Читать онлайн «Либеральный Апокалипсис (сборник)». Страница 43

Вечером на второй день Реалист тяжело поднялся и, пошатываясь, вышел из Пипкиного подъезда. Такси уже ждало.

Реалист тяжело плюхнулся на заднее сиденье и назвал водителю адрес. Поднялась перегородка, и они рванули через весь город. Он смотрел на здание детского мира, которое так и не восстановили до конца после экстаза потребил, закончившийся смертью нескольких десятков неудачников. С легкой руки НТВ-шников к ней приклеилось название «рождественская бойня».

В тусовке ходили упорные слухи, что это было не просто так – кто-то оттестировал искин-программу повышения потребительской активности, и тест оказался даже слишком успешным.

Ушли на набережную, вдоль которой выстроились мойки и салончики порнореала для автомобилистов, вперемешку с крохотными кафе, где кисли под дождем на открытых столиках остатки сэндвичей из суррогатного хлеба с искусственной ветчиной и китайским салатом. Вылетели к Электрозаводской, и тут Реалист отключился.

Таксист, к удивлению Реалиста, не стал стоять и ждать, не выключая счетчика, а честно разбудил ошалевшего от недосыпа и рекламной реальности пассажира. Покачиваясь, Реалист добрел до своей квартиры, усилием воли заставил себя раздеться и провалился в мертвенный сон, едва голова коснулась подушки.

– А вот и околоточные, – меланхолично жуя очередной батончик, прокомментировал Реалист.

Длинная приземистая машина местной полиции как раз подлетала к перекрестку. После того как полицейских было решено переименовать в околоточных в духе возрождения национальных традиций, кто-то ехидно обозвал их копоколами. И, правда, подумал Реалист, натуральные… околачиватели. Выглядели они совершенно растерянными и явно не понимали, что им делать.

Один из них, попытавшись втянуть висящее над широким ремнем пузо, добыл из чехла служебный терминал, на котором, как знал Реалист, сменяли друг друга сообщения с высшим приоритетом.

Система мониторинга в околотке была старенькой, сообщения в нее вводились и сортировались вручную пожилой коротко стриженной лесбиянкой, в каморке которой непрерывно хрипел старенький визор, настроенный на канал областного реала. Сейчас там крутили репортажи с минимумом текста, который состоял из эмоциональных возгласов внушительного мужичка с микрофоном, рева урагана и картин огненной стены, встававшей над корабельными соснами.

А сейчас его сменит реал-ньюс, в котором местные наверняка узнают заброшенный заводской корпус.

Его сняли в последний момент – вчера утром. И быстро смонтировали с реал-ньюсом из архива Африканца.

Реалист глянул на свой портативный инфоблок. На исцарапанном экране подрагивала картинка – камера скакала в руках оператора, снимающего, как темный проем заполняет слизистая масса, поднимающаяся словно безумное тесто в адском котле.

Теперь сирены выли по всему городу. Вчера уехали только самые нервные. Сегодня не выдержали остальные. Завыли многоквартирные дома, зазвенели стекла на лестницах – кого-то вытолкнули из окна, человек неловко грохнулся на козырек крыши, слетел на асфальт, поднялся и, тяжело хромая, побежал к ближайшему магазину.

– Все правильно, все совершенно правильно, – пробормотал Реалист, водя биноклем.

Машины горожан трещали и лопались, в них не оставалось места для людей. Визжащих детей запихивали и утрамбовывали между шуршащими пакетами из супермаркета, упаковками желтой туалетной бумаги, сиреневенькими бумажными полотенцами и картонными упаковками садовых горшков – все со склада заказчика! Хрипящих от злобы собачек и воющих котов швыряли поверх новеньких китайских бум-боксов и упаковок бизнес-ланчей с подпольных дальневосточных фабрик. Лопались плохо закрученные на списанных линиях бутылки с поддельной минералкой и начиналась паническая трусливая ругань.

Толстенькие, как свиные колбаски, девочки-подростки волокли охапки обтягивающих топиков и снова вошедших в моду джинсов с заниженной талией – их у заказчика скупили на корню подогретые Пипкой арендаторы местного вещевого рынка.

Накануне начала кампании Реалист расслаблялся. Правда, делать это пришлось вместе с заказчиком, в неплохом кабачке соседнего городка.

– Что может пойти не так? – неожиданно прямо глянул толстенький заказчик в глаза Реалисту, и тот вдруг увидел, каким был этот человек несколько лет назад – плотным, уже обрастающим жирком, но жестким и сильным. С короткой стрижкой, еще только недавно научившийся быть сытым, а потому сохранивший беспощадность голодной юности, когда чтобы что-то получить, это надо было вырвать с мясом и кровью.

– А-а, ничего. – Он махнул куриной ножкой куда-то в сторону. – С тех пор как нефтяные потоки пошли мимо нас, для таких, как вы и я, наступили благословенные времена. Мы же стали торговой площадкой в самом прямом смысле слова. Нам осталось только одно – превратиться в огромный базар. А на базаре позволены любые методы рекламы. И правило одно, вы сами знаете – законно все, что помогает торговле. Вы закон о рекламе читали?

Заказчик произвел некое движение бровью.

– Понятно. То есть имеете только общее представление. Оно и правильно. Вам надо свое дело делать, – Реалист чувствовал, как коньяк разливается по организму. Голова становилась очень ясной и легкой. Он любил это ощущение – чувство начала расширения. – И я вам гарантирую, мы ни в чем и никак не переступим грань закона. Мы просто возьмем и сделаем таран из совершенно законных способов и методов. И врежем по вашим потребилам так, чтобы они побежали туда, куда вам надо.

И куда надо мне, подумал Реалист про себя. Но об этом заказчику знать было совершенно не нужно.

Он зашел за машину и снова достал комм. Потыкал в виртуальную клавиатуру и секунду спустя увидел расплывающуюся в улыбке Пипку.

– Сейчас они рванут.

– Ты первых упустил, – хихикнула она в ответ. – Прилетели сюда в четыре утра, колотились в придорожный мотель, как полоумные, расплатились и попрятались по номерам.

– Отлично. Давай, контролируй, – улыбнулся он тоже, чувствуя, как продолжает медленно нарастать прозрачная холодящая нутро волна, которая сменится пустотой и усталостью после успешного окончания кампании.

Разве она не могла кончиться иначе?

Прайм-тайм на местном канале для ток-шоу они закупили без труда. Пришлось немножко повозиться с закупкой зрителей, но заказчик проникся важностью момента, чуть увеличил бюджет, и Реалист с Пипкой завалились в гости к Хозяину Привидений. Тот жил в переоборудованном подвале старой девятиэтажки на окраине Москвы и не отрывался от своей стены мониторов. Он дирижировал голосованиями и репликами зрителей в студии, он гениально монтировал на лету фрагменты из разных передач и отправлял их в прямой эфир реалов ток-шоу, он лепил личности и разрушал их в промежутках между рекламами.