Читать онлайн «Наблюдая за англичанами.». Страница 123

Принцип неопределенности

Даже когда англичанин-мужчина по-настоящему увлечен женщиной, он зачастую не желает открыто выражать свою симпатию. Мы уже установили: а) что англичанин-мужчина не большой мастер по части флирта, он либо тушуется, бекает и мекает, либо держится с развязной наглостью, и б) что ему претит само понятие «свидание». Слово «свидание» («date») в отношении встречи с женщиной — слишком точное, четкое, официальное, недвусмысленное определение, откровенное заявление о своих намерениях в стиле «карты на стол», чего осторожные от природы, уклончивые англичане-мужчины предпочитают не делать.

Даже будучи во хмелю, мужчина вряд ли употребит слово «date». Скорее заменит его грубым «shag» («трахаться») или подобным ему эквивалентом, что может показаться странным, поскольку «shag» более откровенно, чем «date», но в понимании пьяного мужчины это вполне логично: в предложении заняться сексом звучит меньше личного, сокровенного и нескромного, чем в приглашении на ужин в ресторане.

В идеале англичанин-мужчина предпочел бы вовсе не предлагать заняться сексом и не приглашать на ужин. Своей цели он постарался бы достичь намеками и ухищрениями, порой столь скрытыми и неясными, что их трудно понять. «Принцип неопределенности» дает ряд преимуществ: мужчине не требуется демонстрировать какие бы то ни было чувства; он не оказывается слишком быстро втянутым в то, что можно охарактеризовать как «отношения» («relationship») (это слово ему еще более ненавистно, чем «date); ему не приходится делать или говорить что-то глупо-сентиментальное, что бросило бы тень на его мужское достоинство; и, ко всему прочему, никогда не высказывая прямых, недвусмысленных просьб, он избавлен от унижения прямого, недвусмысленного отказа.

Англичанки привычны к такой уклончивой амбивалентной форме ухаживания — хотя даже мы порой с трудом понимаем мужские знаки внимания и, бывает, с подругами часами спорим о том, что может «означать» тот или иной неясный намек или двусмысленный жест. Принцип неопределенности выгоден и для женщин: хоть мы эмоционально и более раскованны, чем наши мужчины, мы легко смущаемся и предпочитаем не выслушивать скоропалительных признаний в любви. Принцип неопределенности дает нам время для того, чтобы всесторонне оценить потенциального партнера, прежде чем выказать к нему какой-либо интерес, благодаря чему мы получаем возможность «отвергнуть» нежелательных кандидатов, не говоря им в открытую, что они нас не интересуют.

Однако иностранок такая уклончивая, неопределенная природа английского ритуала ухаживания приводит в замешательство и даже сильно раздражает. Мои иностранные приятельницы и респондентки постоянно жалуются на неадекватное поведение англичан-мужчин, которое они объясняют их робостью, высокомерием или подавлением гомосексуальных наклонностей — в зависимости от степени гнева. Им невдомек, что английский ритуал ухаживания — это, по существу, хитрая игра по сохранению престижа, главная цель которой не столько найти сексуального партнера, сколько избежать оскорбления и неловкости.

Принцип неопределенности — согласно которому ни симпатию, ни антипатию никогда нельзя выражать откровенно, а заигрывания и отклонение ухаживаний следует осуществлять в форме намеков, а не прямых приглашений и отказов — позволяет обеим сторонам «сохранить лицо». Игра в ухаживания, как и любая другая, основана на принципе справедливости.

Правила подшучивания

В большинстве других культур флирт и ухаживания подразумевают обмен комплиментами; англичане предпочитают обмениваться обидными колкостями. Точнее, шуточными колкостями. Мы называем это «banter» («подтрунивание, поддразнивание») — это одна из самых популярных форм вербального взаимодействия (наряду с выражением недовольства) и основной метод флирта. Все ключевые элементы ритуала кокетливого подшучивания типично английские: юмор и прежде всего ирония; каламбуры; спор, сарказм; притворная агрессивность; поддразнивания, уклончивость. Это нашиизлюбленные аспекты общения. Что характерно, ритуал подшучивания исключает все, что нам не нравится и приводит нас в состояние конфуза: эмоции, сентиментальность, серьезность и ясность.

Правила кокетливого подшучивания позволяют влюбленным парам выражать друг другу свои чувства, не говоря о том, что они подразумевают на самом деле, — это поставило бы в неловкое положение обоих. Ниже представлен типичный пример диалога флиртующих англичан, который я подслушала в автобусе. Колкостями обменивались девушка и парень в присутствии своих приятелей.

«— У тебя что, лицензия на эту рубашку? Или ты носишь ее на спор?

– Ха! Кто бы говорил. У тебя самой все трусы наружу, метелка!

– Это ремень, придурок. Хотя для тебя что трусы, что ремень — все равно не отличишь. А моих трусов ты не увидишь, и не надейся.

– На черта мне сдались твои трусы? С чего ты решила, что я за тобой бегаю? Метелки не в моем вкусе!

– Уж лучше быть метелкой, чём вонючим козлом!

– Стерва!

– Урод!

– Ме-е… Черт, моя остановка. Вечером выйдешь?

– Да. Подваливай часикам к восьми.

– Ладно.

– Пока».

После из разговора их приятелей я выяснила, что эти двое уже некоторое время симпатизируют друг другу, только что начали «встречаться» (в таком непонятном, неопределенном английском стиле — вроде встречаются, а вроде и нет) и в ближайшем будущем должны стать «парой». Даже если б я не слышала этого разговора, в обмене колкостями двух подростков я все равно признала бы типичный флирт. Я отметила его в своем блокноте только потому, что в то время проводила исследование на тему флирта и собирала примеры из жизни.

Я также заметила, что английские подростки порой практикуют особую форму «коллективного ухаживания», суть которой заключается в том, что небольшая группа юношей обменивается колкостями — главным образом сексуального содержания — с небольшой группой девушек. Этот тип коллективного ухаживания наиболее распространен среди молодежи из среды рабочего класса, особенно в северных областях страны, где я однажды стала свидетельницей того, как юноши и девушки, собравшись двумя отдельными группами по разные стороны улицы, осыпали друг друга шутливыми оскорблениями. Английские подростки и молодежь постарше прибегают к этой особой форме коллективного заигрывания и на отдыхе за границей, чем весьма озадачивают местных жителей, которым непонятно, как подобные шумные перепалки с оскорблениями и издевками могут стать прелюдией к любви и браку. (И хотя я смело могу подтвердить, что так оно и бывает, в душе я восхищаюсь проницательностью местных мужчин на испанских и греческих курортах, которые совершенно справедливо полагают, что молодые англичанки восприимчивы и к более традиционным формам ухаживания, льстящих их самолюбию, и зачастую благополучно отбивают англичанок у их грубиянов-ухажеров из числа англичан.)