Читать онлайн «Хроники Земли Простой». Страница 103

Две фигуры, бредущие на юг по лесостепной полосе Алхиндэ Бэхаа, были видны издалека. Во многом этому способствовал окружающий ландшафт — ежели вы одиноко, как перст, точнее как два перста, возвышаетесь среди равнины полуголой, вас трудно не заметить.

Человеку, чтобы получше разглядеть далекие объекты, нужны оптические приборы. Если таковых не имеется, а желания поглазеть в избытке, то человек вынужден тратить уйму времени и сил, чтобы преодолеть расстояние, отделяющее его от объекта. Читатель же находится в заведомо выигрышном положении, поскольку тратит на это считанные мгновения.

Если, конечно, авторы повествования позволят ему это сделать. Ну это так… к слову пришлось. На самом деле авторам и самим интересно, кто же это плетётся по степи.

Теперь, когда желания читателей и авторов совпали (что вообще говоря, бывает не всегда, нечасто, прямо скажем, бывает), рассмотрим путников поближе. Теперь отчетливо видно, что это наши старые знакомые — юный Микки Спиллейн и почтенный Дам Баа. Вид оба путника имеют весьма измождённый. Виной тому долгие вёрсты пути и палящее солнце над головою.

— Пить! — простонал Нухыр Императора с торбой по образованию. — Пить хочу!

— Сами виноваты, — сердито сказал начальник экспедиции. — Нечего было руки совать куда не надо.

Нухыр Императора с торбой по образованию до сих пор сносил придирки молча, поскольку и впрямь чувствовал себя виноватым. От осознания собственной виновности ему было горше вдвойне. Это, кстати сказать, весьма загадочное свойство человеческой натуры. Если вас ругают несправедливо, это вам не нравится. Вы с молчаливым негодованием думаете про себя — ёкалэмэнэ! Ладно, если б я действительно был виноват! А если же вы действительно виноваты, то вам от этого почему-то нисколечко не легче. И вы начинаете где-то глубоко в глубине души своей искать оправдания. Даже не так. Вы начинаете искать виновных в том, что вы виноваты. И вот ещё одна загадка — как правило, таковые находятся.

Формулируя коротко — в душе почтенного Дам Баа потихоньку зрело чувство протеста, и аккурат к последним словам юного Спиллейна созрело окончательно.

— Па-азвольте! — сказал Нухыр Императора с торбой по образованию. — Я был обязан предпринять хоть что-то.

— И много счастья вам это принесло? — желчно спросил юный Спиллейн. Позиции, что и говорить, он занимал весьма удобные. Кругом прав, и на сто ступеней выше оппонента.

— Нет, — честно сказал Дам Баа. — Но при чём тут счастье?

Здесь Дам Баа почувствовал, что эту мысль недурно было бы развить.

— Служение делу, — вдохновенно сказал он, — не имеет никакого отношения к достижению счастья.

— А к чему оно имеет отношение? — заинтересовался начальник экспедиции, и как это часто бывает, тут же был за своё любопытство наказан.

— Долг — это долг, — веско сказал Нухыр Императора, — а счастье — это счастье. Я увидел, что начальник экспедиции… э-э-э… хочет сбежать! И принял меры! Да, это не принесло мне счастья! Но зато я могу спать спокойно!

Завершив столь высокой ноте свою тираду, Дам Баа победно посмотрел на начальника экспедиции.

— Ясно, — довольно-таки равнодушно сказал Микки Спиллейн. — Ради бога. Ложитесь и спите себе спокойно. А я пойду дальше.

И действительно пошёл. Дам Баа некоторое время смотрел ему вслед, остро чувствуя неудовлетворённость. Неожиданно юный владетель Бленда остановился.

"Дошло, наконец", — подумал Дам Баа.

— И вот ещё, — сказал Микки Спиллейн, дождавшись, когда Дам Баа приблизится к нему на расстояние достаточное для того, чтобы не драть попусту глотку. — Я пришёл к выводу, что ваши объяснения меня не удовлетворяют.

