Читать онлайн «Древо жизни (Книга 3)». Страница 87

- Мне кажется, у них слишком гипертрофирован половой инстинкт. Здесь нет логики. Если Кибела хотела ограничить рождаемость, не проще было бы ей подавить этот инстинкт?

- Но тогда подавлен был бы и сам разум. Он не может развиваться без внешних побуждений, а половой инстинкт - одно из самых сильных. Вот подавление его, по конечному результату, было бы большей жестокостью по отношению к виду.

- И все же, - настаивал Николай, - такие воздействия на разумные существа бесчеловечны.

- Правильно, бесчеловечны. Мы имеем дело не с человеком, а с Разумом другой биологической природы. Мораль зависит в первую очередь от нее, затем уже от уровня социального развития. Скажи, кто же поступает более бесчеловечно: человек, который откармливает бычка с целью получения мяса, или Кибела, дающая лапифам бессмертие и вечную юность, но лишившая их возможности создания машинной цивилизации? Понимаю, нам, биологически не отличающимся от лапифов, становится обидно за наших собратьев, но так ли уж несчастливы они? Отец жены моего сына был современником Рамзеса Великого и погиб лишь сравнительно недавно.

- И все же это приношение в жертву человека... Вспомни, Сергей, Игоря! Наш долг цивилизованных людей...

- Остановись! - резко оборвал его Сергей. Последние слова Николая привели его в сильное замешательство. Владимиру показалось даже, что отец испугался.

- Я не меньше тебя переживаю и скорблю о судьбе Игоря и Синченко, но, голос его зазвучал гневно, - ты же историк, Николай, и прекрасно знаешь, что наша цивилизация самая грязная из всех возможных цивилизаций в космосе. Нашел чем хвастаться! Цивилизованные люди! Да ты вспомни, что позволяли себе эти цивилизованные люди в течение своей многовековой истории, и жертвоприношения лапифов покажутся тебе детской забавой. Ты помнишь... в кремлевской Оружейной палате висит картина "Тризна Святослава". На ней русский воин держит за ноги грудного младенца и собирается его рассечь мечом, а у его ног, протягивая с мольбой руки, лежит мать этого ребенка. А ведь русские во времена княжества Святослава были более цивилизованы, чем лапифы. Лапифы не кормят врага жарким, приготовленным из его детей. Лапифы не гадают на рассеченном чреве беременной женщины, не пьют, как эликсир здоровья, кровь невинных младенцев, подобно Константину Великому, не принимают ванны из крови девственниц, не пожирают трупы своих жертв, подобно жрецам ацтеков или каннибалам Соломоновых островов... я уже не говорю о газовых камерах, о концлагерях - это продукты высших этапов цивилизации... Так что не надо лучше о цивилизации. - Он минуту помолчал, чтобы успокоиться, и жестко закончил: - Что бы там ни было, мы никогда не будем вмешиваться в уклад здешней жизни, нравится он нам или нет. Мы никогда не пойдем на колонизацию этой планеты, тем более, что уже имеется опыт, который закончился трагично для самих колонизаторов.

- Ты имеешь в виду титанов? - понял его Владимир.

- Да, именно их. Пока они прилетали сюда за амброзией, пока ловили лапифок в свои гаремы и увозили их на нашу Землю, Кибела терпела, но как только титаны стали здесь строить свои базы и города - она их уничтожила.

- Как она могла это сделать, ведь титаны обладали такой техникой, которая нам пока и не снится? - недоверчиво спросил Николай, справившись со своим смущением.

- Вирус! - коротко бросил Сергеи. - Вирус, против которого все средства медицины бессильны.

- Ты сказал, что они привозили лапифок на Землю, выходит...

- Да, так и выходит, - понял его невысказанный вопрос Сергей. - Мы сами являемся частично потомками титанов и лапифов. Отсюда странное совпадение имен и названий, а также разъяснение загадок многих мифов. Один из самых распространенных - это миф о длительной борьбе лапифов с кентаврами. Как видите, ничто не забывается бесследно.

