Читать онлайн «Башня из пепла (сборник)». Страница 112

Итак, все лучшие авторы писали фэнтези, но делали это не слишком часто, поскольку им приходилось платить за жилье и покупать хлеб, мясо, молоко и прочую еду. Научная фантастика была более популярной и приносила доходы. Научно-фантастические журналы не хотели брать даже превосходно написанную фэнтези. Время от времени появлялись журналы, публиковавшие исключительно фэнтези, но лишь немногие жили долго. «Эстаундинг» просуществовал несколько десятилетий, пока не превратился в «Аналог», но «Анноун» не пережил нехватки бумаги во время Второй мировой войны. Издатели «Гэлэкси» и «Иф» попытались начать выпускать «Миры фэнтези», но протянули совсем недолго. «Фэнтэстик» просуществовал десятилетия, но «Эмейзинг» оставался лучшим скакуном конюшни. И когда Бушар и Маккомас выпустили «Журнал фэнтези», то уже второй номер вышел под названием «Журнал фэнтези и научной фантастики».

Однако спустя некоторое время начался новый цикл, вызвавший колоссальные перемены. В 1965 году «Эйс букс» воспользовалась лазейкой в законе об авторском праве и выпустила переиздание «Властелина колец» Дж. Р. Р. Толкина в мягкой обложке. Они успеют продать сотни тысяч экземпляров, прежде чем Толкин и «Бэллантайн букс» сумеют ответить законным изданием книги. В 1965 году издательство «Лансер букс», возможно вдохновленное успехом «Эйс» и «Бэллантайн» с Толкином, начало переиздавать всего Конана в серии в мягких обложках с иллюстрациями Фрэнка Фразетты. А когда наступил 1969 год, Лин Картер (ужасный писатель, но превосходный редактор) выпустил серию «Бэллантайн эдалт фэнтези», в которой вышли дюжины классических романов фэнтези. Однако в 1963 году — тогда я закончил читать «Мечи и волшебство» де Кампа — до всего этого было еще далеко.

Тем не менее мне удалось найти фэнтези в самом неожиданном месте, а именно — в выпусках комиксов.

Поклонники комиксов вырастали, и их интересы становились шире, молодые люди уже относились с безразличием к суперменам — героям комиксов. Музыка, машины, девушки… и книги без картинок. Естественно, выбор журналов, которые они читали, изменился. И тогда вновь было изобретено колесо: появились специализированные фэнзины, посвященные уже не суперменам, а секретным агентам, частным детективам, а также циклу о Барсуме Эдгара Райса Берроуза… и героической фэнтези.

«Коргана» — так называли новый фэнзин, посвященный мечу и магии. Он должен был выходить раз в три месяца (ха-ха!) под редакцией Клинта Бигглстоуна, который впоследствии стал одним из основателей Общества творческого анахронизма, появившегося в 1964 году в Сан-Франциско. «Кор-тана» печатался на обычной розовой бумаге, но читать его было очень интересно, в нем было полно статей и сообщений о Конане и его соперниках, а также появлялись героические рассказы лучших авторов, работавших в комиксах в шестидесятые годы: это Пол Мосландер и Виктор Барон (на самом деле один и тот же человек), мой друг по переписке Говард Уолдроп, Стив Перрин и сам Бигтлстоун. Главным героем Уолдропа был путешественник по имени Скиталец, его приключения описаны в «Гимнах Чимвэзла». Говард также оформлял обложки «Кортаны» и делал иллюстрации к рассказам.

В «Стар-стаддел комикс» и в большинстве других фэнзинов проза играла роль скромной сестрички (куда ей было до рисунков), но только не в «Коргане»! Я сразу же написал длинное хвалебное письмо, мне также хотелось играть значительную роль в этом новом замечательном издании. Поэтому я отложил Манту Рэя и Доктора Рока в сторону и написал свою первую фэнтези со времен Черепашьего замка.

Я назвал свой рассказ «Темные боги Кор-Йубана». Да, не стану спорить, моя версия Мордора была похожа на марку кофе. Герои — обычные, не подходящие друг другу искатели приключений, меланхоличный изгнанник, принц Р’хлор из Раугга и его громогласный спутник Аргилик Кичливый. «Темные боги Кор-Йубана» оказались самым длинным рассказом, когда-либо написанным мной (около пяти тысяч слов), и у него был трагический конец — Аргилика сожрали темные боги, те самые из названия рассказа. Во время обучения в Маристе я читал Шекспира и знал, что такое трагедия, поэтому и привел к гибели надменного Аргилика. Р’хлор уцелел, чтобы рассказать историю смерти друга… и когда-нибудь, я надеялся, вновь сразиться со злом. Когда рассказ был закончен, я отправил его в Сан-Франциско, где Клинт Бигглстоун тут же принял его для публикации в «Коргане».

Вот только фэнзин больше ни разу не вышел.

Начиная с выпускного класса средней школы, я уже умел пользоваться копиркой, честное слово. Но мне было лень с ней возиться. «Темные боги Кор-Йубана» стали еще одной из моих потерь — и, слава богу, последней, потом я всегда сохранял копии всех написанных мной рассказов. Но прежде чем окончательно свернуть свою деятельность, «Кортана» оказала мне еще одну услугу. В третьем выпуске Бигглстоун напечатал статью, названную «Только не делайте из этого хоббита», из которой я узнал о существовании Дж. Р. Р. Толкина и его фэнтезийной трилогии «Властелин колец». Статья меня заинтриговала, поэтому я не колебался, когда несколько месяцев спустя наткнулся на книжном прилавке на пиратское «эйсовское» издание «Братства кольца».

Я сел в автобус и погрузился в чтение толстого красного тома. И меня тут же посетили сомнения: уж не ошибся ли я? «Братство» совсем не походило на героическую фэнтези. Какое отношение имеет к этому трубочный табак? Рассказы Говарда обычно стартовали с появления гигантского змея или с топора, который раскраивал чью-то голову на две половинки. Толкин же начал свою книгу с описания дня рождения. А хоббиты с волосатыми ногами и любовью покушать, казалось, сбежали из книжек о кролике Питере. «Конан прорубил бы кровавую дорогу сквозь Шир от начала и до конца, — вот что я тогда думал. — И куда подевались вечная меланхолия и титаническое веселье?»

Однако я продолжал читать и уже хотел отложить роман в сторону, когда добрался до Тома Бомбадила. Впрочем, дальше пошло интереснее, и в конце концов Толкин меня поймал.

«Гил-Галад был эльфийским королем, — рассказывал Сэм Гэмджи, — о нем слагали печальные баллады менестрели».

И меня охватила дрожь — ни Конан, ни Кулл никогда не вызывали у меня подобных чувств.

Почти сорок лет спустя я оказался в процессе работы над собственной высокой фэнтези, «Песнью льда и огня». Книги получались огромными и очень сложными, на их написание уходили годы. И всякий раз, стоило выйти очередному тому, я начинал получать письма по электронной почте, в которых спрашивали, когда будет следующая книга.

«Вы не знаете, как трудно ждать!» — жалобно восклицал один из читателей. Я знаю, хотелось ответить мне, очень хорошо знаю. Я и сам ждал.