Читать онлайн «Луна над Бездной». Страница 59

Жена Шуррухтума, Хэйя, также была властительницей Бездны — и стала богиней. В мире Элам, коим мы правили, было три континента — Айрос, Дейлос и Эквитания. Когда-то существовал один небольшой материк, Пангея, но те миллионы лет, что Эламом правили властители Бездны, и большая часть жизни находилась в воде, в единственном океана Элама — океане Штормов, он был почти необитаем. Лишь самые смелые эшхарготы колонизировали эту территорию, но большинство возвращалось обратно в подводный мир: в мире наземном было почти нечего есть. Когда Шуррухтум перешёл на сторону Абсолюта и превратился из властителя Бездны в бога, он занялся упорядочиванием форм жизни, а заодно увеличил Пангею, превратил её в суперконтинент, подняв множество земель со дна морского. Через тысячи лет он разделил её на три части, чтобы на континентах были более разнообразные экологические системы. Тогда я научился основным способностям Богов Изначальных — гигантизации, то есть возможности увеличивать собственные размеры в несколько раз и мастерству мгновенной телепортации в пределах родного мира.

И тогда, в детстве, я и мои братья научились способности упорядочивания — превращения порождений Бездны в созданий суши, животных и разумных существ. В юности я ставил эксперименты над животными, упорядочивал и создавал новые виды. Гашман также занимался упорядочиванием. Он создал из разумных ракообразных расы инсектоидов, а из существ, родственных русалкам и сиренам — змеелюдов. После того, как Шуррухтум покинул наш мир, мы выбрали себе континенты, которыми нам было суждено править: Гашман — Айрос, над которым он уже работал, Сканда — Дейлос, а я — Эквитанию. Расы, созданные Гашманом, стали его прихожанами, а мы со Скандой стали править народами людей. Он стал божеством кочевников с бескрайней степи, известной как Гэнни-Джун, а я взял под покровительство гордый и мудрый народ эквитанцев. Моими наместниками стали Перворождённые, прибывшие из мира, известного как Эрта.

Мы выбрали специализации. Я стал богом воды, Сканда — небесного огня, а Гашман выбрал молодую стихию — Хаос Геенны.

Я построил великую столицу в городе Олимпус, на самой высокой горе Эквитании. Мой хрустальный замок возвышался над всем миром — и соперничал с цитаделью Гашмана на загашенном силой его воли вулкане в Айросе.

Цивилизация эквитанцев развивалась под моей протекцией. Не без помощи Перворождённых они построили величественные города из хрустальных башен в форме многогранников. Эти города простирались на десятки лиг во все стороны и блестели под лучами солнца всеми цветами радуги. Столица и иные крупные города имели идеальную геометрическую форму — круга, квадрата или шестигранника. В центре каждого из них находился дворец архонта, правителя области, возвышаясь над остальными башнями, как они на фоне обычных домов, коими изобиловали мелкие городки. В каждом городе на высоких стелах стояли статуи Перворождённых, пантеона Эквитании, и, естественно, самая высокая статуя была моей. Я тогда выглядел как высокий крепкий мужчина с кучерявой бородой и со здоровенным трезубцем. На раскрашенных статуях я был запечатлён в парадном обличии: серебристой тоге и с позолоченным обручем на голове. В мелких городках не было таких колоссальных башен, зато их украшали многочисленные храмы, увенчанные мраморными колоннами.

Подобно их покровителям, Перворождённым, эквитанцы создали астральные корабли для перемещения по мирам. Астралонавты Перворождённых заселяли далёкие уголки Универсума, неся нашу цивилизацию отсталым народам и племенам. Через несколько тысяч лет Перворождённые оставили Элам, отправившись на межмировую войну с демонической империей Укбуфур, оставив власть над Эквитанией людям. Те же, подобно своим бывшим покровителям, сами принялись колонизировать земли в иных мирах. Также они основывали колонии на других континентах Элама, не заселённых народами других богов. Это были колония Вингийа в Айросе и Илуния в Дейлосе. Там они цивилизовали местных людей и нелюдей.

Долгие тысячи лет всё было хорошо. Пока Сканда, бог небесного огня не принял решения стать единоличным божеством всего мира. Он прокрался во владения Гашмана и убил его, а сердце его вырвал и закопал в вулкане. Последние слова, услышанные Гашманом, были такие: «историю пишут победители, брат мой. Потомки будут думать, что ты, последователь Хаоса, был злодеем, а я — светом добра и справедливости». Эти слова Сканда передал мне, когда вызвал меня на бой в Гэнни-Джуне. Там я отрубил ему голову, и он произнёс, умирая: «я проклинаю твою страну, Авузл. Силой моего последнего слова, да пойдёт она ко дну!» Я отрубил Сканде голову и вскрыл черепную коробку, достав мозг. Я сказал: я тоже проклинаю тебя, Сканда! Пока жив твой мозг, ты не можешь восстановиться и не можешь отправиться в Бездну на перерождение. Это послужит тебе хорошим уроком. Предрекаю тебе, что лишь через долгие тысячи лет, когда из иного мира придёт герой, Избавитель, ты освободишься от своей кары!

Я заточил мозг Сканды в одной из пещер в степях Гэнни-Джуна. Но надо было что-то делать с Эквитанией, за судьбу которой я нёс ответственность. Замуровав пещеру с мозгом моего падшего собрата, я телепортировался к родным берегам. И вовремя: именно тогда волей предсмертного проклятия Сканды море начало подниматься. Я применил всю возможную силу бога морей, чтобы остановить великий потоп. Он замедлился. Там, где подымались волны, я породил встречные волны. Они большей частью гасили цунами, грозившие уничтожить Эквитанию.

Но тем не менее, уровень воды поднимался. Я не мог одновременно быть у всех берегов своего континента и подавлять все волны сразу. Помимо цунами и штормов на мой континент надвигались землетрясения. Способствовали и извержения подводных вулканов, посланные перед смертью Скандой, богом огня. Целые тектонические плиты крушились и шли под воду. Люди всё продолжали погибать, а города — рушиться, при этом величественные центральные города стирались с лица Элама куда быстрее, чем маленькие городки: каменные и мраморные домики стояли крепко, а высотные хрустальные многогранники быстро крушились. Вулканический пепел оседал на города, и люди задыхались от него. Мои силы не могли оживлять тех, кто уже отправился в Бездну на перерождение, однако, я мог делать абсолютно здоровыми тех, кто уже был при смерти, благо после остановки сердца мозг живёт ещё пять-семь минут, а значит, душа ещё не покинула тело. Я мог выращивать людям новые конечности взамен утраченных или утерянных и новые органы вместо повреждённых.

Уже тогда многие города из хрустальных башен были уничтожены. Перворождённые помогали эквитанцам эвакуироваться. А городской глава Олимпуса, Атлантос эвакуировался со своей семьёй и всей столичной аристократией в иной мир как раз в то самое время, когда его хрустальный дворец рушился вместе с моим. Иные боги рассказывают, что в том мире, где осел Атлантос, он нашёл племя дикарей, стал его протектором, цивилизовал его и научил своему языку. В том мире известна история о величии и гибели Эквитании, только там она известна под другим именем. Тамошние люди назвали её именем своего покровителя, Атлантоса. Позже люди искали легендарную затонувшую цивилизацию — с предсказуемым результатом: они забыли, что та находилась в другом мире.