Читать онлайн «Рип Винклер». Страница 47

— Догадываюсь, — кивнул Винклер.

— Если будешь выполнять свои обязанности как следует, то не станешь нуждаться ни в чем, если нет… Поверь, у меня найдутся, способы укротить строптивца и смерть — это только наиболее легкий и гуманный из них. Ты понял меня?

— Да, — ответил Рип.

— Фития, — сказал голос, — ты упала в моих глазах. — Девушка побледнела. Ты до сих пор не научила его, как рабу положено отвечать своей госпоже. Девушка быстро повернулась к Риггу:

— Положено говорить: «да, госпожа», — Глаза были умоляющие.

— Да… госпожа, — выдавил из себя Винклер.

— Хорошо, а теперь, Фития, вели, чтобы его привели в порядок. Эти пираты никогда не умели работать с людьми.

Вся троица молча поклонилась и вышла.

Сразу после аудиенции Рипа первым делом повели в ванную — огромную комнату с необъятным бассейном в центре.

После того как три женшины-рабьгни вымыли его и умастили тело благовониями, он отправился в косметический зал. Его брили, стригли, делали маски на лицо и тело, маникюр, педикюр; затем старик-парикмахер уложил волосы в прическу, подкрасил глаза, слегка выщипал брови, навел румянец. Парикмахер еще колдовал над ним, а слуги уже внесли белоснежную, легкую как пух одежду.

После всех процедур Рип глянул на себя в зеркало и не узнал. На него смотрел молодой черноволосый красавец — атлет, хоть сейчас на первую страницу журнала. А вечер между тем приближался.

Кровать, как и все в этом доме, была огромна. На ней при желании смогло бы уместиться никак не меньше десяти человек, а уж двое наверняка бы потерялись на таком пространстве.

После того как четверо слуг уложили Рипа, ему велели ждать. Он покорно лежал и ждал, как будто у него Оставался выбор.

Конечно, если постараться, то отсюда можно сбежать, хотя… Рип вспомнил огромного зверя, виденного накануне. Если такая кошечка бродит по парку не одна, побег, пожалуй, будет не из легких. Но не это главное, главное начинается потом. Что делать после побега? Он без документов, без денег, на чужой планете. Куда податься?

Скрипнула дверь, послышались тихие шаги. Рип весь напрягся. Сейчас он увидит ту, с кем вынужден будет делить ложе, исполняя постыдную роль проститутки мужского пола. Шаги приближались. «Наверняка какая-нибудь старуха». Полог откинулся, и…

Перед ним стояла женщина. Она была уже немолода. Рип дал бы ей от сорока до пятидесяти лет, с развитием современной косметологии точнее сказать и невозможно. Но она принадлежала к тому типу женщин, кто и в возрасте сохранил остатки былой красоты.

Хозяйка была одета в тонкий полупрозрачный пеньюар. Прямые длинные черные волосы, лицо с правильными чертами и кожей, как у девушки, наверняка результат косметической манипуляции, тонкий нос, слегка полноватые губы, ровные черные брови, глубоко посаженные глаза и острый подбородок. Женщина была красива благородной, аристократической красотой.

Под тонкой тканью белья угадывалось тело, какому позавидовала бы иная двадцатилетняя красавица.

Секунду они рассматривали друг друга. Перед Рипом была его хозяйка, и она пришла получить от него вполне определенные услуги, однако ее новый раб не знал, как вести себя в данной ситуации.

Первой нарушила молчание женщина:

— Мое имя Нивелин. — Голос был тот же, что и утром, но уже не такой надменный.

Винклер кивнул в знак приветствия.

— Рип Винклер, — представился он. Губы хозяйки тронула легкая улыбка, она легла на кровать.

— Покажи, на что ты способен, Рип Винклер, и тогда я решу, как поступить с тобой дальше.

К удивлению Рипа, он почувствовал, как в нем поднимается волна желания. Он испытывал необъяснимое влечение к этой женщине. Она даже нравилась ему…

Рип нежно обвил рукой ее гибкий стан и медленно приблизил свои губы к губам хозяйки. Она тут же впилась в них. Другого слова не найти, именно впилась, неистово, самозабвенно, как будто никогда не видела мужчину; хотя последнее довольно спорно, поскольку целоваться она умела. Даже более того, оказалась настоящий мастер.

— Ну же, шептала Нивелин, когда Рип оторвался от влажных уст, — давай, я уже готова, возьми меня, мой богатырь, мой молодой лев, я хочу тебя, покажи, какой ты мужчина…

Рип медленно поднял ее одеяние и принялся нежно ласкать ртом грудь женщины. Темные кружки сосков в миг отвердели под настойчивыми губами юноши. Она застонала громче. Рип, не торопясь, продолжал целовать, опускаясь ниже и ниже, сознательно растягивая удовольствие.

Желание в женщине разгоралось все сильнее, дыхание участилось, кожа покрылась бисеринками пота. Но Винклер медлил. Наконец, когда она жалобно взмолилась, он… О, он показал, на что способен. Нивелин не знала, что последний раз Винклер был с женщиной более пяти лет назад, во всяком случае, если и имелись другие, то он их не помнил.

Любовники поменялись местами. Теперь он был хозяином, а она рабыней, он старшим, а она ребенком. Нивелин кричала, кричала в экстазе: «О, так, так, возьми меня еще раз, мой господин, обращайся со мной, как с самой последней уличной шлюхой, как с рабыней из зверинца. Я твоя, бери меня, мой господин, мой повелитель…»

Наутро Рип проснулся утомленный, но довольный. Нивелин рядом не оказалось, лишь записка, приколотая золотой булавкой к подушке:

«Это волшебно, отдохни как следует до вечера. Я распоряжусь, слуги выполнят любые твои пожелания. Если хочешь, осмотри дворец. Нивелин».

Рип блаженно потянулся и поднялся с кровати. Как ни странно, но он давно уже не чувствовал себя столь отдохнувшим.

Так началась жизнь Винклера в качестве раба, впрочем, таковым он себя не ошушал почти ни в чем, кроме… кроме свободы.

Он мог ходить куда вздумается, мот надевать и есть что взбредет в голову; роскошь окружала его со всех сторон. Со временем Нивелин разрешила ему выходы в город, правда, в сопровождении двух слуг и угрюмого курмширца. Этих гигантов во дворце оказалось аж семь штук. Помимо гаража с приличным парком средств передвижения и перелетания, в особняке нашлось место и ангару с личным звездолетом Нивелин.

Саму хозяйку Рип видел только ночами, вернее, каждую ночь. Если они встречалась днем во дворце, она только холодно кивала, но зато вечером… «Возьми свою рабыню, мой господин».

Как потом узнал Рип, Нивелин была вдовой известного и очень богатого местного аристократа. Его предки заработали себе состояние на пиратских набегах, отсюда и герб, затем кто-то из прапрадедушек осел на планете, купил имение, титул, сделал несколько благотворительных перечислений и был таков; через год он стал уважаемым и респектабельным членом общества; какое общество, такие и члены… Так многие поступали. За всеми этими огромными состояниями и громкими званиями местных баронов, князей, графов, старост, епископов, парторгов и множества других важных и громких слов, в далеком или не очень далеком прошлом тянулся кровавый след и попахивало гнилью. Еще старик Чехонте, он же человек без селезенки, в свое время писал, что на Земле нет ничего такого хорошего, что в своем первоисточнике не имело бы гадости. На Каффе это было в порядке вещей.