Читать онлайн «Темный.». Страница 56

Одновременно с этим поступили доклады от других рот батальона. Они вступили в бой с нордами и тоже отбросили республиканцев. На время наступило затишье, но оно оказалось недолгим, так как вскоре появились вражеские бомбардировщики.

В небе темные точки, не менее двадцати. Наши ЗСУ встретили противника и даже свалили пару самолетов, но республиканцы, несмотря на потери, все-таки сбросили на городок свой смертоносный груз. Налет был недолгим, однако мы потеряли один танк и несколько орудий. Плохо. Но не смертельно.

Самолеты улетели. Наступила относительная тишина. Продолжаем ждать новых приказов.

Прошел час. За ним другой и наступил полдень. А противник не предпринимал никаких действий. Странно. Ведь республиканцы должны наступать, раз они задумали окружить 5-ю армию маршала Штерна. А тут тишина. Даже авиации нет. Почему? Ответа не было. То ли силы в кулак собирают, то ли добивают окруженную ВМБ "Роммхат".

Тем временем стало смеркаться. Из штаба корпуса пришло сообщение, что прибыла сорок пятая дивизия. С этого момента за тылы можно было не беспокоиться и нам дали команду на выдвижение. Наконец-то, атака.

Взревели движки "Берсерков", бронемашин, ЗСУ и самоходок. После чего батальон направился к океану. Окруженные в "Роммхате" морские пехотинцы звали на помощь, и мы рванулись на выручку.

Авангард покинул Торхо, миновал догорающие бронемашины нордов и буквально через полчаса мы столкнулись с противником, который закрепился в поселке Челядиново, который считался пригородом Иргарда. Комбат, не будь дураком, после первых выстрелов вражеской артиллерии отдал приказ гаубичному дивизиону, который оставался в тылу, и наши "боги войны" показали класс. На окраину Челядинова, уничтожая живую силу республиканцев и бронетехнику, обрушился смертоносный шквал, который за несколько минут подавил сопротивление. Гигантские огненные клубы, рассеивая сумрак, полыхали вдоль всего поселка. Людей не видно, только горящая техника и разбитая полевая артиллерия. Хаос. И добавляя беспорядка, в Челядиново ворвались "Берсерки" с танковым десантом на броне.

В бой вступили практически сразу. Впереди показался вражеский "Саблезуб" и, поймав его в прицел, я приказал стрелку:

- Бронебойный!

- Есть.

Все знакомо. Звуки. Запахи. Люди. Танк, на время ставший моим, мчался по горящей улице, и слышен звук заряжающей системы.

Огонь! Выстрел! Снаряд врезается в башню "Саблезуба" и он, будто споткнувшись, замирает на месте и окутывается дымом.

Давай-давай-давай! Жми! Вижу скопление вражеской пехоты, которая спешно разворачивает ПТУР и пытается установить ротный миномет. Идиоты! Им бы бежать. Но поздно.

Пехоту начал косить "Хеймдаль". А из-за угла, пытаясь скрыться, вылетел вражеский бронетранспортер. Цель достойная. Бьем!

- Осколочно-фугасным!

- Есть!

Бах! Выстрел! Снаряд подкинул бронетранспортер, и на землю упала уже не боевая машина, а объятый огнем покореженный кусок металла. Красивое зрелище и, одновременно с этим, страшное. Ведь внутри были люди. Впрочем, какие это люди? Убийцы мирных поселенцев, враги и ублюдки. А потому вперед! Дави! Круши! Убивай! Стреляй!

Еще одна цель. Я обнаружил противотанковую пушку, калибром не более пятидесяти миллиметров, которую выкатывали со двора.

- Мехвод! - заорал я. - Скорость! Прибавь! Еще немного! Кромсай нордов!

Выдохнув клубы черного дыма, "Берсерк" загудел двигателем и наехал на вражеское орудие. Скрежет металла и какие-то крики, которые почти не слышны. Рывок! И танк перевалился через орудие. После чего мы сбавили скорость и оказались на небольшой площади, перед памятником какого-то поэта. Почему поэта? Да потому, что он сидел на скамейке, и в его руке была книга. Хотя, кто знает, возможно, этот человек был чиновником. Неважно. А важно другое, что из-за каменной статуи выскочил вражеский пехотинец с гранатометом на плече.

"Вот и все, - промелькнула мысль. - Сейчас нас поджарят".

Однако мой связист среагировал быстро. Очередь из пулемета разорвала тело солдата. Поэтому он нас не подбил. Выстрелить республиканец успел, но заряд коснулся брони вскользь, дал рикошет от округлой башни и мы остались живы.

Удар! Мое тело мотнуло в кресле, и я едва не ударился об броню. Но "едва" не считается. Продолжаем бой.

Перед нами появляется вражеский танк, что-то приземистое и явно не тяжеловесное. Конструкция незнакомая. Определять тип вражеской машины некогда, и мы бьем бронебойным. Один выстрел - один вражеский танк. Неплохо. И в этот момент голос механика-водителя:

- "Черепаху" подбили!

- Что за "Черепаха"? - окликнул я его, продолжая искать цели.

- Танк-амфибия. Новейшая разработка! Я такие только на ТВ и в журналах видел!

- Понятно.

На площади пусто. Ни своих, ни чужих. Лишь чадит республиканская "Черепаха". Куда направить "Берсерка"? Только об этом подумал, как приходит команда комбата:

- Внимание! Говорит "Сотка"! Кто освободился, выдвигаться на северную окраину поселка! Здесь жарко!

Я и еще несколько экипажей подтвердили свое выдвижение, и мой "Берсерк" направился к комбату. Стреляя из пулемета и выбрасывая из выхлопных труб черный дым, пролетаем по улицам, оказываемся на окраине и снова вступаем в бой. Перегораживая нам дорогу, в нескольких метрах от "Берсерка" очередная "Черепаха", и мы врезаемся в нее. Легковесный вражеский танк не выдерживает. Мы притираем его к каменному зданию, буквально впихиваем амфибию в развалины, плющим и когда "Черепаха" зависает, отходим назад. Дистанция всего тридцать метров. Башня разворачивается, и ствол нашего орудия опускается. В стволе кумулятивный. Для "Черепахи" это избыточный боезаряд, но менять его некогда. Как говорится, если взялся за нож - бей!

Выстрел! Снаряд прожигает слабую броню амфибии насквозь и обнажает ее нутро. Экипаж республиканского танка погиб. Можно не сомневаться. И "Берсерк", покинув поселок, оказался в поле.

К этому моменту уже окончательно стемнело. Но светло, словно днем. Слишком много вокруг пожаров. Горит вражеская техника. Вдоль поселковой окраины окопы и в них шел рукопашный бой. Наш танковый десант и сводный батальон из отступающих солдат бились с вражескими пехотинцами. И, выбрав направление, на котором больше всего республиканцев, я направил "Берсерк" туда и в запале постоянно выкрикивал:

- Мехвод, дави нордов! Дави! Пулемет, бей! Коси ублюдков!

Впрочем, продолжалось это недолго. Республиканцы не выдержали и побежали. Они спасались бегством, а в нашем "Хеймдале" закончился боезапас. И можно было давить врагов гусеницами, но комбат приказал не зарываться и мы оттянулись назад. Но это ненадолго. Батальон собрался в кулак и уже через сорок минут, посадив на броню пехоту, мы направились к Иргарду.