Читать онлайн «Тайный воин». Страница 67

Из-за двери доносились гневные возгласы Корина и насмешливый голос его отца. Войдя в комнату, Тобин увидел Нирина, волшебник стоял рядом с креслом короля. Он молчал, но Тобин был уверен, что заметил в глазах чародея такую же ядовитую насмешку, как в глазах Мориэля.

Если не считать всех этих мелких неприятностей, лето проходило спокойно.

Правда, такой жары не помнили даже старики. Приходившие к королю просители рассказывали о чудовищных лесных пожарах, ящуре и пересохших колодцах.

Стоя возле трона каждый день, Тобин с интересом и сочувствием слушал посетителей, но все это его не слишком задевало, поскольку он был слишком занят своими новыми обязанностями.

Знатные компаньоны теперь часто прислуживали за королевским столом, точно так же, как оруженосцы служили самим компаньонам. По праву рождения Тобин занимал особое место: он нарезал разные сорта хлеба к каждой перемене блюд. Корин был специалистом по резке самих блюд; он искусно обращался с шестью разновидностями ножей, нарезая мясо или пироги. Остальные мальчики выполняли другие обязанности, в соответствии с возрастом и знатностью. Неуклюжий Зуштра выступал в роли старшего лакея, Орнеус очень плохо исполнял роль виночерпия, несмотря на все попытки Лисички научить его. Но когда Орнеус во второй раз пролил вино на королевский рукав, его все-таки понизили в должности и назначили раздатчиком милостыни, а королевским кубком занялся Никидес.

Дневные тренировки и уроки старого Ворона продолжались, несмотря на жару, но утро они неизменно проводили в зале для приемов. Корин и Тобин сидели рядом с королем. Хилус и остальные вельможи стояли за их спинами, иной раз часами. Эриус начал понемногу обучать Корина делам, позволяя наследнику решить судьбу какого-нибудь мельника, пойманного на обвесе, или хозяйки пивной, выдававшей прокисшее пиво за свежее. Король даже разрешил принцу судить мелких преступников, и Тобин с удивлением наблюдал за тем, с какой легкостью его кузен приговаривал людей к порке плетьми или к выжиганию клейма на их телах.

Всем мальчикам, кроме Никидеса, посещение двора казалось скучной обязанностью. Несмотря на высокие потолки, поддерживаемые колоннами, и освежающие фонтаны, к полудню тронный зал становился похожим на жарко натопленную печь. Однако Тобин обожал бывать на приемах и находил свои новые обязанности увлекательными. Он всегда неплохо умел читать полипам людей, и теперь у него не было недостатка в объектах для изучения. Вскоре он уже чуть ли не читал мысли просителей, когда они льстили, жаловались или пытались заслужить благоволение. Тон голоса, поза человека, его взгляд — любая мелочь в поведении не ускользала от внимания Тобина. Лжецы всегда беспокойно двигались. Честные люди говорили спокойно. Подлецы хныкали и говорили громче, чем нужно.

Однако больше всего ему нравилось наблюдать не за жителями Скалы, а за иностранными посланниками. Тобин восхищался сложностью дипломатических премудростей, экзотическими одеждами гостей и их речами. Чаще всего ко двору являлись мисенцы — горячие и упрямые люди, озабоченные урожаями, пошлинами и необходимостью защищать свои границы. Ауренфэйе сильно различались между собой; в их стране насчитывались десятки разных кланов, каждый носил особенный головной убор и вел свои дела.

Однажды король принимал группу смуглых мужчин с курчавыми черными волосами. Они были в длинных черно-синих полосатых балахонах; ничего подобного Тобин прежде не видел. В ушах посланников висели тяжелые серебряные серьги со сложным орнаментом. С немалым удивлением Тобин узнал, что это были вожди племен зенгати.

Аренгил и ремесленники ауренфэйе, с которыми подружился Тобин, всегда отзывались о зенгати с ненавистью или презрением. Но позже Хилус объяснил Тобину, что зенгати делятся на племена точно так же, как ауренфэйе — на кланы, и что одним из этих племен можно доверять больше, чем другим.

В этом году лето принесло с собой не только засуху. Тобин, Уна и их друзья со своей тайной тренировочной площадки на крыше дворца видели широкие коричневые полосы на далеких полях — вредители пожирали урожай.

И еще летнее небо почти постоянно затягивала странная дымка. Вдоль побережья, за стенами города, гуляла Красно-Черная Смерть. Все окрестности города пылали, и над водой висели огромные столбы дыма. На западе поднимался дымок поменьше — там сжигали умерших. Сжечь спешили даже тех покойников, у которых не было признаков чумы.

Из городов в глубине страны шли донесения о падеже лошадей и быков, о новых вспышках чумы. Эриус приказывал богатым лордам снабжать людей зерном и пригонять скот в пострадавшие районы. Гончие Нирина мгновенно вешали любого, кто смел лишь намеком заговорить о проклятии, лежащем на их земле, но страх наказания не мог остановить нарастающего недовольства. В храмах Иллиора у изготовителей амулетов прибавилось работы, они даже не успевали с ней справляться.

Компаньоны, пребывая в безопасности во дворце, считали, что их не касаются несчастья за королевскими стенами, пока однажды Порион не запретил им выходить в город дальше улицы Птицеловов. Корин был ужасно недоволен ограничением своей свободы, потому что не мог больше появляться в портовых притонах.

Компаньонам оставалось лишь пьянствовать, несмотря на ворчание короля. Вино полилось щедрее прежнего, и даже обычно сдержанный и рассудительный Калиэль начал являться на учебные бои с красными глазами и изрядным «выхлопом».

Компания Тобина следовала примеру своего вождя и пила вино, основательно разбавленное водой. Поэтому они, как правило, просыпались по утрам первыми — и первыми обнаружили, что оруженосец Корина нашел себе новое местечко для ночлега.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Руан, когда в первый раз обнаружил Танила, тот лежал на полу возле очага в обеденном зале, закутавшись в одеяло.

Руан легонько толкнул старшего оруженосца ногой. Обычно Танил в ответ на такую бесцеремонность бросался на обидчика и начинал молотить его кулаками, подавая сигнал другим, и оруженосцы тут же устраивали веселую свалку. Но на этот раз он просто ушел, не сказав ни слова.

— Какая муха его укусила? — пробормотал Ки.

Все захихикали, кроме упавшего духом Руана; он просто обожал Танила.

— Ну, я бы тоже не особо веселился, если бы мне пришлось провести ночь на полу, — сказал Лута. — Может, он устал от храпа Корина?

— Да Корин в последнее время вроде не особенно храпит, — сообщил Ки.

Живя по соседству с принцем, они с Тобином частенько слышали ночные шорохи и приглушенные голоса, чтобы догадаться — Корин редко ложится спать в одиночестве.