Аккурат в этот миг уважаемый Дам Баа споткнулся и упал. Микки некоторое время наблюдал за тем, как Нухыр Императора вяло шевелится в жесткой степной траве, затем сел рядом.

— Так вот, — сказал Микки, — зачем мы идём к дракону?

Дам Баа справился наконец со своим непокорным телом и перевернулся на спину.

— Надо, — сказал он слабым голосом, в котором, однако, явственно сквозило упрямство.

— Кому? — спросил Микки, неожиданно явив тонкое понимание действия некоторых государственных механизмов.

— Это в интересах всего прогрессивного Алхиндэ Бэхаа, — сказал Дам Баа, печально глядя в небо. Вдали от родного департамента, посреди безводной степи причины, побудившие его снарядить экспедицию, смотрелись как-то бледновато. Но признавать это, само собой, не хотелось.

— Ясно, — сказал Микки. — Солнце к закату, так что встанем на привал.

Дам Баа с готовностью рухнул на скудную, щетинистую травку Южного Алхиндэ Бэхаа, и со стоном вытянул ноги.

Микки посмотрел вокруг. Вокруг было всё то же. И отчаянно хотелось есть, но еще более — пить.

— Эй, — грубовато сказал Микки.

— Ну что ещё? — простонал Дам Баа.

— Расскажите-ка мне о драконе.

— Дракон — это, конечно тварь особая, — торжественно сказал Эрдэ Гор.

Кизячный костёр горел тихим степенным огнём. У костра находились хорошо знакомые нам лица: Хромой Сом, Аманда, Белинда, Бэйб, Бойб, Буйб и Бухэ Барилдан.

— Злобный, хитрый, способный летать. Он может втираться в доверие человеку, поскольку умеет говорить на человеческом языке…

— … раньше старики рассказывают, прям камнем с неба упадёт, схватит овцу и к себе на гору. А этот на севере поселился, — сказал пленник.

— Дальше, — сказала Бритва.

— Ещё говорили, что не всякую овцу можно было ему подсунуть, а только такую, что в круге стояла.

— В каком круге? — спросила Бритва дрогнувшим голосом.

Непонятное всегда потрясает.

— Стало быть, очень важно завоевать его доверие, — сказал Дам Баа. Странно, но было похоже, что он забыл о мучениях которые испытывал. Видимо тема разговора была близка ему по-настоящему. — Для моего департамента, уже одно то обстоятельство, что мы сумели организовать военную… — тут почтенный Дам Баа вспомнил некоторые факты и поправил сам себя, — почти военную экспедицию, это огромный плюс. А если мы сумеем ещё и договориться с ним, это будет вообще. Ведь это…

— …очень необычный дракон, — вскричал Эрдэ Гор. — Одно то, что он поселился в университете, говорит о многом!

— А о чём именно? — поинтересовалась Белинда.

— Людей, попавших к нему в плен, он обрекает на нечеловеческие муки! — на столь же высокой ноте продолжил Эрдэ Гор.

— На какие именно? — спросила Аманда.

— Очень любил он так делать. Человека перед собой посадит и как начнёт что-нибудь рассказывать, причём рассказывает вещи сплошь непонятные, слова незнакомые вставляет, так что через пять минут в сон клонить начинает со страшной силой, а он серчал, ежели уснёшь, а ведь любому известно — лучше умереть сразу, чем гнев его испытать. Вот и приходилось идти на всяческие жертвы, — пленный похоже постепенно вошёл во вкус. Во всяком случае, говорил он бойко, и, похоже, уже не боялся Бритвы. — Хотя и польза от него, конечно, тоже была. Раньше-то все кто помоложе в университет уйти норовили, ну это у кого в Императорский ансамбль песни и пляски попасть не получилось, а теперь, когда в университете дракон, всё! кончилась сладкая отмазочка…