Читать онлайн «Гиперборейская Скрижаль». Страница 69

- Идиотская машина! - Зоршх понял, что обречен, и дал волю гневу. - Люди свернут тебе шею!

- У меня нет шеи, генерал-маршал. А вот у Вас она имеется.

Из подушки подголовника кресла выскочила две скобы. Они крепко сдавили горло генерал-маршала, лишив его возможности дышать.

Диктатор задергал ногами и пустил под себя лужу мочи.

Скобы вернулись обратно в обшивку кресла. А мертвое тело Зоршха сползло на пол.

"Конус-9" вызвал робота-уборщика. Тот подобрал с пола труп диктатора, погрузил его в мусорный контейнер и увез прочь. Так завершилась жизнь того, кого позже в школьных учебниках по истории назовут "человеком, открывшим землянам дорогу в преисподнюю".

4

После кражи гиперборейских артефактов отряд Даниила без каких-либо приключений вернулся в штаб-квартиру правозащитников.

Об этой операции среди приваловских подпольщиков быстро разошлись довольно фантастические слухи. Поговаривали, что в битве с 10-м корпусом бойцы Фрица в лихом бою наголову разгромили пару дивизий и взяли в плен то ли пять, то ли шесть тысяч солдат и офицеров.

Ширинкин активно способствовал распространению таких слухов. С их помощью он намеревался нагнать страха на кали-йогов и привлечь к правозащитному движению новых сторонников.

А еще по городу прошла (тоже не без участия Ширинкина) молва о некоем сверхоружии, оказавшемся в руках правозащитников, с помощью которого те якобы собирались уничтожить боевые флоты Унии и установить во всех ее мирах "революционный порядок".

Узнав о таких грандиозных успехах воинства Фрица, о своем намерении примкнуть к нему заявили многие предводители многих партизанских формирований Приваловска.

Имея в своем распоряжении украденное из "Арсенала-2" оружие, Ширинкин при присоединении к правозащитникам тысяч новых бойцов из других революционных организаций получал шанс стать фигурой планетарного масштаба, ибо под его командованием оказалась бы самая боеспособная на Земле партизанская армия. Причем эта армия состояла бы из бойцов, которые, искренне веря в святость своей борьбы, рвались бы в битву и мечтали о ней, как о самом великом счастье на свете.

Фриц быстро сообразил, какой великолепный шанс предоставляет ему судьба, и желал его использовать по максимуму. Ширинкин собирался поднять в Приваловске мятеж и распространить его на все города Уральского региона.

Но без санкции находящегося в Могадишо Главного штаба правозащитников (полное название организации - "Правозащитники-шахиды антифашистского революционного фронта имени Святого Зюгана" - было чересчур длинным, поэтому им редко кто пользовался) Фриц не решался начинать столь масштабные боевые действия.

Однако слухи о "сокрушительных победах" армии Фрица над войсками Зоршха уже проникли и в Главный штаб. И там решили развить "грандиозный успех" приваловских правозащитников, ударив по диктатуре всей силой боевых формирований правозащитников. Таким образом, поход супругов Даль, Сыча и Шпона в штаб 10-го корпуса стал детонатором той самой гражданской войны, о неизбежности которой постоянно твердил Даниил.

Во все города, где имелись отделения правозащитного движения, из Могадишо был отправлен приказ, требующий от каждого из их командира немедленно поднять восстание на вверенной ему территории.

И в тот момент, когда в Приваловске наступила полночь, против диктатуры Зоршха восстали правозащитники и дружественные им революционные группировки.

5

С каждым часом к восстанию партизан присоединялось все больше совершенно легальных движений, а также, как писалось в донесениях агентов Комитета федерального террора, "гражданских лиц из высших эшелонов городской и региональной власти".

Естественно, чиновники пошли на союз с партизанами вовсе не из-за веры в их революционные идеи, а понимая неизбежность скорого падения режима Зоршха и стремясь поскорее вернуть себе прежние полномочия, сильно урезанные генерал-маршалом.

Гарнизонам тех городов, чьи мэрии оказались на стороне повстанцев, при всей нелюбви военных к партизанам тоже пришлось перейти на их сторону, поскольку гарнизонное командование было связано с городским начальством весьма крепкими узами дружбы и делового партнерства.

А вот военные части, находящиеся на удаленных от городов базах и составляющие три четверти всех вооруженных сил Федерации, сохранили верность диктатору. И на его стороне был явный перевес сил.

Не остался в стороне от этих событий и Приваловск. Его выход из-под власти Зоршха прошел довольно мирно.

Кваша выступил на центральной площади города перед толпой горожан, провозгласил под их восторженные крики Приваловск "территорией, не подчиняющейся власти диктатора" и объявил, что все революционные объединения города отныне могут вести свою деятельность на вполне законных основаниях, а члены этих объединений подлежат амнистии.

После этой речи высыпавшая на улицы молодежь исписала воинственными лозунгами стены зданий и разграбила множество магазинов, торговавших наркотиками и алкоголем. Однако полиция и части приваловского гарнизона, следуя просьбе Кваши "не препятствовать порыву масс", вели себя по отношению к распоясавшимся хулиганам весьма индифферентно.

6

В Приваловске установилось двоевластие. Все городские и региональные чиновники, кроме тех, кого назначил Зоршх, сохранили за собой свои посты. Вместе с тем во многих районах города муниципалитеты оказались под контролем партизан. Однако ни чиновники, ни партизаны пока не спешили выяснять друг с другом отношения.

После бескровной победы приваловского восстания, успех которого молва тут же приписала Фрицу и его людям, к вождю правозащитников явились лидеры всех вышедших из подполья организаций Приваловска. Их вожаки предложили Фрицу стать главнокомандующим партизанской армией города, в которую войдут все боевые отряды этих организаций.

Ширинкин не стал отказываться от такого заманчивого предложения, пообещав стать родным отцом каждому из новых бойцов.

Предстали перед суровым взором новоявленного главнокомандующего и его заклятые враги - кали-йоги. В качестве жеста доброй воли Азамат, Омуль и Наджиб-Топор принесли Фрицу голову Людоеда.

Стоящий рядом с вождем Даниил поморщился и, испытывая тошноту, отвернулся, чтобы не видеть страшного подарка.

Фриц же, наоборот, обрадовался ему, как ребенок желанной игрушке, и приказал вбить над входом в штаб-квартиру правозащитников крюк, чтобы собственноручно насадить на него голову Людоеда.

- Зенки жгли уже дохлому? - спросил кали-йогов Фриц, с любопытством разглядывая пустые, покрытые по краям ожогами глазницы Людоеда, чье лицо представляло собой один сплошной синяк.