Читать онлайн «Изгои российского бизнеса: Подробности большой игры на вылет». Страница 93

В его владении еще оставались и доли в российских активах, и авторитет в российских деловых и властных кругах. Именно через Бадри в 2006 году Борис Березовский продаст лояльному Кремлю предпринимателю Алишеру Усманову ИД «Коммерсантъ».

Бадри Патаркацишвили: «Я был убежден, что пришла власть, о которой я мечтал»

Я не тот человек, который вот так вдруг встал и начал борьбу против Миши. Вот когда он пришел к власти, я взял и отдал 51 % «Мзе». Сказал бы: отдай мне «Имеди», я бы отдал и «Имеди». Я бы отдал, поскольку тогда был убежден, что пришла власть, о которой я мечтал, которая сделает все, чтобы страна нормально развивалась и нормально шла. Я верил Зуре, абсолютно, и мы ночами напролет думали, как построить экономику <…> И та экономическая программа, которая была сделана фактически мной, – сократили налоги до 32 %, НДС и так далее. Умолял Мишу выпустить амнистию для бизнеса и говорил, что бизнес должен вздохнуть свободно. Тогда и страна будет развиваться. Три миллиона за программу заплатил, подготовили в Канаде. Потом плюнул на все, потому что понял – не имеет смысла.

Но в марте 2006 года Патаркацишвили выступил с критикой грузинских властей, обвинив их в вымогательстве «оброка с бизнеса», и перешел в оппозицию президенту Грузии Михаилу Саакашвили. В ответ Бадри назвали тайным спонсором оппозиции, и новый виток противостояния предпринимателя и властей – на сей раз грузинских – оказался неизбежным.

Он развивался в целом по тому же сценарию, что и в России. От Патаркацишвили потребовали переуступить государству его медиахолдинг. Он отказался – уже из Лондона – и в 2006 году продал австралийскому медиамагнату Руперту Мердоку акции телеканала «Имеди», позже уступив ему всю компанию.

В марте 2007 года Патаркацишвили из Лондона объявил о прекращении политической и экономической деятельности в Грузии. На полгода конфликт затих, но осенью 2007 года обстановка в Грузии начала накаляться. 7 ноября предприниматель принял участие в массовой акции протеста оппозиции перед грузинским парламентом, а после грубого разгона этого митинга призвал оппозицию к объединению для борьбы с Саакашвили и пообещал потратить все свои деньги «на освобождение Грузии от фашистского режима». Ответный ход не заставил себя ждать. 9 ноября 2007 года Генпрокуратура Грузии возбудила против находившегося в Лондоне Бадри Патаркацишвили уголовное дело по обвинению в сговоре с целью свержения власти.

Спустя неделю Тбилисский городской суд по ходатайству прокуратуры приостановил лицензию на вещание созданной Патаркацишвили телекомпании «Имеди» и наложил арест на ее имущество.

В декабре 2007 года Патаркацишвили стал одним из оппозиционных кандидатов в президенты, однако на выборах 5 января занял лишь третье место. Накануне в проправительственных грузинских СМИ начал появляться компромат. Так, прокуратура обнародовала аудиозапись встречи Патаркацишвили с начальником оперативного департамента МВД Грузии Эрекле (Ираклия) Кодуа, которая якобы прошла в Лондоне 23 декабря. Согласно записи, в ходе этой встречи Патаркацишвили дал указание Кодуа арестовать главу МВД Вано Мерабишвили, обещав ему $100 млн «за активное участие в осуществлении госпереворота». Патаркацишвили назвал пленку провокацией, хотя факт встречи с Кодуа не отрицал. После этого ему было предъявлено новое обвинение «в заговоре с целью свержения госвласти в Грузии, подготовке нападения на политическое должностное лицо и подготовке теракта».

В начале февраля 2008 года в Грузии разразился настоящий скандал. Сразу после обнародования прокуратурой записи разговора Патаркацишвили с Кодуа сторонники Бадри заявили, что запись смонтирована некорректно, куски вырваны из контекста и что будет опубликована полная запись разговора, из которой станет ясно, что никакого госпереворота Патаркацишвили не готовил.

2 февраля полковнику Кодуа за особые заслуги было присвоено звание генерал-майора. А уже 5 февраля газета «Алия», выходящая на грузинском языке, сообщила, что в ее почтовом ящике был обнаружен диск с запиской «Здесь полная запись разговора между Патаркацишвили и Кодуа. Опубликуете?». «Алия» опубликовала.

В Грузии стенограмма стала темой номер один. Не в последнюю очередь потому, что в полном варианте речь идет не только о внутригрузинских проблемах, но и о России, точнее, о ее президентах – Ельцине и Путине. Впрочем, о них Бадри говорил немного. В частности, именно тогда он обозначил свою роль в политической карьере Владимира Путина.

Бадри Патаркацишвили: «На хрен мне пост министра, мне деньги нужны»

– Мне в России предлагали пост министра экономики. Потому что у меня пятьдесят человек лучших экономистов работали. Я целый институт создал, который работал над тем, как законы обойти. Какие тогда законы государство принимало? Когда принимало, я выступал и говорил, каким путем надо идти, чтобы обойти закон, ничего при этом не нарушить и цели достигнуть. Многие из тогдашних новых схем в России мной придуманы. И когда Путин пришел, он мне предложил занять пост министра экономики. Я ему ответил: ты что, с ума сошел? На хрен мне пост министра, мне деньги нужны…

В основном же речь шла о Грузии. В частности, о том, что на самого Патаркацишвили готовится покушение. О том, в чем именно Бадри расходится с Саакашвили, об «Имеди», о демократии, экономике, политике в Грузии.

Через неделю после публикации в «Алие» и на следующий день после статей в российских СМИ Бадри Патаркацишвили скончался в своем доме в городе Лезерхед неподалеку от Лондона. Поздним вечером 12 февраля он сказал родным, что плохо себя чувствует, пошел в спальню, упал и умер. Английская полиция, ссылаясь на предварительные результаты вскрытия, сообщила о смерти от естественных причин – внезапного сердечного приступа. Но смерть дважды опального олигарха выглядела настолько подозрительно, что потребовала дополнительного тщательного расследования, результат которого – смерть в результате ишемической болезни сердца – убедил, впрочем, не всех.

Не успели родственники предать покойного земле (похороны Аркадия Патаркацишвили прошли в его тбилисской резиденции 28 февраля 2008 года при большом скоплении народа и превратились в импровизированный митинг грузинской оппозиции), как за его наследство развернулась самая настоящая война.