно в палатках на поляне за артиллерийскими подразделениями пробудились лучники. Командующий караульными прибежал на сигналы тревоги, и ему доложили о происходящем. В штаб-квартиру маршала, к полевому командиру кавалерии и к горнистам, что расположились у городских амбаров, были посланы гонцы.

Инвер Скотт, адъютант маршала, выйдя к гонцам, сообщил им, что маршал нездоров. Однако, осознав серьезность сложившегося положения, он лично отправился к горнистам. Горнисты решительно заявили, что исполняют приказы, отданные маршалом лично. Командующий кавалерией сознавал, что, будь угроза реальной, горнисты непременно подали бы сигнал тревоги, и, не в состоянии принять решение, он также послал своих гонцов в штаб-квартиру маршала.

И никто, что явствует из хроник, не верил в возможность внезапной атаки противника. Рейды и стычки могли происходить спонтанно, без предупреждения, но настоящее сражение и неожиданность в то время считались несовместимыми понятиями, только не между двумя армиями. Войны так не велись.

Даже в битвах с варварскими племенами Севера соблюдались определенные правила и обычаи. Правила могли быть несовершенными, но они были понятны обеим сторонам. Армии выходили в поле и становились друг против друга. Затем они окапывались и принимались воинственно орать, бряцать оружием и выкрикивать оскорбления в адрес противника. Все это могло продолжаться в течение нескольких часов, а иногда и суток, до тех пор, пока столкновения было не избежать. Надо сказать, что зачастую битвы и сводились к одним только воинственным крикам и ругани. Если какая-то из армий была чересчур воинственна или слишком велика, другая покидала поле битвы и реального столкновения не происходило.

В основе этого обычая лежала простая истина — чтобы столкнуть между собой несколько сотен вооруженных людей, необходима достаточная мотивация. Отдельное подразделение может совершить внезапный налет на противника, но чтобы масса людей бросилась в бой, их надо постараться уговорить и умаслить. До бешенства армию могут довести занудные речи, настойчивая барабанная дробь и щедрая выпивка. Армию необходимо из состояния закипания довести до настоящего бурления. Тогда, и только тогда, тысячи отдельных личностей бросятся в атаку как единое целое.

И даже если невозможное все же каким-то образом превратится в реальность, необъявленное наступление из чащи леса в холодный предрассветный час вряд ли может быть успешным. Такой бросок потребует от солдат огромного напряжения, энергия их иссякнет, а решимость сойдет на нет.

Так никто никогда не сражался.

Первая волна северян накатила на внешнюю линию обороны армии Империи через девять минут после того, как младший караульный заметил странное движение в лесу. Варвары продолжали бежать, даже когда преодолели целую лигу по пересеченной заболоченной местности. Это были не берсеркеры, которые сломя голову несутся впереди основных сил. Это был авангард, гребень огромной волны рогатых теней, хлынувшей на равнину из леса. Бой барабанов разрывал занимающийся день. Под этот грохот вздымались и опускались боевые молоты нападавших. По словам уцелевших, картина, представшая перед глазами, и звук были ужасны.

Ночной кошмар наяву. Невозможное стало возможным.

Пушечный вал был взят еще до того, как успели зарядить тяжелые мортиры и бомбарды. Плетеные брустверы были просто смяты массой нападавших. Караульный, первым забивший тревогу, первым же и погиб — его изрубили на куски обоюдоострыми мечами и боевыми топорами. Командир караульного так и не нашел амулета любимой жены, палатки и фургоны охватил огонь.

К этому моменту копьеносцы из Виссенланда со своими земляками из отряда лучников были единственными солдатами Империи, которые хоть как-то смогли мобилизоваться. Они предприняли отчаянную попытку организовать линию обороны на северной границе города и выстроились в ощетинившуюся пиками стену. Волна северян ударилась о них, как о нос галеры, и прокатилась вдоль флангов. Солдатам методично срубали головы. Падающие головы насаживались на пики убитых, и орда варваров уносила эти ужасные трофеи вперед, словно обломки кораблекрушения. Лучники успели ответить несколькими залпами, но их быстро смяли, искалечили и оставили умирать в грязи, предварительно целенаправленно отрубив руки.

А потом орда ворвалась в саму Ждевку, и началась настоящая резня. На западном фланге имперской армии командующий караульными сумел собрать вокруг амбаров два отряда копьеносцев из Нордланда и алебардщиков и аркебузеров в черно-желтой униформе Аверланда. Их разбудил грохот приближения первой волны северян, но сутолока и неразбериха привели солдат в замешательство и раскидали в стороны, многие даже не успели полностью одеться. Наемники к этому времени в ужасе бежали, оставив после себя разбросанную по улице одежду и снаряжение.

Командующий караульными с помощью очумевшего старшего сержанта быстро выстроил стену из копьеносцев к северу от амбаров. Длинные копья чередовались с более коротким оружием алебардщиков, а чуть южнее за ними заняли позицию аркебузеры. Клубы дыма и волны тумана ползли с окраины города, заполняя холодный утренний воздух.

Адский грохот прорвался сквозь дымовую завесу и материализовался в шеренги бегущих фигур. Копьеносцы напряженно замерли, стискивая в потных ладонях свое оружие. Впервые солдаты Империи воочию увидели своего врага. На них бежали косматые растрепанные варвары с раскрашенными лицами в накидках из звериных шкур, в черных кольчугах и кожаных латах. В их смазанные жиром волосы были вплетены зубы, кости и другие трофеи, а на голые руки нацеплены металлические кольца, выкованные из оружия поверженного противника. Почти на всех варварах были рогатые или шипастые шлемы, вооружены они были боевыми топорами и широкими мечами. Они бежали вперед. Бежали с дикими воплями. Они вселяли ужас.