Читать онлайн «Фантастика, 1984 год». Страница 100

Осенью 1979 года мы провели опыты биолокации геологических аномалий в море и в океане с борта большого судна при глубине моря от десяти до двух с половиной тысяч метров.

Судно шло со скоростью девятнадцати узлов (тридцать пять километров в час), при волне до шести баллов, крепком ветре.

Работу вели днем и до глубокой ночи, сериями наблюдений ч по пять или десять минут, охватив при этом 250 пунктов. После сопоставления наших наблюдений с известными литературными данными уже после рейса все убедились в целесообразности таких работ.

Летом 1980 года на судне Черноморской геофизической экспедиции объединения Союзморгео в присутствии геологов и геофизиков из Одессы, Краснодара и Москвы (В. И. Самсонова, А. А. Шиманского и др.) были проведены систематические опыты биолокации газовых и газонефтяных залежей глубиной до 2500 метров.

В ставропольских, подмосковных и черноморских экспериментах разработка маршрутов движения по районам аномалий (известных геологам и неизвестных оператору биолокации), все записи и обработка результатов делались официальными представителями нефтегазовых организаций без участия автора.

Были отмечены и погрешности биолокации. В целом же результаты наблюдений на семьдесят процентов совпали с данными геофизическими или буровыми.

В октябре 1979 года в морских и океанических условиях с борта теплохода были проведены отдельные опыты биолокации надводных судов, не видимых наблюдателю. Опыты проводились в светлое и темное время суток, в присутствии вахтенных штурманов и рулевых. Высота мостика над морем восемнадцать метров, дальность видимого горизонта девять миль, максимальная дальность лоцируемого судна - до двадцати двух с половиной миль (около 40 километров). Проверка данных биолокации велась через бинокли. Результаты биолокации признаны весьма положительными.

Во время черноморских экспериментов метод биопеленгации был успешно применен для поиска малозаметного буйка в условиях волнения моря. За ноль судно сдрейфовало в сторону, а, не найдя буек, невозможно было продолжать исследования.

Оператор биолокации обнаружил буй за одну минуту, капитан судна, посмотрев в бинокль, подтвердил показания оператора.

В марте 1981 года под Москвой (силами института Мингео) было проведено пятое Всесоюзное совещание по использованию биолокации в народном хозяйстве; в семинаре участвовало девяносто пять специалистов из шестнадцати городов, в их числе было восемнадцать докторов и кандидатов наук, представлявших двенадцать министерств и ведомств.

Большинство докладов и сообщений было посвящено вопросам эффективного применения биолокационного метода при поисках и разведке месторождений пресных, термальных и минеральных вод, при инженерных изысканиях на местах будущего строительства, при изучении причин аварийности дамб, жилых и промышленных объектов. Большой интерес вызвали Доклады инженера В. С. Стеценко о практике применения биолокации в руководимой им специальной опытно-методической партии Укрспецбиолокация.

Семинар наметил ряд методических и практических задач в области инженерной биолокации, предложил оперативно информировать Межведомственную комиссию по биолокационному эффекту о полученных результатах. О биолокации существует немало литературы.

Помните, с чего начинается фильм Федерико Феллини “Амаркорд”? На городской площади - огромный костер, сложенный из отживших свой век и теперь никому не нужных вещей. Горожане спешат на площадь. Шум, гомон, смех и ликование толпы сливаются в мощный гул. Нарастая, он подхватывает слабые язычки занимающегося пламени и, вливая в них силу, возносит над площадью, городом, над людьми.

Вся сцена напоминает языческий обряд огнепоклонников.

Огонь - это очищение от грехов, скверны, хлама, осевших за год в человеческих душах. Всепожирающее пламя очистит площадь, по которой завтра пройдут герои фильма, чтобы заново грешить и творить. А сегодня сверкающие языки пламени отражаются в блестящих зрачках толпы первобытным восторгом и надеждой.

Обычай жечь праздничные костры на площадях современных городов достался нам в наследство от долгой истории выживания, становления и взросления человечества. Огонь кормил, согревал и защищал. Вся жизнь древнего человека зависела от его милости. Огонь для него был живым и всемогущим. Сегодняшние костры - дань традиции.

Казалось бы, все очень просто. Но есть одна загадка, которая уже многие десятилетия не дает спокойно спать археологам и историкам. Это остатки древних кострищ,.так называемые зольники, сохранившие до наших дней следы таинственных обрядов. Их до сих пор находят яа европейской территории нашей страны.

В полутораметровом слое золы археологи обнаружили миниатюрные предметы домашнего обихода, керамические хлебцы, лепешки, зерна, фигурки диких и домашних зверей. Все игрушки тщательно инкрустированы; часто на них встречается изображение мальтийского креста - символ плодородия.

Обычно костры зажигались весной и летом на возвышенностях одновременно на большой территории: от современной России на востоке до Франции на западе и от Шотландии на севере до Италии на юге. Вечерами возле больших и малых поселений накануне праздника вспыхивали огни. Праздник, как водится, сопровождался песнями и плясками, но не ради них зажигался костер: они должны были “уговорить” огонь пылать жарче, чтобы небеса заметили эти усилия. Тогда солнце будет светить ярче, а дожди будут обильнее - значит, и урожай богаче. Крестьяне Верхней Баварии верили даже, что с помощью костра они предотвращают град. Обычай соблюдался неукоснительно строго, и на него возлагались большие надежды.

Еще в прошлом веке многие народы так же запросто, с помощью аграрной магии хлопотали об урожае. До сих пор в различных государствах современной Европы в разгар лета на Ивана Купалу жгут большие костры. Историки дают различное толкование праздникам огня. Одни считают, что ритуальные костры - это обряд очищения, другие приписывают размах празднества аграрной магии.

Можно предположить, что костры-гиганты, сложенные из быстро прогорающей соломы, нужны были как способ добычи удобрений. Но поражает то, что зола в зольниках сохранилась до наших дней совершенно нетронутой. Этим, видимо, и вызвано их толкование как обряда священнодействия, не имеющего никакого практического смысла.

Нам кажется, что живучесть древних языческих ритуалов, с которыми не справилась ни христианская церковь в период ее расцвета, ни научно-технический прогресс, не случайна.