Читать онлайн «Фантастика, 1985 год». Страница 69

Старик быстро переходит от пульта к пульту, следит за приборами, нажимает кнопки.

А вот и корабль!

Он огромен. Сигарообразное его тело, покрытое ржавой окалиной, в нижней трети перехвачено кольцом двигателей диаметром чуть меньше посадочного котлована. Дюзы обрушивают на Землю столбы белого пламени, и под ними базальтовая плита покрывается мелкой рябью, словно зеркало пруда под порывом ветра.

Верхний диск силового поля подхватил гигантский корабль. Тумблер влево до отказа! Второй слой гасит скорость почти до нуля. Старик трогает рычаг управления причальной мачтой.

Действует третье поле!

Стальная рука бережно обнимает корабль, и двигатели умолкают.

Отключить энергию!

Последним усилием воли Старик дает отбой по Азиатскому энергокольцу и откидывается на спинку кресла, пытаясь внезапно онемевшими руками нашарить в кармане комбинезона таблетки.

Он не видел, как появились оранжевые вертолеты поисковоспасательной службы, как из них побежали к дому и кораблю люди, радостные и взволнованные, выкрикивающие что-то на бегу. Старик еще не до конца верил в реальность происходящего, и только одна мысль вертелась в голове: “Стае вернулся!” В оплавленном боку “Орфея” открылся люк. В темном проеме шлюза пока еще не было никого, но туда, наверх, уже карабкалась по причальной мачте стальная кабинка лифта…

Сколько лет прошло, а Наташа в мельчайших деталях помнила те каникулы, когда их седьмой класс, заняв второе место в спартакиаде школ, всем составом выехал в летний спортивный лагерь на берегу Мексиканского залива. Стоило лишь закрыть глаза, и словно оживали, выплывали из памяти цепочка тростниковых “индейских” бунгало вдоль побережья, пляж в верблюжьих горбиках дюн и море… Иногда зеленое, иногда синее, иногда серое, а иногда даже розовое. То ровное, бар. хатистое, как моховые болота под Вологдой, то веселое и игривое, как сами по себе прыгающие пенные рояльные клавиши.

Но только на поверхности море бывало разным. Под водой же, казалось, всегда царят спокойствие и постоянство. Случались и штормы, конечно, тогда что-то менялось и под водой, поднимало ил, например, но в плохую погоду их на берег не пускали, и, может, поэтому - а может, и потому, что пасмурных дней в июле почти не бывало, вода в заливе запомнилась Наташе ласковой и совсем, совсем прозрачной. Она и воспринималась даже не как вода, а как небо - такое же чистое, голубое и солнечное. С той лишь разницей, что “нижнее небо” было мокрое и соленое. Да и чудес в нем было не в пример верхнему. Стоило опустить в воду лицо, закрытое мягкой полумаской, - и ты попадал в удивительный, добрый мир, похожий на сад из волшебной сказки. Только на его клумбах росли не розы, а розовые кораллы, и вокруг них порхали не пестрые мотыльки, а пестрые рыбы с не менее пестрыми, веселыми названиями: рыба-бабочка, рыба-клоун, рыба-попугай…

Вместе с другими ребятами Наташа ныряла за подводными “сокровищами” - обросшими ракушечником камнями, которые они, с трудом выкопав из песка, пытались расколоть и обнаружить в них оловянную ложку с надписью по-латыни или монету времен Колумба. Сокровища “открываться” не спешили, и тогда они собирали на бусы крохотных, в шоколадную крапинку морских “божьих коровок”, ползающих по стволам кораллов, или, набрав в легкие побольше воздуха, ложились на дно и подсматривали, как проворные гребешки, хлопая створками, удирают от хищных морских звезд. И конечно, коллекционировали крупные ракушки - “тритонов”, “слоников”, “разверток”.

Но найти их можно было подальше от берега, а заплывать туда отваживались главным образом мальчишки. Нет, вовсе не потому, что девочки плавали или ныряли хуже. Просто, когда ребята, ускользнув после обеда от воспитателей, собирались в темном кинозале, кто-нибудь непременно заводил разговор об ужасных акулах-людоедах, скатах больше дисколета, гигантском морском змее. Все прекрасно знали, что ультразвуковая сетка не допустит к пляжу ни одну акулу и что скат-манта, в самом деле достигающий внушительных размеров, грызет преимущественно ракушки, а морской змей - по-прежнему легенда, которую за столько веков так и не удалось подтвердить, и тем не менее мало кто решался доплыть до того места, где чудесные сады обрываются и под тобой непроглядным водяным туманом распахивается бездна…

Накупавшись до одури, не в силах больше сопротивляться голоду, они вылезали на берег и варили в морской воде моллюсков.

Наташа словно опять ощутила во рту горьковатое, упругое, изумительно нежное мясо…

– Наташа! - раздался в шлеме голос Стаса. - Ты не заснула?

– Ой, извини, задумалась, - виновато отозвалась девушка. - Детство вспомнила, Мексиканский залив. Тут так похоже…

– Вот и снимай больше, дома фильм гостям показывать будешь: “Через Кайобланко - к детству”… Гляди, какая симпатяга! - Стае указал на остроносую змеиную головку, выглядывающую из-под камня. Вдоль узкой челюсти и между злых рубинчиков глаз, украшая зубастую мордочку, колыхалась темная бахрома.

Наташа стремительно подплыла ближе, почти вплотную.

Прижала к плечу похожую на толстоствольное ружье записывающую камеру и, включив ее, стала снимать объект: но это была не просто съемка, а собирание различными приемниками камеры множества разной информации об объекте в специальный компьютер.

– Знаешь, Стасик, - сказала Наташа, - она мне напоминает мурену.

– Похожа, - согласился Стае. - А эта кого напоминает?

– Которая? - встрепенулась Наташа.

– Впереди, слева.

Наташа посмотрела, куда показывал Стае, и увидела тощую, полупрозрачную, как рисовая лапша, рыбу с несуразно большой головой. Рыба висела в воде вертикально, будто полиэтиленовый галстук на невидимом гвоздике, и лениво шевелила широкими перепончатыми плавниками.

– Достанешь отсюда? - спросил Стае.

Наташа прикинула расстояние: до “лапши” оставалось не менее восьми метров. Под водой датчикам слишком далеко…

– Нет, - ответила она, - для инфрапараметров далековато. Кроме видеозаписи, мало что получится.

– Тогда подплыви поближе, только аккуратно.

Наташа толкнулась ластами и осторожно приблизилась к рыбе. Та, не меняя “галстучной” позы, попятилась назад, предусмотрительно избегая слишком близкого знакомства. Наташа прибавила скорости, но рыба, приняв горизонтальное положение, превратившись в прозрачную извивающуюся синусоиду, скрылась в камнях.

– Упустила? - огорчился Стае. - Так я и знал. Лучше б я ее подстрелил…

– Не переживай. Она прошмыгнула вот в ту расщелину, я заметила. Если там нет второго выхода, она от нас никуда не денется.