Читать онлайн «Бездарь». Страница 81

Исполнять столь нелегкие и весьма опасные обязанности Кад-дим-сулу позволяли две вещи. Первая – это принадлежность к длинной династии магов меча. Данные маги, или может скорее воители, владели магическими умениями и техниками, практически неизвестными в Ториле, которые позволяли им невероятно быстро применять заклинания, используя их в ближнем бою. Не многим уступающие физически воинам, защищённые магическими щитами вместо доспехов, с мечами, наполненными разрушительными заклинаниями, способными пробить как магическую, так и физическую защиты, маги меча быстрые и смертельно опасные, были грозными противниками. Кад-дим-сул уважал секреты этого древнего искусства, переданные ему отцом, признавая, что без них не смог бы стать тем, кто он есть сейчас, но гордился он другим. Большинство жителей Торила уверены, что дженази просто потомки джинов, ифритов и прочих обитателей Стихийного Хаоса, сохранивших черты своих предков. Кад-дим-сул, мог перечислить свою родословную на тридцать поколений назад, но ни он, ни другие, помнящие своих предков дженази, с которыми он вместе служил, не могли назвать никакого подобного предка. Сам он верил, что дженази – есть существо порядка, в которое вдохнули частицу стихии вместе с жизнью, и их природа это именно баланс хаоса и порядка. Важнее что дженази не просто обладают стихийными чертами, вроде огненных волос, а то что они – проявление аспекта бесконечного Стихийного Хаоса. Ведь иногда переехавший в другое место дженази менял и свою стихию! Многие считали, что дело именно в перемене места обитания, так, живший на берегу водный дженази, перебравшись на вершины гор мог стать дженази воздушным. Но Кад-дим-сул считал по-другому. Долго исследовал этот вопрос, разговаривал с переселенцами, как сменившими стихию, так и сохранившими её, которых было подавляющее большинство, так и с теми кто поменял стихию, даже никуда не переезжая. И, наконец, понял: сменившие стихию перед этим сильно изменились эмоционально, а значит именно эмоции определяют твою стихию. Дальше были годы тренировок, по развитию невиданного самоконтроля. Большинство понимают под этим подавление эмоций разумом, но Кад-дим-сулу нужно было не подавление эмоций, а именно их контроль, чтобы искренне испытывать именно те чувства, что ему необходимы. Это было не просто, очень непросто, и когда он достиг этого, выяснилось, что наработанные навыки мага меча начинают сбоить, то что прекрасно работало у огненного дженази перестало работать в тот миг, как он научился становится дженази водным. Да, именно смена стихи по желанию была его целью, и ему пришлось потратить ещё столько же времени, чтобы приспособить к своей многоликой сущности способности мага меча. И это был второй фактор, делавший его почти идеальным убийцей магов, которым он весьма гордился. Ведь этого он добился сам, а не получил просто так от предков, а способность воплощать в себе множество стихий делала его почти неуязвимым к атакам на их основе.

Но время размышлений и воспоминаний прошло, и когда, среди ночи пришло время минотаврам сменять патрули, Кад-дим-сул напал. Простенькое заклинание сливания с землёй он вчера выполнил на высочайшем уровне, доступном лишь связанным с этой стихией существам, и поэтому за сутки лежания под землёй его никто так и не смог обнаружить. Сейчас он выскочил из своего убежища и со скоростью, доступной лишь воздушным дженази понёсся ко входу в особняк.

Минотавры старой и новой смен столпились у входа, их хозяин давно забросил попытки обучить своих рогатых стражей правильной смене караулов, и они как всегда столпились у входа в момент пересмены. Многих гостей Урба удивляло, что он расположил казармы минотавров на входе в свой особняк. Сам же гоблин рассчитывал, что рогатые охранники первыми встретят угрозу, и дадут ему время на подготовку. Частично задумка удалась, минотавры действительно первыми встретили врага, но задержать его они не смогли. Ещё до того как мохнатые любители лабиринтов его заметили Кад-дим-сул сделал резкое движение рукой, как будто держал не меч, а хлыст, и с кончика его оружия сорвалось крутящееся в разноцветной круговерти облако. Со скоростью, не различимой глазами это облако разрослось и окутало минотавров, сбило с ног бушующим в нём ветром, ослепило резким дождём и пронзило неожиданными молниями. Ворвавшийся в миниатюрный шторм Кад-дим-сул добил беспомощных охранников, и лишь один из них заставил его задержать свой бег на секунду. Крупный минотавр-альбинос, синий свет узоров на теле которого, пробиваясь даже сквозь доспехи, разогнал шторм вокруг него, смог увернуться от выпада дженази, и даже попытался его атаковать. Но неуловимый как ветер убийца увернулся от показавшегося ему нелепым взмаха топора, а его меч, подобно струйке промозглого бриза, нашёл щель в монолите доспехов, смертельно ужалив казавшегося непоколебимым стража.

Кад-дим-сул не боялся привлечь чьё-либо внимание творившейся в доме вакханалией и магическими возмущениями. Ведь закопанные глубоко под землёй, куда не проникнет око гоблина, амулеты активизировались в заранее выбранный момент и закрыли особняк пологом, который не даст разглядеть, что твориться внутри. Так же он не волновался по поводу слуг, что могли миновать полог и отправиться в совсем недалёкий город за подмогой, всего один сорвавшийся с меча огненный шар не оставлял шанса кому-либо выжить в пристройке для слуг. Так что в доме остались лишь жертва и двое её учеников, которых дженази не выпустит живыми не при каких обстоятельствах.

Кад-дим-сул летел как ветер, стремясь застать свою жертву врасплох, но он был обнаружен ещё в момент покидания земляного схрона, и как бы быстр не был дженази, его противник успел атаковать первым. Кад-дим-сул пролетал через последний коридор в конце, которого маячила дверь, где и находилась его жертва со своими учениками. Лишь интуиция, выработанная за время бесчисленных боёв, предупредила его об опасности, и став дженази водным, он чудом увернулся от пролетевшего через дверь яркого потока синего света.

"Это явно тот артефакт, о котором меня предупреждали, – пронеслось в голове у дженази. – Такая атака способна меня прихлопнуть, воплощением какой бы стихии я не был, нужно отвлечь их от атак. Получи!"

По телу Кад-дим-сула пробежали волны, как карусель сменялись огненные, ледяные и штормовые ипостаси. А потом с его, не занятой мечом, руки, слетело что-то невообразимое. Метель из пышущих жаром снежинок в которой обезумевшими змеями мечутся слепящие молнии. И с каждым стремительно пройденным метром это безумие разрасталось. Снежинки превращались сначала в льдинки, а потом и глыбы с голову размером. Жар от них заставлял загораться обои и картины. А молнии из маленьких юрких змеек превратились в гигантских удавов Чалтских [126] джунглей. И весь этот стихийный кавардак вышиб дверь в конце коридора, и ворвался в кабинет Урба.