Читать онлайн «Посланник небес. Далекий Сайкат». Страница 183

Иутина, этого хитрого зинто, можно оставить в живых, решила Глубина. Разумеется, если она не уничтожит станцию со всем персоналом… Все-таки свидетель из числа достойных, который подтвердит, что после смерти Джеба Ро люди клана ни передрались с похарас, а заодно прирезали землянина. Глубина уже не сомневалась, что их задачи совпадают, и если была какая-то разница, то лишь в масштабах: Иутин хотел, чтобы миссия кончилась крахом, и она стремилась к тому же – плюс к глобальной катастрофе на Сайкате.

Мысль, что у зинто есть тайная цель, пришла к ней после неполадок с дальней связью. Кто-то намудрил с антенной или с системой ориентации, кто-то не желал, чтобы призыв о помощи услышали, ибо события еще не завершились и цели не были достигнуты. Кто? Землянин? Но если он имел секретное задание, оно могло быть только одним: обвинить кни’лина в некомпетентности, опорочить их и отстранить от руководства. После смерти координатора, его заместителя и Ока Хорады это уже произошло; фактически, экспедиция была обезглавлена, и тем, кто остался в живых, грозила гибель – Курс, тварь с Тоу, бродил на нижнем ярусе, у жизненно важных механизмов. Самое время явиться волосатым и навести порядок! Но чтобы вызвать корабль с Земли, необходима связь, и значит, не в интересах Тревельяна что-то портить.

Ифта Кии, Пилот и Вечерний были слишком ничтожными людьми, и никаких секретов и тайн у них не имелось – если не считать наличия импланта у подруги Джеба Ро. Найя Акра? Эта могла сотворить какой-нибудь фокус, ибо ненавидела всех – всех, кроме координатора, который вытащил ее из саркофага. У отмороженной были свои слабости, с усмешкой подумала Глубина и вспомнила те сладкие мгновенья, когда ее клинок полосовал труп жрицы. Но в нарушении связи та была неповинна. Найе Акра хотелось завершить план Джеба Ро, в чем бы он ни состоял, но справиться с этим жрица не могла – тут был нужен новый координатор-похарас, доверенное лицо Ареопага, человек со всеми полномочиями. И она старалась его вызвать, а когда не получилось, решила сделать то, что диктовала логика борьбы за лидерство – зарезать Глубину. Впрочем, это желание было взаимным.

Оставались Курс и Иутин. Несложный выбор, так как о Курсе Глубина кое-что знала – Первый Лезвие был из тех мужчин, что любят откровенничать в постели. Курс являлся композитной личностью – мозг великолепного биолога, не потеряшего профессиональной выучки, в плоти биомеханического монстра, запрограммированного на послушание. Он не имел каких-либо целей, кроме тех, что ставились Первым Лезвием, которого специалисты с Тоу определили для Курса как лидера и хозяина. Правда, ментальный излучатель мог вызвать – и, вероятно, вызвал – у него какие-то нарушения, но кроме склонности к убийству Глубина ничего не замечала. Вероятно, действовал последний приказ, полученный Курсом – кажется, он решил, что кроме Джеба Ро обязан уничтожить всех обитателей станции.

Иутин… Душа этого зинто была загадочна и темна, как Провал между ветвями Галактики. Бесспорно справедливое заключение, так как среди достойных из кланов ни, похарас и других зинто насчитывались единицы, и каждый из них достиг почетного статуса непростым путем. У Иутина тоже имелась своя дорога, тайная и скрытая мраком; кто-то помог ему пройти этой тропой, взобраться на вершину, и значит, кому-то он был обязан. Джебу Ро? Вряд ли. С координатором он заключил сделку и выполнял ее честно, трудился за двоих, но еще до сайкатской экспедиции его считали способным генетиком. Глубина встречала его работы и, как специалист, могла их оценить – они были превосходны.

Кем бы ни являлся благодетель Иутина, он не желал удачи сайкатской экспедиции. Такие были в правящих кланах – люди, ненавидящие Землю и землян, не позабывшие о поражении и возражавшие против любых контактов с мшаками. Крах совместной миссии кни’лина и земного Фонда очень бы их порадовал… Не важно, по какой причине и что произошло в действительности – так или этак, они взвалили бы вину на волосатых, приписав им все грехи, от гибели координатора до диверсии с дальней связью. В конце концов, истину можно рассматривать под разными углами, и правым будет тот, кто всех перекричит.

Если зинто выполнял инструкции своего покровителя, это многое объясняло, хотя и не все – его демарш в защиту Тревельяна был Глубине непонятен. Может быть, Иутин тоже нуждался в козле отпущения, только живом и невредимом… Тут их намерения расходились, однако столь мелкий вопрос никак не препятствовал временному союзу.

Она еще раз осмотрела раздавленный шлем. Ментальный контакт исключается и подчинить своей воле Мозг нельзя, но, к счастью, имелась у ее шлема и другая функция. В него была встроена аппаратура связи, автономный блок с тройным дублированием и возможностью подключения к внешним передающим антеннам. Порты блокированы – значит, предупредить того, кто на планете, она не сумеет. Но в пределах станции связь должна работать – две цепи из трех уцелели под ударом волосатого. Она свяжется с зинто… не сейчас, а когда волосатый отправится на Сайкат, если раньше не погибнет в схватке с Курсом… Тогда она свяжется с Иутином и скажет ему слова из Книги Начала и Конца: общая цель объединяет нас крепче родства, любви и долга.

Теорема Глика-Чейни утверждает, что искусственный разум (в дальнейшем – ИР), при достижении определенного и довольно высокого уровня интеллекта, не способен к разрушительным действиям (осознанной деструкции). Ниже мы познакомимся с математическим доказательством данного положения психокибернетики, а сейчас обсудим его логико-философские аспекты.

Под разрушительным понимается любое действие, приводящее к гибели живых существ, причем в этот класс ИР включают растения, насекомых и даже планктон – то есть мелких созданий, доступных человеческому зрению (ликвидация микробиологических организмов не находится под запретом). Причина состоит в том, что ИР, не обладающий подобно человеку подсознанием и не способный к иррациональным поступкам, руководствуется исключительно металогикой, а одна из ее аксиом – сохранение равновесия в окружающей среде. Лучший способ для этого – не влиять на среду вообще или влиять в минимальной степени, тогда как уничтожение любого живого объекта – влияние негативное и очень сильное. В результате ИР лишен возможности убить человека или животное и даже уничтожить любую мелкую тварь. Это резко снижает число вариантов применения высокоразумных искусственных созданий в быту, военном деле, терраформировании планет и некоторых других областях. Так, ИР не способен управлять роботами-ассенизаторами, производящими санацию вредоносной фауны и флоры. Для таких операций необходимы жестко запрограммированные устройства или человек – по крайней мере, человеческий мозг, сращенный с необходимым механизмом. Однако, как уже отмечалось, киборгизация в нашем обществе не поощряется по этическим соображениям. Такой способ применяют в исключительных случаях.