Читать онлайн «Оружие возмездия». Страница 86

— Что ты хочешь сказать? — непонимающе вскинул брови десятник.

— Когда я служил на западе, мы охотились за шайкой Фернана, — пояснил воин. — Тогда этот мерзавец от нас ушел, но я помню приметы некоторых его людей. Мы в тот раз окружили банду в лесу, а на всех дорогах выставили заслоны, вот и рассматривали каждого, кто через них проходил. Что хотите думайте, но этот малый — Крошка Эдвин, а еще его прозвали Двуруким Эдвином, он бьется сразу двумя клинками, видите, — стражник пнул носком сапога один из фальчионов, лежавших возле трупа. — Вернее, теперь уже бился.

Ни десятник стражи, ни сопровождавший его армейский офицер не поверили стражнику, решившему вдруг, что в такой глуши невесть откуда появилась неуловимая банда, известная во всем Дьорвике. Тем временем солдаты, обыскивавшие трактир, вытащили из какого-то закутка одного из людей, которым не посчастливилось оказаться в таверне в момент появления там разбойничьего отряда. На воинов, обследовавших таверну, произвело неизгладимое впечатление то, что увиденное внутри.

— О боги, — с изрядной долей ужаса произнес один из стражников. — Это сущая бойня! Людей, как туши разделывали! — Похоже было, что воина, немолодого, судя по виду, бывалого, сейчас вытошнит.

— Там, внутри, Божий Одуванчик, — другой стражник не забывал о деле, хотя залитый кровью трактир был зрелищем не для слабонервных. Как и большинство стражников, этот боец помнил описание знаменитого атамана, наводившего страх уже не один год, и сразу опознал покойника по шраму на лице, а также еще одной примете — отсутствию на левой руке безымянного пальца, из-за чего разбойник всегда, даже в летний зной, носил перчатку, скрывавшую увечье. — Он убит, десятник, — доложил воин, кажется, сам еще не поверив в это. — И, похоже, там все его люди, — добавил стражник. — Тоже мертвы.

— Да-а, — задумчиво произнес десятник, глядя на тела разбойников, которые его воины выносили из таверны и укладывали в ряд во дворе. — Вот уже кто бы мог подумать, что они найдут свой конец в кабацкой драке! — В голове не укладывалось, что грозный атаман, отчаянный, беспощадный и невероятно дерзкий, на руках которого была кровь десятков стражников, а также купцов и их слуг, погиб. И можно было только гадать, кто же тот воин, что смог сразить слывшего непобедимым в схватке на клинках разбойника.

Единственный свидетель, по странной прихоти судьбы не получивший ни царапины, страшно нервничая, заикаясь от волнения, как мог, поведал обо всем, что произошло незадолго до появления стражников, опоздавших, как выяснилось, самую малость, чтобы познакомиться лично с убийцей знаменитого разбойника. Пока чудом уцелевший крестьянин рассказывал о том, что ему довелось увидеть и услышать, офицеры только переглядывались, но стоило им услышать о том, что не более как полчаса назад здесь была настоящая эльфийка, оба мало что не открыли рты от изумления.

— Десятник, немедленно пошлите в форт одного из своих людей, — распорядился офицер. — Нужно срочно подать весть в Нивен о том, что мы напали на след эльфийки, пусть поднимают заставу и разошлют вестовых на все кордоны. Уверен, далеко они уйти не успели, — старший офицер вспомнил строжайший приказ, которые они получили всего несколько дней назад, приказ, высланный из столицы, и решил принять на себя командование. — И пусть также сообщат, что банда Фернана Божьего Одуванчика уничтожена. В Нивене этому известию многие будут рады.

Выполняя приказ офицера, один из стражников пришпорил своего коня и через несколько мгновений скрылся из виду, умчавшись в направлении заставы. По его сигналу несколько десятков воинов должны были приняться прочесывать округу, разыскивая двух человек, вернее, человека и эльфийку, а томившийся до поры в клетке почтовый ястреб, заранее привезенный из столицы, вскоре сорвется в высь, унося в невесомом медном цилиндре, прикрепленном к лапке, короткое послание. Всего несколько слов должны будут привести в действие настороженный уже весьма долгое время капкан, расставленный на эльфийскую принцессу, в это время еще ни о чем не подозревавшую, которая была гораздо ближе от внезапно посетившего таверну отряда стражи, чем они полагали.

— Ваше величество, счастлив вас заверить, что наш план начинает работать, — на лице начальника дьорвикской разведки Бергхардта Дер Калле сияла улыбка. — Всего чуть более часа назад с одной из застав вблизи южной границы прислали известие о том, что искомая нами эльфийка замечена в тех краях. По их сведениям, ее сопровождает какой-то воин, судя по всему — наемник.

— Они не поймали ее? Но как же так вышло, что они о ней знают, Бергхардт, — король стоял у окна, повернувшись спиной к своему собеседнику, и смотрел, как на плацу к параду готовились его гвардейцы. Солнечные лучи играли на начищенных до блеска доспехах и остриях копий чеканивших шаг воинов, и государь Зигвельт невольно увлекся этим зрелищем.

Близился праздник, день победы над Келотом, случившейся почти век назад. Лишь немногие ныне знали, что великая война была лишь вторжением объединенных отрядов нескольких келотских баронов и горстки оставшихся не у дел наемников, которые успели разграбить и предать огню несколько приграничных селений, прежде чем отряды пограничной стражи взяли их в кольцо и почти всех перебили, позволив уйти живыми лишь считанным единицам. Однако мудрые правители Дьорвика понимали во все времена, что народу нужны герои и лишний повод для праздника, когда раздачей бесплатного дрянного пива можно купить любовь подданных, а потому с годами это событие, сначала казавшееся ничем не примечательной сварой, закончившейся для обеих сторон без каких-либо успехов, превратилось в великую войну, завершившуюся едва ли не взятием Харвена, келотской столицы. Теперь каждый год в ознаменование великой победы на главной площади Нивена проходил малый парад с участием гвардейцев и расквартированных в городе отрядов пехоты, перетекавший затем в народные гулянья, не столь пышные правда, по сравнению с днем рождения короля, но тоже вполне громкие.

Сам Дер Калле, только явившийся на срочную аудиенцию к государю, стоял посреди его рабочего кабинета, расположенного на самом верхнем этаже одной из дворцовых башен. Здесь Зигвельт Шестой, милостью богов правитель Дьорвика, уединялся, занимаясь по настоящему важными делами, в числе которых было и ознакомление с отчетами тайных агентов, хранивших мир и покой в королевстве тем, что находясь в весьма отдаленных краях, своевременно находили ростки угрозы Дьорвику и принимали все необходимые меры для их искоренения, в том числе прибегая к шантажу и убийствам. Зигвельт очень хорошо понимал важность разведки, поэтому относился к делам плаща и кинжала с должным вниманием, не зря возвысив и приблизив к себе и самого Бергхардта, при котором тайная служба стала работать во много раз качественнее, управляемая бывшим конфидентом, не понаслышке знавшим обо всех особенностях невидимого фронта, как в этом мире еще иногда называли разведку.