Читать онлайн «Мой мир». Страница 31

Так вот, если вам доведется видеть рытье норки осою — не пожалейте несколько часов, понаблюдайте за последовательностью операций и общим ходом дел. Сбегайте за блокнотом, ножом, лопаткой. Записывайте, зарисовывайте, а от фотографирования воздержитесь: придется наклоняться близко к осе, что может ее спугнуть.

О первом и втором заданиях я писал на страницах 95–96.

Место аммофил, сфексов, помпилов в «Родословном древе подотряда жалящих перепончатокрылых», выполненного мною для книги И. А. Халифмана «Четырехкрылые корсары» про ос.

Задание третье: когда оса вырыла норку и улетела на охоту, переждите минут десять — двадцать и закатите в норку — не руками, а прутиком — несколько крупных комочков земли. Надлежит выяснить: найдет ли теперь оса гнездо при изменившемся объеме полости? Если найдет, то станет ли выбрасывать ваши комочки? А если нет, то как поступит?

Задание четвертое: пронаблюдать за действиями осы и судьбой парализованной ее жертвы, предварительно, в отсутствие хозяйки, обильно смочив землю вокруг норки.

Варианты и подробности второго, самого важного задания. В отсутствие хозяйки вырежите из земли не кубический блок, а трехгранную призму — потребуется лишь два основных «реза» лопаткой. Отнесите норку метров за двадцать и быстренько, но аккуратно прикопайте ее в прежнем положении, то есть вровень с землей. Отметьте обе точки какими-либо знаками на местности и в блокноте. Набравшись терпения и, главное, внимания, следите враз за обеими норками, для чего нужно встать где-то между ними сбоку: куда и как оса потащит добычу?

Если «по новому адресу» — дождитесь выполнения всех процедур, все запишите, зарисуйте, снимите точный план «полигона», а через недельку выньте монолит с гнездом, поместите его в достаточно просторный сосуд, закройте сеткой и поставьте на балкон или веранду. Через положенное количество недель или месяцев, когда из кокона выйдет взрослая оса, сохраните ее, чтобы энтомологи смогли определить вид. Если хотите сделать это сами, то пользуйтесь только академическим «Определителем насекомых Европейской части СССР», том 1, первая часть, издательство «Наука», 1978 год.

Может случиться, что вам повезет, и если вы набредете на «осоград», подобный вышеописанному, то повторите этот опыт несколько раз, все запишите, зарисуйте и бережно сохраните два-три коллекционных экземпляра ос и жертв, а также опустевшие осиные норки.

Если хотя бы часть подопытных жителей «осограда» повлечет свои грузы по новым адресам — значит, норки эти определенно служат волновым «маяком» для насекомых, и вы будете «соучастником» одного из величайших открытий века, имеющего прямое отношение к физике твердого тела, квантовой механике, биофизике, познанию тайн Пространства и Времени.

Более подробно об этом в главе «Полет». Но перескакивать через главы не советую — многое упустите.

Настоятельно прошу любителей Чудес Природы овладеть техникой макрофотосъемок и быстрых набросочков с натуры.

Поглядите на мои зарисовки и фото на нескольких последующих страницах. Заверяю: никаким «талантом» обладать для этого не нужно, а лишь усердием, вниманием и смелостью. Но изобразительные документы — ценнейшая часть любого наблюдения.

Наброски с живых насекомых я делаю шариковой ручкой, стараясь за несколько секунд передать позу и «характер» насекомого

Эту сцену охоты помпила на паука мне удалось сфотографировать под Новосибирском с помощью «сдвоенного» фотоаппарата, так же как и последующих «фотонатурщиков».

Толстоголовка Морфей сфотографирована на участке «Степной треугольник» Исилькульского Памятника Природы «Реликтовая лесостепь».

Бронзовка мраморная еще сохранилась на луговинах нашего Памятника Природы за деревней Новодонка южнее Исилькуля.

Там же отснята и пяденица щавелевая, маскирующаяся под сухой листочек с четкой «жилкой» посредине…

У северных границ Памятника Природы (участок «Питомник») до сих пор можно встретить крупнокалиберные (входит большой палец!) норы самого крупного паука нашей страны — джунгарского тарантула. Охотится он только по ночам — на жуков, кобылок, других крупных насекомых.

А это опять на экологической тропе в Питомнике: перламутровка на бодяке…

Один из удачных «фотовыстрелов» по рою крохотных комариков-звонцов.

Гусеницы волнянки.

Тоже редкий кадр. Момент взлета усача Странгалии с соцветия дягиля. Пришлось снимать лежа, с земли, и долго ждать…

Для верного рисунка бабочки и жука нужно сначала «построить» общую форму, а уж после — детали.

Если на картонку ровно намазать пластилин, прочертить в нем палочкой рисунок, а затем залить гипсом, он, затвердев, «превратит» канавки в очень выпуклые линии. После того, как слепок высохнет, пропитываю его каким-либо полимерным клеем (БФ, эпоксидным), расписываю масляными красками и покрываю лаком. Так сделано это изображение осы-блестянки.

Таким же способом изготовлен рельефный портрет Жана-Анри Фабра, книги которого о насекомых так увлекли меня в детстве (наблюдает за осой-аммофилой, несущей гусеницу). Тоже полимерно-гипсовая масса, но окрашена под старую бронзу. Один экземпляр рельефа я подарил музею Фабра во Франции, другой находится в нашем музее под Новосибирском.

А на этих декоративных плитках — бабочки червонец, голубянка, сенница и травяные клопики трех видов. Комплект плиток работы В. С. Гребенникова (из частного собрания профессора МГУ В. Б. Чернышева).

Шел тысяча девятьсот пятьдесят шестой год. Я работал в клубе художником — это было еще до изокружка, вдыхал полной грудью Воздух Свободы, которым, после недавних лагерей, никак не мог надышаться. Тем более что и в самом Исилькуле и в его окрестностях воздух был не просто чистый, а всегда какой-то особенный, осязаемо-свежий, такого «густо-голубого вкуса» — особенно по сравнению с карабашским (это где слепень утащил за зону мой планер): стоило там ветерку повернуть от медеплавильного завода с его мрачными трубами в нашу сторону — сразу острый запах серы, ядовито-кислый вкус во рту, кашель, и некуда спрятаться от газа, и так порой не одни сутки — пока ветер не повернет в другую сторону. А направо от этих труб — цепи гор, мертвых, без единой сосенки, без одной травинки: все живое на огромной площади к востоку от завода было уничтожено. Трубы эти дымят и по сей день…