- Итак, что мы решим? Покинем эту планету?

- Нет, мы останемся и будем пытаться найти взаимопонимание с ее Разумом. Мы живем в одном доме, имя которому - Космос. Каждая форма разума является величайшей ценностью. Общение между различными по форме разумными системами обогащает каждую. Мы как раз вступаем в ту пору развития, когда общение становится необходимым. Будем искать пути взаимопонимания. И в этом я вижу нашу основную задачу!

На этом экстренное совещание, собранное Сергеем, чтобы поставить своих друзей в известность о создавшемся положении, закончилось.

Владимир с отцом, когда все разошлись по домам, немного задержались в здании приемо-передающей станции. Сергей закрыл в шкаф кристаллы с записью видеоинформации, и они вышли вслед за остальными. Было уже поздно. Желтый свет луны освещал заснувший поселок. Кое-где в окнах еще горел свет.

- Ты напрасно так резко говорил с Николаем, - осторожно начал разговор Владимир. - Мне кажется, он немного обиделся.

- Ничего ты не понимаешь. - Сергей остановился, чиркнул зажигалкой и закурил сигарету. Сделал затяжку и, закашлявшись, тут же ее выбросил. - Фу, какая гадость! Как это Николай их курит? Дело вот в чем: пора понять, повторил он, - что мы, все наши действия и слова, произнесенные нами, фиксируются и подвергаются анализу Кибелой, растительным разумом планеты. Нам надо дать ей понять, что мы не собираемся вмешиваться, не повторим ошибок титанов и ищем с ней только взаимопонимания. Надо, чтобы она нас поняла. Ее дело, захочет ли она иметь с нами отношения или нет. Если нет, то она даст нам сигнал в скором будущем. Но она должна знать, что мы не питаем к ней никаких враждебных чувств и подчинимся ее решению. Но ей самой в то же время должно стать ясно, что контакты и взаимопонимание возможны и необходимы.

- Ей-то какой смысл?

- Прямой. Хотя я больше не разговаривал с Уранией с тех пор, как мы высадились на Счастливой, я чувствую, что сейчас настало время создания в нашей Вселенной единого объединения Разумов. Помнишь, я рассказывал тебе о нашем разговоре с Уранией? Ей эта идея понравилась. Если учесть разницу в скорости течения времени, то она уже принялась за осуществление этого проекта.

Теперь представь себе, что мощнейшая разумная система, которую представляет собой Кибела, не входит в это объединение. Что тогда? Создается неравновесное состояние, которое может привести к несовместимости, отчего в равной степени пострадают и сама система объединенного Разума, и Кибела. Я не могу предсказать, во что выльются негативные последствия такой изоляции Кибелы, но что они будут, я точно знаю. Иначе быть не может! Интеграция должна быть всеобъемлющей.

- Но захочет ли Кибела подчиниться интегрированной системе Разума?

- Речь идет не о подчинении. Интеграция больших систем основана только на взаимопонимании, на целесообразности объединения, но не на подчинении. Это лишь малые системы на самых ранних этапах своего развития могут объединяться на основе подчинения и создания какой-то иерархии. Здесь это исключается полностью. Понимаешь, объединение на взаимопонимании возникает тогда, когда каждая система, входящая в объединение, достигает такой мощи, что может уничтожить все остальные. Это знаменует новый этап развития, когда рушится власть, в том числе и власть большинства. Мы ошибочно считали, что власть большинства - основа демократии. Это не так. Власть большинства может быть не менее отвратительной, чем власть элиты или авторитарного правления. Следовательно, при объединении на основе взаимопонимания каждая система, входящая в это объединение, сохраняет свою индивидуальную свободу. И иначе быть не может, потому что неизбежно развитие несовместимости и катастрофа.