Читать онлайн «Покрышкин». Страница 88

С разрешения Ставки командующий Северо-Кавказским фронтом Петров прекратил наступление и начал основательную подготовку к завершающему этапу битвы за Кавказ. Только осенью, к 9 октября немцы были изгнаны с Таманского полуострова.

В ходе третьего воздушного сражения и в последующие дни Александр Иванович увеличивает свой счет на несколько Ме-109. Параллельно с боевой работой ему приходится снова заниматься вводом в строй пополнения. С 9 апреля по 30 мая 16-й гвардейский полк потерял погибшими 19 летчиков, то есть более половины летного состава, из них одного командира эскадрильи и двух командиров звеньев.

Побывав в запасном авиаполку, Покрышкин убедился, что подготовка молодых летчиков после авиашкол остается безобразно низкой: «Взять их, кое-как подготовить и пускать в бой было равносильно преступлению». Пришлось искать другой выход. Дивизия, которую возглавил проявивший себя на Кубани полковник Дзусов, пополнилась летчиками из полков, убывающих с фронта для переучивания на новые машины. Всю летную и тактическую подготовку многоопытный Дзусов, так же, как в свое время В. П. Иванов, возложил на Покрышкина. Все знали о его «академии», разместившейся в землянке у аэродрома. Занятий со своими летчиками Александр Иванович никогда не прекращал.

Но даже у половины уже понюхавших пороху летчиков пополнения, как определил Покрышкин после полетов на УГИ-4, техника пилотирования была только удовлетворительной.

Разделив пополнение на два «потока», Александр Иванович приступил к усиленной подготовке лучших из них. Свои первые боевые вылеты в 16-м полку они сделали в последние дни битвы, но в полной мере показали себя уже в последующих боях.

О том, сколь важна предфронтовая подготовка даже летчиков высокого профессионального уровня, особенно ясно показали действия на Кубани 3-го истребительного авиакорпуса под командованием генерала Е. Я. Савицкого (позывной — «Дракон»). Корпус был в срочном порядке направлен на Кубань. С 20 апреля сражался в самом пекле над Мысхако. Честную книгу о тех и последующих боях «В небе Украины ведомые «Дракона» (Черкассы, 1997) написал Герой Советского Союза И. В. Федоров. Он приезжал в Центральный архив Министерства обороны, его рукопись не черкали цензоры. В первый же день, 20 апреля, 265-я, одна из двух дивизий корпуса, потеряла погибшими десять летчиков, в том числе командира одного из полков! Еще двое произвели вынужденную посадку, один спасся на парашюте.

Молодые летчики, рвавшиеся на фронт с Дальнего Востока, имели большой налет часов (хотя и на устаревших самолетах), хорошую огневую подготовку. Их появление над Малой землей действительно изменило обстановку в нашу пользу…

Другой летчик того же 812-го полка Герой Советского Союза А. Т. Тищенко в книге «Ведомые «Дракона»» (М., 1966) вспоминал подготовку истребителей в 1941–1942 годах — фронтовой опыт доходил в неискаженном виде не через различные служебные информации и статьи в прессе, а только из редких рассказов летчиков, побывавших в бою. В стрельбе по конусу тренировали так, как учил когда-то в 1940 году Покрышкина педант Жизневский. В боях пришлось самим переучиваться на скоростные атаки с малой дистанции. Звено из трех самолетов до самого конца 1942 года казалось мощнее пары…

В начале 1943-го командир 265-й дивизии П. Т. Коробков сказал дальневосточникам, что «и времени, и бензина мало… посоветовались с вашим командованием и решили: дать вам по два-три полета вывозных на учебном самолете; отработать технику пилотирования и стрельбы на боевом самолете, на этом все». Комдив (так же, как A.C. Осипенко) был из той группы «испанцев»— Героев Советского Союза, которые ничем себя не проявили в Великой войне. После Кубани он был переведен в инспекцию ВВС.

За девять дней битвы дивизия потеряла один полк из трех! К 10 мая в полках насчитывалось всего 22 боеспособных экипажа… А. Т. Тищенко пишет: «На первых порах вся наша боевая деятельность зависела от воли начальников штабов, которые сами не летали. Они определяли не только районы, но также высоты и скорости барражирования истребителей. И, конечно, «навели порядок». Каждый день мы летали по одним и тем же маршрутам, на одних и тех же скоростях и высотах. Фашисты не замедлили воспользоваться шаблоном в наших действиях…»

И. В. Федоров вспоминает, как каждый летчик стремился атаковать, забывая о боевом порядке группы и даже пары. Вспоминает и такой приказ из штаба дивизии — летать во время боевых действий в сомкнутом порядке, на малой скорости и заданной высоте: «Все это, как нам разъясняли, вдохновляет защитников Малой земли. Высокому командованию это нравилось: так сказать, психологический фактор для наземных войск — небо закрыто краснозвездными истребителями. И только в конце боев на Кубани, понеся большие неоправданные потери, мы освоили знаменитую «кубанскую этажерку». Ее еще называли «покрышкинской»».

Комкора Е. Я. Савицкого летчики на Кубани помнят расстроенным и мрачным. Даже начало предвещало недоброе. 17 апреля лидер Пе-2 по преступной ошибке привел одну из эскадрилий корпуса вместо Ростова-на-Дону в занятый немцами Таганрог. Пока это заметили, за командиром приземлилось два летчика. Еще двоих сбили зенитки. Пять потерь на пути к фронту! На трофейных «яках» немцы потом неоднократно атаковали наши самолеты, в первую очередь «аэрокобры» и «спитфайры». Как пишет Покрышкин, в один из дней наше командование отменило вылеты своих «яков», и с «оборотнями» удалось расправиться.

… Возвращаясь к боевым действиям 3-го истребительного авиакорпуса, следует сказать, что у летного состава Савицкий имел авторитет, поскольку сам (наверно, это единственный пример среди командиров-истребителей такого ранга) принимал участие в боевых вылетах. Ожидали от боев, конечно, совершенно другого. 32-летний генерал принял корпус из хороших летчиков на новых «яках» с задачей — добиться господства в воздухе. Перед вылетом на Кубань молодого комкора принял И. В. Сталин. В своих мемуарах «Полвека с небом» (М., 1988) Савицкий объясняет потери отсутствием боевого опыта у летчиков, а также тем, что «в штабе корпуса не всегда успевали верно оценить обстановку в воздухе, избрать лучший вариант…» Но ведь сам генерал прошел стажировку еще в бигве под Москвой, с зимы 1942 года командовал на фронте дивизией…

Как пишет И. В. Федоров, 46 летчиков 265-й дивизии погибли, 17 лечили раны в госпиталях, остальные, получив заслуженные ордена, в начале июня были выведены на отдых в Липецк «после такого кошмара, каким представлялось нам теперь все происходившее на Кубани…»

Но самые большие потери несли наши Ил-2. A.A. Тимофеева-Егорова пишет — за весну, лето и осень 1943 года на Тамани 805-й штурмовой полк, в котором она воевала, потерял три состава летчиков и воздушных стрелков!