Читать онлайн «Операция Одиночество». Страница 150

- Будет исполнено, милорд.

Секретарь исчез так же быстро, как и появился. Вторым достоинством хорошего секретаря является умение не путаться под ногами, исполняя порученную работу быстро, качественно и не отвлекая при этом хозяина лишними вопросами. Рассер был почти идеальным секретарем, поэтому Рейкер и впредь не намерен был отпускать его в армию, особенно сейчас, когда проникся убеждением в полной бесперспективности этой войны. "Когда он исполнит поручение - с удовольствием подумал полковник - Интерес к моей персоне еще более возрастет, как же, ужинал с самим императором, в компании с Великими герцогами. Думаю, что подобных пахучих приглашений в следующий раз будет гораздо больше". Разведчик удовлетворенно усмехнулся - это вполне его устраивало.

- Милорд, ваша машина подана.

Рейкер застегнул на плече новенький плащ, поправил начищенный до блеска меч и, бросив последний взгляд в зеркало, счел, что выглядит вполне пристойно. Высокий, идеально сложенный рекн средних лет, с легкой дымкой седины в шерсти и благородными шрамами - именно от таких типов теряют головы молоденькие рекни... да и не только молоденькие, а как раз последние в настоящий момент интересовали Рейкера куда больше, чем юные дурочки. Из земной истории он знал, как много страшных тайн выбалтывалось прекрасным полом под шелковыми одеялами. Впрочем, в этом их цивилизации были весьма схожи.

Его флаер был относительно новой машиной. Хотя отец, достигнув высокого положения, любил роскошь во всем, свою машину Рейкер выбирал сам. Это была последняя модель, приятного стального цвета, с изящными зализанными обводами. Флаер мог развивать огромную скорость и был весьма комфортабельным, хотя по внутреннему дизайну не шел ни в какое сравнение с ужасно дорогими машинами, которые изготовляли для знати в единичных экземплярах. Обычно он предпочитал сам сидеть за штурвалом, однако в данный момент приличия требовали наличия вышколенного шофера, поэтому полковник удобно устроился на заднем сидении и велел трогать.

Столица Империи по своей пышности заткнула бы за пояс любую земную столицу. Впрочем, это было естественно - культивировавшееся веками восторженно-подобострастное отношение к знати не могло не оказать влияние на все области культуры. Даже сейчас, несмотря на некоторый наложенный войной отпечаток, город напоминал один огромный роскошный дворец. Естественно, право жить непосредственно в самой столице стоило недешево и удостаивались этого далеко не все. В частности, вилла в пригороде была пожалована отцу Рейкера прежним императором вместе с баронским титулом. Это не было, вообще говоря, чем-то выдающимся, большинство домов в зеленой зоне были в той или иной мере подарками императора и если титулы и не наследовались, то уж на недвижимость-то это не распространялось.

Да, столица была прекрасна. Многочисленные парки и фонтаны, роскошные дворцы - все это вызывало в полковнике чувство гордости за свой народ, но одновременно приходила и печаль - он так и не смог понять, почему его соплеменники начали эту варварскую бойню. Тем более, что Империя, вообще говоря, процветала. Ушли в далекое прошлое голод, эпидемии, нищета - развитие индустрии сделало большинство товаров достаточно дешевыми и доступными любому. К тому же последнее десятилетие перед войной прошло в борьбе за чистоту окружающей среды, поэтому даже над городами небо было ослепительно голубым и воздух - кристально чистым. Казалось бы, нет никаких причин для молодой цивилизации влезать в эту безнадежную кровавую кашу. Хотя он помнил, какой приступ энтузиазма испытывал он сам, ведя истребитель в первый свой бой.

Впереди показался Центр Мира - зачастую это жаргонное словечко стало появляться даже на страницах прессы. Императорский дворец, величественное здание, не уступавшее по размерам даже пресловутому земному Пентагону, но способное затмить богатством и роскошью любой дворец древних земных королей. Флаер плавно пошел на посадку, мягко опустившись перед парадным входом, охраняемым Серой гвардией - элитными воинскими частями, которым было доверенное самое ценное в Империи - жизнь и безопасность Светлейшего Императора.

Шофер распахнул дверь и Рейкер вышел из флаера, направившись по широкой мраморной лестнице к дворцу. Почти и самых дверей к нему подошел капитан охраны и, отдав честь, вежливо указал на прорезь в контрольном приборе у входа.

- С вашего позволения, милорд... Я вижу, вы здесь впервые. Прошу, вставьте карточку в это углубление.

Рейкер повиновался, отметив при этом, что цепкий взгляд офицера прошелся по его руке, держащей пропуск - нет ли на ней перчатки. Долю секунды автомат анализировал пропуск, сравнивая его химический датчик с информацией, заложенной в дворцовом банке данных. Затем дверь распахнулась и офицер жестом предложил Рейкеру пройти в вестибюль. Дверь за ним сразу закрылась, однако капитан достал аналогичный пропуск и вошел следом.

- Мне выпала честь, милорд, проводить вас в малый банкетный зал. Прошу вас следовать за мной.

Огромная мраморная лестница уводила их все выше и выше. Разумеется, можно было воспользоваться лифтом, однако Рейкер очень тонко понимал смысл этой роскошной лестницы, устланной роскошным ковром и украшенной многочисленными скульптурами и барельефами. Сколько императоров прошли по этим ступеням, которых сейчас касаются его ноги, императоров, которые навеки остались стоять вдоль лестницы в виде мраморных статуй...?

Воспитание, которое получил Рейкер, нельзя было отбросить в сторону в одночасье, даже несмотря на глубокое разочарование полковника в имперской политике. С детства его учили чтить императора, без самоуничижения и подобострастия, но отдавая должное человеку, являющемуся главой нации. Отец всегда говорил сыну, что личностные чувства неприменимы к Императору - он символ, который следует уважать сам по себе, не отождествляя с кем-то конкретным. Поэтому даже сейчас, когда присутствие полковника в этом дворце в некотором роде угрожало империи в целом и императору в частности, и сам Рейкер прекрасно это осознавал и не намеревался бросить начатое, он испытывал заметный душевный подъем и даже благоговение, которое испытывает паломник, вступивший под сень святого храма. Кроме того, нельзя сказать, что Рейкер ненавидел императора, совсем напротив. Он вполне отдавал ему должное - при последнем Высочайшем империя достигла невиданного расцвета и, если бы не война, Рекн процветал бы так, как никогда ранее. Император был умен, предусмотрителен, хотя несколько излишне подвержен лести - что немедленно было подмечено придворными, и к обращениям Высочайший и Мудрейший моментально добавилось с десяток подобных же "титулов".