Читать онлайн «Факап». Страница 306

Несколько общественных организаций обратились в Мировой Совет с предложением о введении нового летоисчисления, не привязанного к конкретным суткам и годам конкретных планет и соответствующим биологическим, социальным и духовным потребностям человека. Мировой Совет ответил на это созданием Календарной Комиссии, которая предложила проект нового летоисчисления. Он был принят без значительных изменений на глобальном референдуме и реализован.

Основной единицей исчисления времени стала галактическая секунда. Это время в точности равно 1019 "пикам" — то есть так называемым пиковым снятиям частотной характеристики кваркового осциллятора. Галактическая минута состоит из 100 секунд, час — из 100 минут. Продолжительность галактического часа приблизительно (с точностью до стотысячных долей) равна продолжительности земного астрономического часа. В сутках осталось двадцать четыре часа, хотя имелся вариант перехода на 36-часовые сутки, как более удобные. Однако социологические исследования показали, что насущной потребности в таком переходе нет, а издержки и возможные проблемы при планировании могут быть слишком велики.

Привязка к земным суткам году вызвала критику со стороны общественности, особенно — проживающей во Внеземелье. По мнению многих деятелей, привязка галактического года к земному унижает и дискриминирует жителей Внеземелья, а также является архаическим пережитком. Как заявил в ходе общественной дискуссии по этому вопросу проф. Леонид Макарэн (ЕН88-5, Пасифида), "продолжительность земного дня и года — последние пуповины, связывающая космическое человечество с земной архаикой, настала пора разорвать эти пуповины, превратившиеся в путы". Макарон предложил увеличить продолжительность галактического дня до 30 суток, а галактического года до 300 суток, что, по его мнению, логично завершило бы построение галактического календаря. Он сумел привлечь на свою сторону некоторое число сторонников, в основном жителей Внеземелья.

Против проекта Макарэна выступили известные социологи и культурологи. Вот что писал на эту тему известный литературовед, культуролог, член-корреспондент ЗАГН Калмас Рыбас:

"Изменение продолжительности года повлечёт за собой разрушительные последствия для культурной памяти человечества. Год — это прежде всего год жизни человека... Сможем ли мы, как раньше, наслаждаться маленьким шедевром Строгова "Сорокалетний", в котором коммунар Петров с его стальным сердцем сталкивается с возрастным кризисом и не выдерживает этого столкновения? Ведь мы будем представлять себе человека, по старым меркам уже прожившего полвека, для которого подобные метания — признак душевной незрелости. Сможем ли мы с прежней непосредственностью сочувствовать, сопереживать такому герою? Я сомневаюсь... Неужели лишний нолик в числе дней нам дороже и милее хотя бы одного маленького рассказа Строгова, нашей способности восприятия замысла гения? Полагаю, даже самый некультурный, малоразвитый человек вряд ли согласится променять Строгова на ноль."

Трудно сказать, насколько повлияли на общество аргументы Рыбаса. Тот же Макарон отозвался о них как о "демагогии, рассчитанной на непритязательные вкусы обывателя". Однако на референдуме предложение Макарэна не собрало и 20% голосов.

Жаркие дискуссии вызвало и символическое обозначение новой эры.

Авторы проекта предложили, по аналогии с эU, ввести символ 0 или Т ("эпоха нуль-Т"). Однако перечёркнутое "Т" используется в нуль-физике как символ приведённой матрицы Ламондуа. Что касается нуля, то в перечёркнутом виде он оказался похож на греческую букву "тета", и поэтому против данного предложения выступил целый ряд организаций. Так, заявили протест медики, так как буквой тета обозначался тета-ритм мозга. Против выступила даже Атеистическая ассоциация AAI, выпустившая специальное заявление, в котором напомнила, что тета — первая буква в греческое слове "теос" ("бог") и что та же буква символизировала так называемого "тэтана" в тоталитарно-сектантских учениях XX века. Авторы предложения предпочли его отозвать.

Был объявлен открытый конкурс, на который выставили около тысячи двухсот вариантов альтернативного символа. Один из участников конкурса, дизайнер и график Йошка Мацумото предложил вообще не вводить дополнительный символ, а перечёркивать букву "г" ("год"). Это предложение тоже вызвало критику. По мнению той же AAI, символ г содержал в себе скрытое изображение креста, что является пропагандой христианской религии. Всемирная Антифашистская Лига, в свою очередь, усмотрели в знаке элементы свастики, а также подобие латинской буквы F, являющейся началом слов "fascismo" и "fard". Другие общественные организации также осудили данное предложение по разным причинам. Тем не менее, оно собрало максимальное количество голосов при рейтинговом голосовании.

Отдельной проблемой стали локальные системы летоисчисления. Очень многие небольшие небесные тела и космические станции изъявили желание перейти на галактическое время, в то время как соседствующие с ними колонии людей на крупных небесных телах требовали оставления своего локального времени. Известен, например, конфликт у звезды Маргитта, когда немногочисленное поселение на второй планете (с очень сложным сезонным календарём) требовали от более населённых космических станций принятия этого календаря. Конфликт был разрешён в пользу станций, которым было дано право выбирать между локальным и галактическим временем.

На Земле тоже возникло движение за сохранение земного календаря и земного летоисчисления. Большинство участников этого движения выступало за сохранение эры U или даже возвращение к григорианскому календарю. Опять пошли разговоры о том, что необходимо правительство Земли, отдельное от Мирового Совета — поскольку, дескать, периферийные миры имеют свои местные правительства, а Земля — нет.

Всему этому положило конец постановление Мирового Совета, в котором было, в частности, сказано:

"Земля была, есть и останется авангардом человечества, а не его глубоким тылом... Земля должна подавать пример Внеземелью, постоянно двигаясь вперёд, решая всё более сложные задачи... Сохраняя преемственность и традиции, мы должны рвать со всем отжившим, старым, косным — только тогда звёзды примут нас".

Этими словами я и хотел бы закончить своё сочинение.

Я не буду разбирать ошибки школьника, хотя их достаточно. Отмечу лишь те места, которые современному читателю могут быть не вполне понятны.

Ещё раз воспользуюсь случаем поблагодарить Бориса Суреновича Кувакина. Борис Суренович считает любые формы стимуляции или сканирования памяти неприемлемыми и опасными, но терпеливо и любезно отвечал на мои расспросы.