Читать онлайн «Стальной арбитр». Страница 62

Эары были уже в донжоне, первые из них вбегали в галерею.

– Франц! Запри ворота в зал! – крикнул Стил.

Сотник метнулся выполнить приказ. Великий имперский арбитр, поняв тщетность попыток достичь цели мечом, быстро и внимательно оглядывал плиты с куполами и зал. Четыре мозга без тел должны быть уничтожены, герцог догадывался, что их гибель дезорганизует полки нелюди, превратит их в беспорядочные толпы, неспособные к согласованным действиям. Что же делать, что?! Стил попробовал приподнять край одной из плит, но даже нечеловеческие усилия не смогли поколебать это сооружение. Великий имперский арбитр убедился, что плита с омерзительной тварью весит многие сотни пудов, не зря так сплющены лежащие под ней трупы. В мозгу будто проскочила молния. Мертвые тела, людская плоть в качестве фундамента, зачем все это? Почему плиты мозгов не могут стоять прямо на каменном полу зала или, предположим, на тяжелых дубовых скамьях, способных выдержать их вес? Может, все эти трупы нужны эарам для усиления их магии, может, белесые отростки внизу каждого мозга без тела проходят сквозь плиту и впиваются в полуразложившееся тела, тянут из них отвратительный смрадный сок, которым и питается мозг?

Франц закрыл створки ворот, вместо сломанного засова вогнал в пазы валявшийся на полу меч убитого эара, потом подпер ворота двумя тяжеленными столами. Амулет Эфира подрагивал на груди Великого имперского арбитра, он был готов в любую секунду перебросить людей назад, на вершину холма Вечного Стража.

Передовые твари уже мчались по галерее, времени оставалось в обрез, скоро эары высадят ворота и ворвутся в зал. Тогда придется применить Амулет Эфира и возвращаться ни с чем.

Стил вдруг заметил, что прозрачный купол не монолитен, во многих местах его поверхность имела почти невидимые сквозные отверстия, через которые с трудом прошла бы и игла, затем герцог заметил в стенной нише большую, ведер на сто, бочку. Подскочив к ней, он разрубил крышку мечом, склонился к поверхности жидкости, которой была наполнена бочка, жидкости маслянистой, с резким специфическим запахом. Так и есть, это «нефтяное масло» – состав для заправки светильников и пропитки факелов. Рядом стояли деревянные ведерки. Стил бросил в ножны меч и, набрав полное ведро горючего состава, подбежал к плите и выплеснул ведро на купол. Желтая жидкость через крохотные отверстия, нужные мозгу для проникновения воздуха, потекла тонкими струйками вниз. Где-то внутри головы Стил услышал тонкий визг, похожий на писк придавленной дверью крысы – это вопил от страха, призывая эаров-солдат поторопиться, мозг-посредник. Францу не пришлось ничего объяснять, сотник выдернул из гнезда на стене факел, окунул в бочку, высек искру, ударив мечом по камню. Полыхнул факел, полетел, рассыпая искры, и вспыхнула плита, вспыхнул купол, упали горящие капельки на темя мозга без тела, зашипела слизистая плоть, прервался исходящий от мозга поток мысленных приказов головастым тысячникам на Энфийской равнине и эарам-воинам в галерее Охотничьего замка. Сейчас отвратительное создание неслышно для уха человека вопило от боли. Били в ворота чем-то тяжелым эары, а далеко от Охотничьего замка почувствовали жгучую боль своего генерала стократ более могучие существа.

Имена-титулы этих существ приблизительно переводились на человеческие языки как «Повелитель Логики», «Владыка Металла И Крови» и «Творец Желаемого». Именно они создали эаров и повелевали ими. Битва за власть над миром достигла периода, когда принимаются решения, сотрясающие саму планету. Ведро «нефтяного масла», вылитое на защитный купол, стало тем камешком, с которого начинается камнепад, ломающий вековые деревья и сносящий хижины…

Створки ворот трещали под ударами эаров.

Люди, надрываясь, подтащили бочку с маслом к ряду плит, опрокинули ее, залив горючей жидкостью основания плит и тела, придавленные ими. Пламя, жаркое и очистительное, взлетело к потолку, занялись висевшие на стропилах знамена. Амулет Эфира вновь создал пространственные врата в тот миг, когда в зал ворвались эары. Нелюди опоздали, четыре мозга без тел, мозга-посредника, превратились в обожженные сгустки протоплазмы, горящее масло ручейками растекалось по залу, зажигая гобелены и шторы, скамьи и столы. Плясали отблески пламени в стеклянных глазах чучел, украшавших зал. Люди исчезли, эары метались по помещению, силясь понять, куда же они делись.

…Армия эаров, прекратившая наступление после ударов Копья Из Льда, снова начала перестроение. Но огонь, полыхавший в пиршественном зале Охотничьего замка, превратил в прах и пепел замыслы короля, вернее королей нелюди. Истинные владыки адского королевства чудовищ не могли при всем их могуществе напрямую командовать полками эаров, а подчиненные им четыре мозга-посредника поджаривались сейчас, как на огромных сковородах, внутри своих прозрачных куполов, закипала бурая жидкость, чернели щупальца, пузырилась и лопалась плоть…

Полки эаров замерли, лишь отдельные группы более самостоятельных боевых тварей пытались атаковать, но их наскоки оканчивались грудами мертвых тел перед железными стенами имперских латников.

Весть о гибели эарских генералов быстро разнеслась среди воинов Империи, вдохнула новые силы, сделались будто бы легче копья и мечи.

– Великий имперский арбитр убил эарских князей! – закричал боярин Борис, получив магическое послание от своего собрата-Посвященного.

Тысячеголосый крик радости вырвался из глоток ярославских и новгородских дружинников – строились русичи в шеренги, те, кто остался в живых из обоих полков. Посветлело темное от страданий лицо ярославского князя Владимира Зодчего, лежал он на плащах, брошенных на землю. Суетился рядом лекарь, перевязывал глубокие раны. В тылу имелись у Империи искусные, обученные лечебной магии врачи, многие из них были Посвященными, но запретил князь уносить себя с поля боя. Занял место в строю рядом с осанистым новгородским латником Иван, повзрослевший на десять лет за неполных два часа. Новгородский воевода Святослав, в помятом шлеме и посеченной кольчуге, скакал вдоль шеренг, выравнивая строй этого сводного полка.

Конники, ведомые самим Великим князем Михаилом, проломили-таки оборону эаров, пришли на помощь истекающим кровью рыцарям-тевтонцам. Добили почти полностью германские рыцари конницу нелюди, посекли неисчислимо пеших эаров, но и сами заплатили высокую цену – выжило не более пятисот суроволицых светловолосых рыцарей, что жили в похожих на орлиные гнезда замках Тевтонского ордена на обширных лесистых равнинах севера Германии. Отошла, забрав раненых, людская кавалерия назад для отдыха и перестроения, дождем стрел засыпали нелюдь лучники и арбалетчики.