Читать онлайн «Дипломатия Волков. Месть Драконов. Отвага Соколов». Страница 253

— Что-то отдаленно знакомое. Янф приподнял бровь:

— Так говорит Осеппе своему первейшему врагу Йоурулю в «Пляшущих клинках Уивара». Мы дважды видели эту пьесу, пока актеры были в городе… разве ты не помнишь? Особенно хорошо им удавалось фехтование, например, та сцена, когда капитан стражи перелетает через подмостки на занавесе и… ладно, не важно. Я запомнил эти строчки, потому что хотел сказать их Дон-науку при следующей встрече… которая так и не состоялась. Я репетировал свою речь перед зеркалом.

— В самом деле? — удивился Ри.

— Да, чтобы убедительно произнести эти слова. Знаешь, таким холодным и в меру гневным тоном, и еще чтобы не запнуться где-нибудь, испортив все впечатление. Я бы сказал их, вынимая клинок, но еще до того, как началась бы честная драка.

Джейм фыркнул:

— Я так и вижу, как ты стоишь перед зеркалом и решаешь, какого цвета рубашка лучше сочетается с кровью Доннаука, а потом делаешь выпады рукой. А теперь, Доннаук, выслушай стишок, прежде чем я вспорю тебе брюхо.

Он принял изящную фехтовальную позу и расхохотался.

— Если бы ты не был моим другом, я бы вспорол тебе брюхо, — ответил Янф, побагровев.

— Тогда слава богам за то, что счастье не изменило мне и я до сих пор хожу невыпотрошенным. — Джейм вздохнул. — Я не жажду крови, но мне бы хотелось услышать какой-нибудь план.

— А план у нас такой, — усмехнувшись, ответил Ри. — Находим на ночь гостиницу, набиваем там животы, а утром возвращаемся в гавань…

— А точнее, плывем по грязи, — пробурчал Янф.

— …и садимся на любой корабль, где согласятся принять нас на борт.

Говоря это, он думал совсем о другом — о том, что находится слишком далеко от Кейт, на другой стороне моря, и ноги его ступают по земле иного континента. Притяжение, существующее между ними, влекло его назад. Словно неутихающая чесотка, оно тревожило его сон, не давало покоя в часы бодрствования. Всего лишь несколько поспешных слов, сказанных в пылу раздражения, разделили их, вырвали Кейт из его рук, и теперь он должен снова завоевать ее, одолевая великие муки и страхи.

Он почти потерял ее. И теперь должен вернуть. Если последние проведенные ими вместе недели были мучительными, разлука оказалась настоящим кошмаром. И Ри собирался позаботиться о том, чтобы первым же судном, которое возьмет их, оказался бы корабль, плывущий в Иберу, если уж не в саму Калимекку.

Но сейчас им нужна была гостиница. Они шли по городу под холодным моросящим дождем, мешавшим определить время дня, держась середины улицы, чтобы избежать дождя более отвратительного, чем даже вода, струившаяся с балконов и подоконников над их головами, — никто из них не хотел оказаться под ливнем помоев. Все трое молчали, и по дороге с ними никто не заговаривал, но они чувствовали, что люди неотступно следят за ними, оценивают состояние, которым они могут располагать, и сопоставляют его с длиной их мечей и шириной плеч. Хеймар, похоже, был чужд доброты и милосердия по отношению к незнакомцам.

Кони, козы, коровы, быки и прочая живность, прежде них проходившая по центральной улице городка, обильно разбавили липкую грязь своими пахучими лепешками и иными следами жизнедеятельности. Многочисленные повозки, проехавшие здесь, превратили это отвратительное месиво в жидкую кашицу, и к тому времени, когда трое друзей добрались до ближайшей гостиницы, ноги их покрылись грязью почти до колен и несло от них как из стойла.

Распахнув тяжелую дверь, они услышали звон колокольчика. Гостиница называлась «Долгий отдых», и внутри здесь было достаточно светло, хоть и дымно. Приветливый огонь горел в очаге и начищенные до блеска медные лампы со стеклянными трубками восполняли недостаток окон. Пол был покрыт толстым слоем благоухавших кедром и сосной опилок, столы, выкрашенные красной краской, и стены сияли после недавней чистки.

— Занимайте пока места, — крикнул им кто-то издалека. — Я сейчас подойду.

— Значит, сперва поедим? — спросил Янф.

Ри показал на отгороженные стенками отдельные комнатки:

— Они вполне устраивают меня. А потом поищем место, где можно помыться.

Они заняли комнатку подальше от двери, устроившись так, чтобы можно было видеть и вход в гостиницу, и лестницу на второй этаж. Мечи были наготове, однако друзья старались не смотреть на них, чтобы не вызвать этим раздражения уже опьяневших постояльцев. Среди здешней публики, впрочем, попадались и достаточно экзотичные экземпляры, которые сами по себе притягивали взгляд. В «Долгом отдыхе» явно не брезговали и Шрамоносцами, ибо за одним из столов сидели сразу трое Увечных созданий в компании еще троих людей.

Двое из Шрамоносцев были покрыты плотной, как у гремучей змеи, чешуей, тела их были приземисты; они сидели, застыв как изваяния, но когда меняли позу, движения их оказывались настолько быстрыми, что глаз не успевал проследить за ними. Ри знал и название, и репутацию этого народа, носившего имя Кеши; все, кто имел дело с ними, утверждали, что эти существа великолепные мореходы и опасные противники и что убить их столь же трудно, как и змею. Третий же из Шрамоносцев не был похож ни на одно из известных Ри существ.

Ее — судя по изяществу облика, Ри определил, что это особа женского пола, — кожа была темной, как беззвездная ночь, но тем не менее переливалась, подобно черному перламутру. Каждый раз, когда она поворачивала голову, ее лицо вспыхивало то аметистом, то сапфиром, то изумрудом, а то и рубином. Белые волосы ее казались пухом, а выбившиеся из прически волоски окружали голову нимбом, отдающим в свете очага золотом. Невероятно длинные, они были заплетены в толстую косу, которую она заправила за пояс, словно простую веревку. Если их распустить, они наверняка достали бы до пола. Однако Ри сомневался в том, что земное притяжение могло вынудить их опуститься вниз: скорее всего даже расплетенные волосы этой женщины парили бы в воздухе белым облаком. Огромные и бездонные глаза ее казались колодцами, наполненными тьмой. Над ними изгибались белоснежные и такие же пушистые брови; ближе к вискам волоски их удлинялись, и она заплетала их, украсив косички бусинами, мелкими раковинками и перьями, направленными в сторону от щек. Большие, как у оленя, уши двигались независимо друг от друга. Одно из них было обращено к ее собеседникам, другое же находилось в постоянном движении. Когда она засмеялась, Ри заметил ее белые остроконечные зубы. Невзирая на белизну волос, она казалась совсем молодой. Ри никогда не видел существа, даже отдаленно похожего на нее, тем не менее где-то в глубинах его памяти что-то настойчиво твердило ему о том, что он каким-то образом знаком с ней.