Читать онлайн «Возвращение Урмана-1». Страница 23

– Сигнал, – буркнул Артём – Ждем посыльных.

Время еле тянулось. Разведчики привязали лошадок, и расселись у огня. Урман сел на нагретый камень, склонил голову на грудь и задремал. Он проснулся от стука копыт по камням. В теснину въехала группа конников на таких же, как и у разведчиков, небольших лошадках. Это были ордынцы! Всадники из глубин пустоши, гроза востока! Воин увидел чёрные доспехи из роговых пластинок, кожаные шлемы, пики и сабли. Урман схватил копье и выставил впереди.

Разведчики приветствовали ордынцев как старых приятелей. Непримиримая вражда, которая как казалось Урману, протекала между противниками, на деле была не такой уж и непримиримой.

– Это? – раздался гортанный голос. Всадник наехал конём на Урмана, не боясь копья. Из-под шлема спокойно, как на законную добычу смотрели раскосые глаза. – Вот плата.

Конник достал кошелек с серебряками, позвенел монетками и бросил к ногам Артёма.

– Он ваш, – поклонился разведчик и поднял деньги.

– Что происходит? – закричал Урман. Рыцарь как затравленный зверь мотал головой по сторонам, переводя взгляд с одного на другого конника. Разведчики отступили в сторону. Им было наплевать на былого товарища! Наемник понял, что предан.

Рыцарь поднял копье и ткнул во всадника. Конник чуть сдвинулся в сторону, острие прошло мимо, воин вцепился в древко свободной от узды рукой. Урман с силой потянул копье на себя и вырвал ордынца из седла. Седок упал, обронив шлем, но не отпустил копья.

Всадники смеялись, раскачиваясь в сёдлах. Противники перетягивали копье из стороны в сторону. Урман был сильнее и, пиная ногами, почти выдрал его назад. Острие несколько раз чиркнуло по рукам ордынца и надрезало плечо.

Один из всадников перестал смеяться и взял плеть с тремя свинцовыми шариками на кожаных полосках. Первый удар ожёг руки, Урман выронил древко и прижался к скале. Второй – подрезал ноги, наемник попытался встать и получил ногой под дых от первого соперника.

– Готов, – хмыкнул один из разведчиков. – Как обычно, Артём? Нападение ордынцев на патруль?

Урмана подняли с земли, оплели веревкой и подцепили за седло. Когда веревка натянулась, его дёрнуло и погнало за лошадью.

Всё дальнейшее Урман помнил с трудом: в беспамятстве он тащился по камням, несколько раз падал и разбил лицо. Ноги заплелись, воин рухнул и понял, что лучше умрет, чем встанет. Он жаждал смерти, лишь бы не мучатся от боли и унижения. Ордынцы закинули пленника поперёк лошади. Так он въехал в стойбище, ослепший из-за слипшихся в крови ресниц. Один из кочевников подвёл рыцаря к яме и скинул вниз. Пленник потерял сознание.

Ночью прошёл дождь, Урман закрывал голову руками и молил о смерти. Под утро рыцарь разглядел трёх соседей по несчастью, но когда воин обратился, они ответили на непонятном наречии.

В яму, глубиной в два человеческих роста, вело множество путей, но только один наверх. Конечно, он мог бы вскарабкаться и попытаться вылезти, но наверху ходил караульный мальчишка. Они видели смуглое лицо с выпяченной заячьей губой. Иногда он дразнился и справлял вниз малую нужду.

На обед сверху кидали ломти хлеба. Запивали дождевой водой из миски. Никогда Урман не был в таком отчаянном положении. «Неужели я никогда не увижу острова? – думал он. – Всё было зря: путешествие, война, бродяжничество и служба в гарнизоне. Весь смысл жизни в том, что бы, в конце концов, попасть в яму и подохнуть».

Потом сходило, и пленник принимался убеждать себя, что это невозможно, друзья не продают в рабство. Он засланный агент! Или его обязательно спасут, иначе и быть не может! Но вот третий день подошёл к концу, помощь не пришла, а с высоты по-прежнему таращился уродливый мальчишка. Урман потерял надежду и всё чаще, оцепенев и прижав руки к коленям, сидел в углу и смотрел на желтую лужу посередине ямы.

На четвертый день плена послышались радостные крики. В надежде на спасение сердце выпрыгивало из груди. В яму спустили лестницу и два толстых тюремщика с потными затылками по одному стали поднимать людей. Урмана выволокли наверх и погнали через стойбище. Пленники очутились у входа в синий шатёр, где в окружении воинов восседал местный владыка. Вождь посреди яркой свиты казался коршуном, чёрный, затянутый в шелка, он прятал лицо под капюшоном. К нему обращались с искренним пиететом. Прикажи он умереть – и каждый из воинов остановил бы биение сердца.

«А ведь он молод, может лет на десять старше, – подумал Урман. – Но уже с такими страшными чёрными глазами монстра, ненасытного чудовища. Это кровопийца, бич Божий»! Государь откинул капюшон, на синем, как у утопленника, лице появилось презрительное выражение. Черты были мятые, пухлые как у полежавшего покойника. Вождь перевёл взгляд с одного на другого пленника, и остановился на Урмане. Рыцарь почувствовал жжение в голове, будто уголёк из печи через ноздри проник в голову.

– Нет! Убирайся! – Урман забился в судорогах. Два тюремщика сбили пленника наземь. Вождь поднял руку.

– Ты благородных кровей, собака? – низким голосом спросил повелитель. Наемник боялся поднять голову, чтобы опять не повстречаться с жадными глазами. – Скажи своё имя!

– Урман, рыцарь, – задрожал воин. Перед ним находилось истинное зло, восставший мертвец, жадный до чужих душ.

– Жить хочешь, Урман? – спросило чудовище. – Не торопись, подумай! Если ты сейчас умрешь, как должно благородному, то никогда не осуществишь своей цели. Ты – мститель! Такой же, как мы!

Урман внезапно понял, что хочет, даже не так, должен выжить любой ценой, и если скажут, убей – он убьет, не колеблясь, и что бы ни приказал вождь, исполнит! Рыцарь склонил голову.

– Я отпущу тебя, если станешь служить мне. Понимаешь?

– Да, господин, я буду служить, – ещё ниже склонился Урман. Вождь сошел вниз, подхватил пленённого старика за шиворот и толкнул к наемнику. Рыцарь почувствовал холодную рукоять ножа в ладони.

– Наполни миску кровью!

Старик забился в руках конвоиров. Урман трясущимися руками взял нож. Он был сломан и унижен. Напасть на вождя? Нет, слишком силен и страшен, надо жить ради борьбы!

Урман взял жертву за подбородок и резким движением перерезал горло. Кровь закапала в миску, большей частью мимо. Кочевники молчали. Если бы они кричали и подзуживали! Урман поднёс чащу вождю.

– Отпей! – приказал страшный человек. Урман отхлебнул солоноватой крови, поболтал за щекой, едва не выплюнув обратно, проглотил и передал чащу. Монстр осушил чашу до дна.

– Теперь ты мой! И будешь делать только то, что я прикажу. Я лишаю тебя свободы, и открою имя. Я – Владимер, защитник Радужного города!