Читать онлайн «Оружие возмездия». Страница 152

Гном не испытывал ни капли сожаления от убийства двух детей, ибо сейчас они были его врагами. Пощадив этих человеческих ублюдков, чудом спасшиеся от гвардейцев гномы рисковали бы в ближайшем будущем столкнуться со множеством воинов. Поэтому убийство любого чужака, случайно оказавшегося на их пути, было единственным залогом того, что гномам удастся спастись.

Что ж, они не смогли справиться с поручением своего владыки, который многое поставил на это задание, но этому гномы могли найти немало веских оправданий. Как бы то ни было, сейчас их путь лежал на юг, в родные земли, в царство камня и вечных льдов, ставшее на долгие века обиталищем их племени.

Обширная полоса земель к югу от второго по величине в полуденных провинциях Дьорвика города, славного Хильбурга, издревле являлась почти необитаемой, и хотя на нее от века претендовали две могучие расы, эльфы и люди, никто не пытался укрепиться на этих землях. Причиной тому была их полная непригодность для жизни, ибо здесь на сотни миль вдоль границы тянулись жуткие и почти непроходимые топи, перемежавшиеся жидкими рощицами чахлых деревьев, сумевших отвоевать у болот малую толику земли. Трясины с гнилой водой, способные вмиг затянуть человека, намного лучше армий и укрепленных замков обеспечивали здесь мир между вечно враждовавшими народами, ибо здесь невозможно было не то что вести сражения, но даже и передвигаться, поскольку через этот гиблый край не вела ни одна дорога. Именно в этих болотах брала свое начало стремительная Гирла, чьи воды впадали, пробежав много лиг, в могучий Арбел, омывавший земли многих стран и народов. Лишь много южнее, перед самым рубежом двух держав, сурового Дьорвика, и гордого И’Лиара, Королевства Лесов, болота отступали, оставляя узкую полосу твердой земли, вздымавшуюся ввысь Ламелийскими горами, словно предназначенную для того, чтоб там возводить крепости и сражаться не на жизнь, а на смерть, щедро поя своей и чужой кровью землю.

Болота перерезал только узкий перешеек, начинавшийся как раз от стен Хильбурга, укрепленный столь сильно с обеих сторон, что на всем протяжении границы именно здесь вторжение становилось просто невозможным. Любая, сколь угодно сильная армия попросту увязла бы, штурмуя многочисленные форты, за стенами которых в полной готовности находились большие и отлично вооруженные гарнизоны, состоявшие почти полностью из опытных бойцов, ветеранов, успевших побывать во многих сражениях.

Пока солдаты, ожидавшие нападения, которое, скорее всего, если и произошло бы, то много западнее, занимались привычной работой, тренируясь на плацу под присмотром суровых десятников, оттачивая свое умение пользоваться разными видами оружия, либо стояли в дозорах и секретах у самой кромки вражьей земли, на западе болотного края сквозь заросли и топи шли двое. Цель одного, точнее, одной из них, лежала на юге, но путь к ней пока вел на восток. Другой путник вовсе не имел цели, если не считать ею ту, кого ему приказано было охранять в пути, пусть даже и ценой своей жизни.

Они провели в дороге уже немало дней и сильно устали, хотя обоим не в новинку были долгие переходы верхом или пешком. Ныне их подстегивало ощущение приближающейся погони, которая, несмотря на все ухищрения привыкших к лесу людей, вернее, не совсем людей, никак не отставала, с каждым днем, с каждым часом сокращая разделявшее их расстояние. Казалось, преследователи обезумели, ибо лишь безумцы могут так быстро и долго гнать самих себя, не позволяя даже краткого отдыха. Они должны были уже свалиться замертво от усталости, но вместо этого шли и шли, становясь все ближе, хотя пока еще не настигли беглецов, но этот момент должен был наступить уже совсем скоро.

Один из путников, оказавшихся в столь неприглядном месте сразу заприметился бы любому встречному, если бы такой оказался в этих местах. Однако никто не попадался на пути двух храбрецов, рискнувших почти без подготовки пересечь самые гиблые болота этой части мира, и потому никто так и не смог удивиться, встретив среди них эльфийку. Удивление такого случайного прохожего могло быть еще больше, узнай он, что сквозь дебри и трясины пробирается не просто Перворожденная, а одна из дочерей владыки державы И’Лиар, принцесса Мелианнэ. В прочем, удивление гипотетического первого встречного наверняка не было бы продолжительным, ибо спутник принцессы, суровый наемник с темным прошлым по имени Ратхар, изредка рекомый нелюбимой им кличкой Лунь, едва ли оставил бы случайного свидетеля в живых, ибо он должен был защищать свою спутницу, в том числе и от любопытных глаз, а лучшей защитой этот человек всегда считал добрый удар мечом. Нужно сказать, и сама Мелианнэ, останься она вдруг в одиночестве, не осталась бы беззащитной, ибо тоже неплохо владела мечом, а, кроме того, на службе у нее были такие силы, по сравнению с которыми самое лучше оружие из стали показалось бы просто детской игрушкой. Хотя, справедливости ради, нужно заметить, что на своего телохранителя Мелианнэ все же полагалась в большей степени, чем на чародейское искусство.

Как уже было сказано, причиной того, что столь высокородная путешественница, которой вернее подошло бы определение беглянка, оказалась на болотах не своей волей, была пущенная по ее следу погоня, от которой, пока тщетно, и пыталась укрыться эльфийка. Следовавшие по пятам стражники не оставили путникам иного выхода, кроме как рискнуть и попытаться уйти от преследователей через топи, хотя неизвестно точно, что было опаснее — клинки людей за спинами беглецов, либо простиравшиеся впереди на многие мили трясины. Но, все же, продолжая идти вперед, беглецы имели чуть больше шансов на успех, ибо глупо было бы надеяться выйти победителями из схватки с доброй полусотней воинов, которые не просто выполняли приказ командиров, а еще и жаждали мести за убитых товарищей.

После краткого, но яростного боя в лесах, который случился несколько дней назад, когда от рук наемника и эльфийской принцессы погибли несколько воинов из местного гарнизона, немного не рассчитавшие своих сил, прочие стражники словно с цепи сорвались, и теперь поимка, а, в крайнем случае, и убийство как эльфийки, так и человека, стало для них делом чести. А к своей чести воины из пограничной стражи Дьорвика относились весьма трепетно, никому не позволяя унижать ее.

Мелианнэ несколько раз прибегала к своим колдовским способностям, дабы выяснить положение и намерения их преследователей. В такие моменты она замирала, всем телом прильнув к выбранному ею дереву, на несколько долгих мгновений выпадая из течения времени и переходя на иной уровень восприятия, понятный лишь немногим избранным. Ее сознание, словно покидая оковы бренной плоти, устремлялось по собственному следу назад, и эльфийка могла увидеть тех, кто преследовал их. Наемник в это время стоял неподалеку с обнаженным мечом и внимательно оглядывал окрестности, ибо знал, что его спутница в такие минуты становилась абсолютно беззащитной перед любой угрозой. И он со всем тщанием нес свою службу охранителя, старясь так, как никогда не стараются просто за деньги, пусть даже вознаграждение особенно велико.