Читать онлайн «Полное собрание сочинений. Том 32. Май-июль 1917». Страница 89

На деле политика аннексий, т. е. насильственного присоединения народов (Албания, Греция) к одному государству или к одной группе империалистов, – политика аннексий и внутри «революционной» (но идущей по контрреволюционному пути) России, обращение с Финляндией и с Украиной как с аннексированными народами, а не как с действительно свободными, действительно равноправными, имеющими неоспоримое право и на автономию и на отделение.

– На словах «сопротивление капиталистов, по-видимому, сломлено», как заявил хвастливо министр блока Пешехонов. На деле даже резолюция съезда Советов вынуждена была признать, что «растет сопротивление имущих классов» (т. е. контрреволюционной буржуазии, имеющей 10 министров-капиталистов из 16 и фактическое полное всевластие в экономике страны).

– На словах обещания контроля и регулирования и отобрания 100 % прибыли (министр Скобелев). На деле за полтора месяца ровно ничего! Решительно ни единого делового и серьезного шага ни против локаутчиков-капиталистов, ни против мародеров спекуляции и рыцарей наживы на поставках, ни против банковых воротил!!

Не будем удлинять списка этих вопиющих противоречий. Достаточно и указанных.

Разруха идет. Кризис близится. Катастрофа надвигается неудержимо. Меньшевики и эсеры усовещивают капиталистов, грозят им отобрать 100 %, хвастают, что сопротивление капиталистов сломлено, пишут резолюции и прожекты, прожекты и резолюции.

Катастрофа идет. Вся ответственность за нее ляжет на правящий блок эсеров и меньшевиков.

«Правда» № 85, 1 июля (18 июня) 1917 г.

Печатается по тексту газеты «Правда»

Экономический развал уже начался. Буржуазия ведет наступление по всему фронту. Необходимы решительные меры.

Что думает предпринять Временное правительство?

Для спасения России, для борьбы с экономическим развалом, для устройства хозяйственной жизни оно выработало проект новой организации, подробный план борьбы с экономическим распадом.

Во главе всего дела «организации народного хозяйства и труда» становится Экономический совет.

Наконец-то принимаются меры и от слов переходят к делу. Прекрасно, давно пора!

Но каков состав этого Экономического совета?

Кто будет бороться с экономическим развалом, кто будет вести борьбу с преступной политикой капиталистов, предпринимателей, заводчиков и фабрикантов?

Оказывается, что подавляющее большинство будут в этом совете иметь капиталисты. Не насмешка ли это?!

Вот состав этого почтенного учреждения:

Кроме того, входят еще министры военный и труда и 3 от кооперативов.

Как видим, решать будут капиталисты.

Создано будет еще одно учреждение, от которого в лучшем случае не будет ни толку, ни проку.

Кроме того, как водится, создается еще бесчисленное множество комиссий, подкомиссий, комитетов и т. п.

Так думают вести борьбу с экономическим развалом.

Щуку бросили в реку…

«Правда» № 85, 1 июля (18 июня) 1917 г.

Печатается по тексту газеты «Правда»

Восемнадцатое июня, так или иначе, войдет в историю русской революции как один из дней перелома.

Взаимное положение классов, их соотношение в борьбе друг с другом, их сила, в особенности по сравнению с силой партий, – все это вскрылось воскресной демонстрацией так отчетливо, так ярко, так внушительно, что при всяком ходе и всяком темпе дальнейшего развития выигрыш сознательности и ясности остается гигантским.

Демонстрация развеяла в несколько часов, как горстку пыли, пустые речи о большевиках-заговорщиках и показала с непререкаемой наглядностью, что авангард трудящихся масс России, промышленный пролетариат столицы и ее войска в подавляющем большинстве стоят за лозунги, всегда защищавшиеся нашей партией.

Мерная поступь рабочих и солдатских батальонов. Около полумиллиона демонстрантов. Единство дружного наступления. Единство вокруг лозунгов, среди которых гигантски преобладали: «вся власть Советам», «долой 10 министров-капиталистов», «ни сепаратного мира с немцами, ни тайных договоров с англо-французскими капиталистами» и т. п. Ни у кого из видевших демонстрацию не осталось сомнения в победе этих лозунгов среди организованного авангарда рабочих и солдатских масс России.

Демонстрация 18-го июня стала демонстрацией сил и политики революционного пролетариата, указывающего направление революции, указывающего выход из тупика. В этом гигантское историческое значение воскресной демонстрации, в этом ее отличие принципиальное от демонстраций в день похорон жертв революции и в день 1-го Мая. Тогда это было поголовное чествование первой победы революции и ее героев, взгляд, брошенный народом назад на пройденный им наиболее быстро и наиболее успешно первый этап к свободе. Первое мая было праздником пожеланий и надежд, связанных с историей всемирного рабочего движения, с его идеалом мира и социализма.

Ни та, ни другая демонстрация не задавались целью указать направление дальнейшего движения революции и не могли указывать его. Ни та, ни другая не ставили перед массами и от имени масс конкретных, определенных, злободневных вопросов о том, куда и как должна пойти революция.

В этом смысле 18-ое июня было первой политической демонстрацией действия, разъяснением – не в книжке или в газете, а на улице, не через вождей, а через массы – разъяснением того, как разные классы действуют, хотят и будут действовать, чтобы вести революцию дальше.

Буржуазия попряталась. В мирной демонстрации, устроенной заведомым большинством народа, при свободе партийных лозунгов, при главной цели – выступление против контрреволюции, в такой демонстрации буржуазия отказалась участвовать. Оно и понятно. Буржуазия – это и есть контрреволюция. Она прячется от народа, она устраивает настоящие контрреволюционные заговоры против народа. Партии, правящие теперь в России, партии эсеров и меньшевиков, наглядно показали себя в исторический день 18-го июня как партии колебаний. Их лозунги выражали колебание, и за их лозунгами оказалось – явно, очевидно для всех – меньшинство. Стоять на месте, оставить пока все по-прежнему – вот что они советовали народу своими лозунгами, своими колебаниями. И народ чувствовал, и они чувствовали, что это невозможно.

Довольно колебаний – говорил авангард пролетариата, авангард рабочих и солдатских масс России. Довольно колебаний. Политика доверия капиталистам, их правительству, их реформаторским потугам, их войне, их политике наступления, – эта политика безнадежна. Крах ее недалек. Крах ее неизбежен. Это будет крах и правящих партий эсеров и меньшевиков. Разруха надвигается все ближе. От нее нельзя спастись иначе, как революционными мерами стоящего у власти революционного класса.