Читать онлайн «Антирак груди». Страница 73

Хотя степень влияния ПХД на рак, а также на развитие и репродуктивную функцию человека четко не определена, есть ряд свидетельств, что люди, подвергшиеся воздействию ПХД, рискуют своим здоровьем. Сложность в соотнесении конкретных смесей с имеющейся информацией об их поступлении в популяцию привела к тому, что теперь все ПХД считаются потенциально опасными для здоровья, хотя это лишь предположение.

Управление по контролю качества пищевых продуктов и медикаментов США дает предельные концентрации ПХД от 0,2 до 3 частей на миллион (мг ПХД на кг пищи) в продуктах для младенцев, в яйцах, молоке (и молочном жире) и домашней птице (жир). Директива Агентства по охране окружающей среды о питьевой воде дает уровень 0,005–0,5 мкг ПХД на литр воды, что отражает риск заболеть раком от 1:10 000 000 до 1:100 000 человек.

В Британии уровни ПХД в почве достигли максимума в конце 1960-х, а сейчас упали до уровня 1940-х годов: с 1982 по 1992 год потребление ПХД с пищей снизилось примерно на треть[234]. Однако избавление от ПХД в старом электрическом оборудовании и других приборах до сих пор остается проблемой.

Вредные вещества способны вызвать рак, имитируя действия гормонов, из-за чего их называют разрушителями эндокринной системы (РЭС) (или эндокринными модификаторами, чтобы преуменьшить в общественном сознании их потенциальную угрозу). Поскольку рак молочной железы и рак простаты контролируются гормонами, РЭС играют здесь очень важную роль.

Остатки многих пестицидов, пластмасс и домашних химикатов – например, моющих средств – имитируют действие гормонов, в том числе эстрогенов, и проникают в нашу пищу и воду. Они жирорастворимы и, в случае эстрогенных РЭС, оказывают на организм влияние, сходное с естественными эстрогенами, поскольку тело не может отличить одни молекулы от других. Кроме имитаторов эстрогена, есть и другие разрушители эндокринной системы, которые блокируют эстрогены, имитируют или блокируют андрогены (мужские гормоны) и, возможно, имитируют или блокируют гормоны щитовидной железы. Поскольку РЭС связаны с гормонами, для создания отрицательного эффекта их требуется очень мало[235]. Производные устойчивых хлорорганических соединений и гербицидов с большим периодом распада могут накапливаться в организме и даже переходить из поколения в поколение.

Всемирный фонд дикой природы и Управление по охране окружающей среды США называют разрушителями эндокринной системы следующие вещества:

– устойчивые хлорорганические соединения (полихлорированные дибензо-пара-диоксины/дибензофураны, или диоксины и фураны, и ПХД);

– пестициды, например дихлордифенил-трихлорэтан (ДДТ), линдан и малатион;

– некоторые полициклические ароматические углеводороды (ПАУ);

– свинец и ртуть;

– некоторые промышленные вещества, например бутилбензолы-Р;

– полимеры, например полиуретан;

– фталаты (используются как пластификаторы);

– алкилфенолы (поверхностно-активные вещества или моющие средства);

– стероидные гормоны из естественных источников, таблеток и препаратов гормонотерапии;

– трибутил-олово (противообрастающая краска для больших кораблей и предохранения древесных поверхностей).

Хотя агентства, определяющие потенциальное влияние РЭС на людей и окружающую среду, очень ими интересуются, следить за этими веществами дорого и сложно. Новые способы измерения их концентрации и распределения в окружающей среде и биологических пробах обращаются к методу биопроб, зависящему от способности веществ стимулировать культуры раковых клеток молочной железы. К примеру, Шин и коллеги использовали генетически модифицированные клетки человеческого рака груди (MCF-7) для доказательства, что нонилфенол (продукт деградации пластификаторов и моющих средств), бисфенол А (пластификатор) и пентахлордифенил – ПХД и ДДТ – побуждают культуры раковых клеток к реакции в зависимости от дозы: чем больше РЭС добавлено в культуру, тем активнее она реагирует[236]. А. М. Сото показал, что сочетание наиболее распространенных веществ в окружающей среде имеет сильное и разностороннее влияние на культуры раковых клеток молочной железы[237].

Ксеноэстрогены («чужие» эстрогены) изменяют эстрогенный метаболизм и могут вести к прямому генетическому разрушению всего клеточного цикла[238]. Некоторые ксеногормоны и их метаболиты способны создавать свободные радикалы или иным образом изменять структуру и работу ДНК.

Ряд исследователей предполагают, что ксеноэстрогены вряд ли могут нанести нам урон, поскольку мы уже подвержены влиянию фитоэстрогенов. Однако человечество наверняка выработало защитный механизм от возможного вреда фитоэстрогенов. Более того, биологически устойчивые ксеноэстрогены и другие РЭС накапливаются в тканях тела до гораздо больших объемов, чем фитоэстрогены[239]. Все эпидемиологические исследования, которые я читала, предполагают, что фитоэстрогены защищают от рака груди, а ксеноэстрогены потенциально опасны.

Вряд ли нам поможет тот факт, что большинство врачей не интересуются окружающей средой, не знают о том, какие вещества используют в промышленности, сельском и даже домашнем хозяйстве, и не представляют себе степень их влияния. В октябрьском British Medical Journal за 1999 год написано, что урожайность посевов будет возрастать, однако объем удобрений, необходимый для такого роста, не назван[240]. В статье говорится:

«С 1945 года США и Канада (вместе с Австралией) превратились в самых крупных мировых экспортеров зерна. Средний рост урожая в этих странах до сих пор остается высоким. В США средний урожай зерновых возрос с 4,58 тонны с гектара в 1989–1991 годах до 5,04 тонны с гектара в 1995–1997 годах. Нет причин сомневаться, что средние урожаи продолжат расти с умеренной абсолютной скоростью».

В статье не упоминаются пестидицы и другие вещества, которые используются для увеличения урожайности. Входя в состав комиссий, я посещала многие встречи на тему здоровья и окружающей среды. На одной из встреч экологи внимательно смотрели презентацию медицинских специалистов. Однако прежде чем начался доклад первого эколога, все врачи ушли. К счастью, есть такие доктора, как профессор А. Дж. Макмайкл из Лондонской школы здоровья и тропической гигиены, автор книги «Перегрузка планеты» (CUP, 1993), разработавший концепцию причин плохого здоровья, связанную с окружающей средой, в том числе с индустриализацией сельского хозяйства и промышленными загрязнениями.