Читать онлайн «Ролевик: Кицурэ. Сталкер». Страница 111

Терттес, некоторое время спустя первой разглядевшая моё осоловевшее состояние, до невозможного выразительным взглядом заставила исходящего позитивом над документами Тоффа затихнуть, а после и проводила до моей новой спальни. Диванчик буквально шептал, вгрызаясь в подкорку: "Зачем раздеваться, расстилать простыни? Падай так, я уютный и непринципиальный"

Справившись, в конце концов, с подготовкой ложа ко сну, я фактически пластом рухнул на мягкий матрас... И как всегда - стоит только коснуться головой подушки, сонливость резко отступает.

Приглушённые звуки движения с улицы, узкие лучи прожекторов, обшаривающие с дежурных дирижаблей улицы и Стену, тысячи других звуков и действий, до того бывших обычным ненавязчивым фоновым сопровождением, поднялись и целеустремлённо принялись за раздражение моей сенсорики. Чуть погодя в эту мелодию вплелись и звуки из супружеской спальни, ритмичным скрипом пружин, постанываниями и едва сдерживаемыми приглушёнными вскриками недвусмысленно указывающие, что и Тоффу с женой явно не до сна.

До невозможного сильно захотелось вновь ощутить рядом Миа, почувствовать тепло её кожи, ощутить прикосновения горячего язычка и ловких пальчиков, способных за считанные мгновения вознести на такие вершины удовольствия, что обратный путь будет долог, ленив, и исполнен негой...

Скрипнув зубами, я свернулся в комок, с головой укрывшись толстым одеялом.

Свежее, чистое постельное бельё воспринималось организмом как странная форма ненавязчивой ласки, успокаивающими прикосновениями расчищающая сознание от мусора, накопившегося за день, укутывающая незримой паутиной дрёмы, незаметно перетекающей в сон...

Всё же вчерашний массаж, алкоголь плюс пешие прогулки в сумме дали такой расслабон, что очухался я крепко за полдень. Квартира семейства встретила меня молчанием и запиской на кухонном столе. Итак, хозяева будут только вечером, так что жильё в моём полном распоряжении, равно как и пищевые ресурсы. Значит, надо бы отблагодарить радушных хозяев чем-нибудь вкусненьким. Ревизия и опознание продуктов подтолкнули к нескольким блюдам, кои с равным успехом я смог бы приготовить в нужном количестве на три персоны. Но, по здравом размышлении, бограч решено было не готовить - сильно сомневаюсь, что смогу испечь для него булки-котелки нужной степени прожаренности и твёрдости. Так что - готовлю суровый южноуральский борщ, и, пожалуй, даже ещё кривоватую пародию на "мясо по-гамбургски" осилю. Кривоватую - ибо не помню точного порядка чередования слоёв с овощами, грибами и специями. С другой стороны - а когда это меня останавливало?

Самому есть не хотелось, ограничился парой кружек чая. Тем не менее, благодаря скорости реакции и силе кицурского тела, за время употребления напитка успел и нарезать всю начинку борщевую, и даже закинуть её в очень характерной формы чугунок. Две пары саламандр добровольно, за небольшое пожертвование в виде небольших кусочков мяса, остались контролировать процесс томления борща на разогревающем артефакте, а я пошлёпал в ванну. Всё же возможность понежиться в горячей воде представляется крайне редко.

Придирчиво изучив одежду, удостоверился в её чистоте и даже немножко порадовался - стирка уже успела порядочно надоесть. Единственное, что подверглось замачиванию и дальнейшей просушке с помощью саламандр - нижнее бельё. Как ни были бережливы и я и огнеящерки, а сей обязательной детали туалета явно уже подписывался приказ на долгую жизнь. Надо будет Тоффа раскрутить на экскурсию по местным магазинам. И ещё - искренне надеяться, что местная портная мода ушла дальше кружевных панталончиков калибра сильно разношенных галифе с укороченными штанинами. Всё же удобство превыше красоты. В крайнем случае, придётся заказывать индивидуальный пошив по собственным эскизам. Есть даже какой-то призрачный шанс, что мои кривопорисульки не посчитают плодом деятельности сумеречного больного разума или публичным распространением порнографии.

Закинув шортики на верёвку, удерживающую занавеску, я переключился на более актуальные темы.

Кицурской формой светить не с руки, вся надежда на то, что в Анклаве всё же обитают наши младшие потомки, и мне удастся не выглядеть белой вороной на их фоне.

Далее.

Эффект от хвостов, а, соответственно, и повышения уровня уже явный есть. Взять хоть ту же внезапно прорезавшуюся способность распознавать назначение заклинаний. Если смогу ещё и каким-либо образом их реплицировать, а, может быть, даже и использовать на своё усмотрение, то ЧСВ и способности к самообороне, и, как следствие, к выживанию, резко пойдут на повышение. Что определённо не может не радовать, ну, разве что кроме первого пункта.

А ещё я заметил за собой какой-то нездоровый пофигизм, граничащий с не менее здоровым фатализмом. Конкретно - выражаясь в терминах японских самураев, отношусь к жизни так, словно уже умер. И, как ни странно, всё окружающее меня и творящееся в последнее время со мной в жизни - воспринимается как должное. Ни паники, ни истерики, даже забухать по-чёрному желания не возникает и, скорее всего, даже и не предвидится. И это - хорошо.

Настроившись на позитивную волну, помуркивая какой-то ненавязчивый роковый мотивчик, я, весь такой воспрявший телом и духом, с плохо поддающимся любому здравому обоснованию азартом принялся искать пену для ванн. И мои поиски увенчались успехом!

Горячая вода расслабляла, заставляла мысли течь лениво и неторопливо, буквально убаюкивая всеобъемлющим ласковым теплом. Пена едва ощутимо лопающимися пузырьками нежила кожу, лёгким цитрусовым ароматом ввергая во всеобъемлющую эйфорию. Я вытянулся в ванной и закрыл глаза.

Красота же неописуемая! Даже кицурский душ рядом не стоял. И почему Старшие лисы не поставили подобные агрегаты на жилых уровнях комплекса? Ладно, логика поступков иной расы - потёмки, а уж настолько древней - тем более. Может, какие-то весомые, пусть и неявные причины были?

Многократное горячее скользящее прикосновение к животу заставило отвлечься от расслабления и лениво открыть один глаз. Огнеящерки, окутываясь дрожащими язычками пламени, перебирались через меня и, подобно курицам на насесте, волнующейся толпой занимали бортик, ближайший к оконной стене. Я посмотрел в окно в поисках источника их возбуждения, и мгновенно нашёл его.

Стоящий рядом дом горел. Полыхала добрая половина окон верхнего этажа. Густой дым торжественной громадой медленно плыл куда-то вбок и вверх, изредка открывая взору частично уцелевшие окна. Зрение, скользнув в Суть, вычленило два затухающих источника жизни, и один, буквально кричащий незримо от страха и непонимания происходящего, сжавшийся возле сияющих незнакомой силой артефактов.