Читать онлайн «Середина. Том 2». Страница 92

Когда Яроборка впервые увидел, затерянный в мощных зарослях леса Аскаши, он был потрясен. Не только величественностью града, где громадные постройки, широкие каналы, прекрасные башни, тонули в дебрях леса, но и тем как за столетия, что более не проживали в нем люди, его единственными обитателями стали деревья. Могучими своими кореньями они пробили и вспучили каменные дороги, настлы, захватили в полон и сами дворы, стены. Кажется, они вросли своими стволами в каменные ограды, обняли и спаялись ветвями с башнями и крышами, крепкой хваткой сдавили изваяния и колонны.

И хотя стараниями синдхистанцев часть растений внутри города была убрана, Аскаши продолжал тонуть в островках могутных деревьев и их корней. Может статься лишь благодаря огромному рву, вымощенному блоками песчаника окружающему по квадрату сам город, он не подвергся более масштабному разрушению, и водная преграда, составляющая более пятидесяти метров, отделила Аскаши от посягательств леса. А может была права королева марух Блага, сказывая когда-то рао, что город построенный по особым технологиям гипоцентавров и вовсе не подлежал как таковому уничтожению.

Сам Аскаши располагался на небольшой и вельми ровной возвышенности, напоминая своими четко очерченными линиями квадрат, с явственно ровными стыками в углах. Сразу за рвом, преграждающим вход в город, начиналась крепостная стена, выполненная из красного полированного мрамора украшенная поверху многочисленными башенками, резно витыми по кругу, достаточно высокими и также повторяющими форму квадрата. Когда-то они наверно были белыми, но за долгий срок своего существования не просто потемнели, а прямо-таки позеленели, да оказались купно опутанными лианами и эпифитами. Мощные ворота, дотоль, судя по всему, окованные и зримо украшенные разнообразными символами и узорами более не скрывали проход в Аскаши. Левая створка, отвалившись с частью колонны, на которой держалась, теперь покоилась во внутреннем дворе города, а правая накренившись диагонально, и упершись одним своим нижним углом в каменное полотно, крепилась на нижней петле. Над воротами на каменном основании располагалась коническое навершие — башня из нескольких уровней по форме повторяющих треугольную пирамиду. Вся башня была украшена изваяниями, резьбой и росписью знаков голубых и оранжевых цветов.

Через ров пролегал широкий мост, собранный из полновесных грубо-обработанных камней ровных только в верхней его части. Но и там ноне меж ними пролегали боляхные трещины, уступы, ямы потрясающие своей залащенностью полотна. Так, что глядя и на сам город, и на крепостные стены, ворота понималось, его создатели не думали как о таковой защите, всего-навсе о величественности и красоте.

Внутри Аскаши, представлял из себя множество высоких и широких построек, увенчанных пикообразными али коническими башенками, связанных между собой прямыми галереями, длинными крытыми коридорами, каменными проходными мостами, оные поддерживали низкие прямоугольные столбики. Местами те удивительные по виду покатые дугообразные мостки, проходящие в нескольких метрах от поверхности земли, соединяли разнообразные по форме и высоте здания, пестрили поперечными переходами, под которыми располагались квадратные водоскопы, маханькие прудики.

Особенно мощными смотрелись семь построек, поместившиеся обок друг друга, наподобие лестницы. Они венчались единой каменной крышей, также украшенной колоннами, перемычками, красивейшей резьбой, искусно исполненными изваяниями, узорами, рисунками цветов, так схожих с перевернутыми звонцами, бубнами, голубками, пичужницами населяющих леса лесиков и влекосилов. Таких построек, где под общей крышей располагались семь зданий, было значимо много по всему городу, точно имеющих нечто в виде объединенного места жительства для определенной прослойки людей, а может одного рода.

Сложенные из огромных каменных плит, блоков гладких и словно без раствора так, что в местах стыках почти не зрелось швов, те постройки города: дворцы, дома, водоскопы, пруды, переходы, изредка являли одни развалины. Где порой находились только мощные возвышающиеся в несколько уровней платформы по краям все еще ограненные гигантскими телами змей, очевидно, и препятствующих их дальнейшему разрушению. В неких местах не было уже и самих построек, а на их бывшее там присутствие указывало нагромождение каменных останков.

Изваяниями людских лиц, лошадей, слонов, птиц были украшены почти все скосы стен, углы построек. Галереи и поперечные переходы связующие здания с одной стороны, поддерживались колоннами, а с внутренней, как правило, пролегающая стена демонстрировала на собственной поверхности окна, почти в четверть ее размера. Свод в галереях все еще наблюдаемо украшали изображения животных, в основном из преданий людей рао, не только влекосил, кыызов, но и аримийцев: инроков, змей-драконов, волшебных птиц. Точно дотоль формирующиеся лишь в данном месте предания позднее были распространены и частью прижились в различных уголках Старого Мира, Аримии, Дравидии, Асии.

В центре Аскаши находился величественный, даже сейчас, квадратный дворец в пять уровней. Он соединялся с соседними четырьмя трехуровневыми, круглыми строениями, расположенными по его углам, многочисленными лестничными проходами, галереями, стыки которых увивали изваяниями змей. Сам дворец венчался пирамидальной формой крыши, будто обвитой по коло, чуть выступающим телом змеи. Хотя сейчас и сам дворец и прилегающие к нему постройки, лестницы, водоскопы, каналы находились в запустевшем состоянии. В жилищах не имелось дверей, окон, по большей частью поселившиеся и подле него деревья оплели и сами стены, приподняв, разломили напополам каменную крышу, вылезли могучими ветвями из окон. Корневища тех деревьев взломали…взорвали лежащую пред центральным дворцом широкую площадь, полотно которой когда-то было выложено гладким, белым мрамором.

Они те коренья своей силой сломали допрежь стоящее в середине площади на возвышении высокое изваяние, а может это сделали людские руки некогда захватчиков Аскаши. Верхняя часть человеческого изваяния вже была уничтожена полностью и теперь лежала кусками белого мрамора подле остатков все еще стоящих на постаменте ног. Возвышение со всех четырех сторон окружали парапеты с низкими каменными образами змей переплетающихся меж собой хвостами и на удивление все еще сберегших тонкости скульптурного своего творения.

Яробор Живко первый раз войдя вместе с Волегом Колояром, Ксиу Бянь, Байдан Варяжкой и иными ханами в город долго вглядывался в остатки сколотой головы, уже почти и не сберегшей образ того кому устанавливалась. Да, город был разрушен, но все же сумел сберечь за эти тысячелетия своей жизни, основные постройки, те самые которые были сооружены именно гипоцентаврами. Вероятно, потому как мощные каменные блоки не подлежали разрушению, однако сама их огранка, украшения, барельефы, изваяния уже не имели своей четкости, цвета и даже красоты. Что же касается более простых жилищ находящихся в Аскаши и по виду уже не имеющих отношения к гипоцентаврам, ибо были построены из песчаника, они почитай все превратились в развалины. И теми самыми нагромождениями камня заполняли улицы, пятачки, площади.