Читать онлайн «Путь к Вавилону». Страница 109

И вдруг вспыхнул свет — голубое сияние постепенно заполнило всю пещеру, распространившись во всех направлениях, озарив каменные стены и высокий потолок; в этом странном сиянии они разглядели четыре невысокие и ладные человеческие фигуры, окружившие их с четырех сторон.

Люди были не более пяти футов ростом. Крепкого телосложения. Широкие плечи. Густые длинные бороды. Тяжелые молотки в огромных кулачищах. Шишковатые лысины. И глаза точно алые огоньки.

— Гномы, — хрипло вырвалось у Ратагана.

— Мы — Грейдхнехр, Народ Камня, — произнес один из гномов, выступив вперед. Его голос был гулок и глух, как грохот обвала глубоко под землей, из глаз лился свет пылающих углей.

— Мы — древнейший из народов этого мира и живем дольше всех. Мы видели Мингниш, когда бескрайние леса покрывали Великий Дол, а холм Талскера не венчала ни одна из нынешних башен. Зима тогда не наступала поперед лета, на людей не нападали лютые звери и сами люди не выходили с оружием друг против друга.

Каменный потолок огромной пещеры, куда они пришли с гномами, — свод, поддерживаемый толстыми колоннами, вырубленными прямо в скале, был таким низким, что Ратаган постоянно задевал о него головой. Колонны украшали вырезанные в камне изображения мужчин, женщин, Снежных Исполинов и даже гриффешей. На одной Ривен увидел оскалившегося гогвульфа, на другой — сидящего на корточках вира и сурового миркана — на третьей.

В круглых углублениях, расположенных неравномерно в полу пещеры, горел огонь. Языки пламени лизали основания колонн, придавая всему помещению вид пылающей преисподней, как обычно ее представляли художники и поэты средневековья. Дюжина гномов восседала на креслах с высокими спинками, лицом к вошедшим людям. За спиной у них возвышалась еще череда колонн, не похожих на те, что были в зале: то были кариатиды в форме гигантских изваяний гномов, поддерживающих своими плечами гранитный свод, с лицами, искаженными от натуги. Ровно двенадцать фигур, ни одна не похожа на другую; во взгляде каждой — болезненное напряжение. Ривен невольно поежился. Они казались живыми.

В пещере было жарко и душно, так что на лбу у Ривена выступил пот. Они молча стояли перед сидящими гномами, словно обвиняемые на суде. Оружие, по их согласию, у них отобрали в пещере те самые четверо гномов, с которыми Ривен и Ратаган столкнулись в подземном коридоре.

У гнома, который теперь обращался к ним, было лицо Кэлама Маккиннона, отца Дженни.

— Немало людей приходило сюда, в эти горы. Кости многих остались лежать здесь навечно. Кому-то мы помогали, на кого-то не обращали внимания, кого-то, за его вину, собственноручно лишили жизни. С вами миркан. Это хорошо. Ибо народ-воин вышел из камня, которого касались резцы гномов-ваятелей. С вами человек громадного роста и человек со смуглым лицом. С вами женщина. И еще с вами тот, в ком таится великая сила, запертая точно вода плотиной. Тот, кто сотворен из материи другого мира, настолько чужд этому, что мы смогли почуять его приход, как только нога его коснулась камня этих гор. Интересная компания, в самом деле. Их преследуют Исполины и люди. Люди-виры им помогают, а Горний народ дарит им свою дружбу. Интересная компания.

Гном замолчал, словно обдумывая все это. Его товарищи тоже сидели молча. Неподвижно. Словно каменные изваяния. Но в мозгу у Ривена стоял какой-то гул, напоминающий отзвуки далекого разговора. Не отрываясь смотрел он на гнома, который был возрожденным Кэламом. Борода изменила его лицо, и глаза, горящие алым огнем, были чужими и странными, но все-таки это был Кэлам — вплоть до насмешливого изгиба в уголке рта, линию которого унаследовала Дженни, а потом получила Джиннет. Однако лицо у гнома оставалось бесстрастным. В нем не было того биения жизни, что делало лицо Кэлама таким подвижным, а красные глаза придавали ему и вовсе нечеловеческий вид.

За спиной у них тесной толпой стояли гномы. Когда Ривен и его друзья вступили в зал, им пришлось пройти, как сквозь строй, под напряженными взглядами Народа Камня. Толпа расступилась перед ними, открывая проход к двенадцати старейшинам, восседающим в креслах. Они отличались друг от друга и ростом, и внешностью. Некоторые были ростом почти с обычного человека, хотя и в два раза шире в плечах. Другие были такие маленькие, что их головы едва доставали Ривену до пояса, а руки свисали до земли. Огромные ладони лопатой, могучие ноги, широкая грудь колесом. Большинство гномов носило бороды, которые были либо пострижены коротко и топорщились во все стороны, либо, наоборот, неимоверно длинны. В таком случае их затыкали за широкие пояса или же заплетали в косы. Если отсутствовала борода, то имелись усы: концы их либо свисали ниже подбородка, либо были напомажены чем-то, что походило на известь, и торчали тогда, как клыки. Было немало лысых. Их морщинистые макушки качались бледными пятнами в алой духоте зала. Густые длинные волосы других были собраны в хвост или свободно падали на плечи. Все они казались очень и очень старыми. Морщинистые лица. Длинные носы. Глубоко запавшие глаза в похожих на пещеры глазницах под сенью мохнатых сердитых бровей. Во тьме зрачки их светились, словно глаза животных, захваченных светом прожектора, но светились красным, как будто внутри черепов их пылал крошечный ад.

Когда пришельцы входили в зал, среди толпы гномов поднялся ропот. Теперь же гномы хранили молчание, хотя Ривен все еще ощущал спиной их напряженные взгляды.

— Что вы ищете в этих горах? — спросил гном с лицом Кэлама.

Ему ответил Байклин:

— Мы искали тебя, Владыка Камня. Нам нужен мудрый совет. А Народ Камня испокон веков славится своей мудростью.

Гном приподнял бровь.

— В самом деле? Что ж, вы нас нашли. И что за вопрос хотели задать вы Народу Камня?

Байклин замялся и поглядел на Ривена. Тот кивнул ему и сделал шаг вперед.

— Сначала я расскажу вам нашу историю, — промолвил он.

Он долго стоял и говорил в красном свете зала, — стоял, обливаясь потом, под пристальными немигающими взглядами множества глаз. Он рассказал им историю, которую сложил вместе с Мингнишем. Он рассказал о своих приключениях в Долах и о том, что случилось с ним в его собственном мире. Он рассказал им о Дженни и Хью, о Кэламе и темноволосой девушке. Он говорил о скитаниях Мертаха и Байклина, о сражениях в Рориме Раларта и Талскере, о трудном положении Горнего народа и о времени чисток. И еще он рассказал гномам о своих книгах. Он вынул их сюжеты на свет — алый свет пламени костра, пляшущий в каменном зале, — и развернул перед ними, указав на сходства и различия между тем, что написал он сам, и тем, что случилось в Мингнише на самом деле. Он сказал им, что видел этот самый зал задолго до того, как вступил в него. Ибо здесь происходит часть действия третьей книги, которая еще не написана, но замысел которой уже созрел у него голове. Он знал имя гнома, похожего на Кэлама: Тормод, — а место это называлось Кашнрим Джхаар, город Железной Крепости на языке гномов.