Читать онлайн «Вселенная разумная». Страница 155

Может показаться, что из суперсильного принципа антропности следует возможность создания любой мыслимой модели Вселенной, или любого монстра. Отсюда даже следует, что физика и строение Вселенной могли действительно меняться в соответствии с космогоническими представлениями человечества, то есть можно вообразить себе как реальный период существования Земли, стоящей на трех слонах. Но все же, по-видимому, реализация всех мыслимых конструкций каким-то образом ограничивается системой физических законов, определяющих стабильность той или иной модели Вселенной. Форма осуществления таких запретов может быть весьма экзотической, как, например, даваемое непосредственно информационным континуумом внедискурсивное, интуитивное знание - известно, например, что задолго до европейского научного ренессанса у многих народов древности имелись знания о строении Вселенной, мало чем отличающиеся от современных, то есть сохранение существования физической Вселенной обеспечивалось трансляцией извне стабилизирующих моделей. Все это напоминает процесс обучения, в котором обучающееся человечество путем проб и ошибок, экспериментально строя свою Вселенную, приближает ее-и свои знания о ней - к истинным.

Возможно, что мы живем в детской комнате Вселенной, которая, заботясь, впрочем, больше о себе, чем о нас, "прячет подальше спички": знаменательно, что большинство основных, фундаментальных законов нашего мира имеет форму запретов. Другая возможная аналогия связана с образом "пещеры" Платона, которая и представляет собой ту "детскую" Вселенной, в которой мы живем. В свете, проникающем через вход в пещеру, мы поднимаем свои руки, перебирая пальцы, складываем из них разные фигуры и, жадно вглядываясь в тени на стене пещеры, пытаемся понять Мироздание.

Итак, можно сделать вывод о том, что психоэнергия не является изначально созидающим, структурирующим фактором и направленность ее в значительной степени зависит от воли системы. Очевидно также, что, несмотря на существующие сегодня природные запреты на осознанное использование психоэнергии человеком, иногда происходят случаи неосознанного, спонтанного проявления ее. Кроме того, характер физических законов таков, что процессы организации требуют больших затрат энергии, чем процессы деструкции, каковое обстоятельство отражено не без иронии в популярной поговорке "ломать - не делать". К сожалению, эти проявления процессов мышления, иногда непроизвольно становящегося эквивалентным применению психоэнергии были, - за отсутствием видимых физических оснований, - сочтены вредным суеверием и было положено немало сил для вытравливания этого предрассудка из традиционного обихода.

Жизнь, тем не менее, очень часто дает примеры удивительных корреляций между мыслями, настроениями, желаниями и их физической реализацией. Разумеется, все эти рассуждения крайне уязвимы, но я думаю, что многие могут подписаться под утверждением в том, что сосредоточенность, постоянное мысленное конструирование гораздо реже бывает результативно, чем деструктивное беспокойство, переживания, страх. Кто-то, порывшись в памяти, может назвать примеры ситуации, когда мысленное сосредоточение на структуре или на том, что "ничего плохого не может случиться", давало свои замечательные плоды. Но примеров противоположного толка можно назвать гораздо больше и, рискуя навлечь на себя обвинения в распространении суеверий и вместо того, чтобы описать все, как водится, на случайные совпадения, я все же не могу не сказать о том, что любое беспокойство о ком-то или о чем-то не должно носить деструктивного характера. Это не означает, что беспокойства не должно быть вовсе, - это невозможно, - но беспокойство это никак не должно содержать разрушительных мыслей, хуже того - образных представлений возможных несчастий, разрушений, опасностей. Угнетенная мысль, направленная на несчастье, этому несчастью способствует-так можно сформулировать правило построения энтропийной мысли. Аналогичную деструктивную роль могут играть и мысли людей посторонних: на этом, собственно, основана вера в "дурной глаз", и в этом же заключена разрушительная сила зависти.

Так в рамках рассматриваемой системы гипотез выглядит один из возможных аспектов проявления психоэнергии - ее конструирующая или разрушающая форма, - как фактор, оказывающий прямое физическое воздействие на тела и процессы в окружающем мире.

Другая форма проявления психоэнергии - информационная, заключается в способности ЭСС живых систем вырабатывать, хранить, передавать и принимать экстрасенсорным путем информацию от других систем любого иерархического уровня Вселенной. Кажется очевидным, что на информационный аспект психоэнергии налагается та же система запретов, что и на конструктивную форму психоэнергии. Представления о возможности сверхчувственного, всеопытного получения знаний непосредственно из пространства с глубокой древности присутствуют практически во всех культурах Земли, называвших этот феномен "наитием", "откровением", чему соответствует буддийское "сатори". Разработка и применение изощреннейших методик медитативного внечувственного общения с чистой информацией континуума является краеугольным камнем всех без исключения восточных учений. Мировоззренческая система толтеков-видящих целиком построена на полученных интуитивным путем знаниях. Даже многие европейские мыслители, несмотря на господство дискурсивных, аналитических методов познания, отчетливо понимали их ограниченность и говорили о возможности иных путей познания. Фома Аквинский, например, четко разделял знания по способу их получения на три категории: "Существуют три степени достоверности: высшая, данная божественным откровением, вторая, доказанная наукой, и третья, низшая, полученная из личного опыта". Уже в новейшее время ему вторит американский ученый Р.Л. Хейлброннер: "Дискурсивное мышление, как правило, не дает новых идей: его функция накапливать и передавать прошлый опыт в рутинных формах. Все же новое в сфере мысли связано с образами ассоциативно-метафорического мышления, рождаемого в таинственных и неподконтрольных нам психических процессах".

В этом высказывании проявляется весьма характерная для европейской науки особенность, тесно связанная с ограничениями, налагаемыми на мышление ученых эмпирически-позитивистским характером исповедываемого ими материализма. Возникновение принципиально новой идеи, интуитивное озарение объясняется только как результат непознанных процессов, происходящих в глубинных слоях психики, в подсознании и являющихся результатом либо накопления и внезапного прорыва на уровень сознания некоего неосознаваемого личного опыта, либо как проявление генетической памяти, или памяти предков.