Читать онлайн «К. Р.». Страница 135

«Нужно придумать такое учреждение, какого еще не было в России, и притом учреждение, в котором приняла бы участие вся грамотная Россия и которое наиболее соответствовало бы значению великого поэта. Мне кажется, что таким учреждением мог быть Одеон имени Пушкина. Это должно быть особое, вновь выстроенное здание в центральной местности Петербурга. Здесь могли бы происходить ежегодные состязания поэтов, которые излагали бы свои произведения перед лицом всего народа и увенчивались бы премиями. Здесь могли бы происходить представления драматических произведений Пушкина».

Подобное же, хотя и менее определенное, заявление сделал и поэт К. К. Случевский, посчитавший, что весьма желательно «озаботиться об учреждении чего-либо такого, что в своей обособленности не только осталось бы непреходящею памятью празднованию, но подлежало бы также развитию».

Идея о Доме Пушкина была высказана П. Е. Рейнботом, секретарем Пушкинского лицейского общества. Он «возбудил вопрос, не будет ли желательнее соорудить памятник А. С. Пушкину не в виде статуи, а в виде постройки особого музея. В музее этом, которому должно быть присвоено имя Пушкина как родоначальника нашей изящной литературы, будет сосредоточено всё, что касается наших выдающихся художников слова, как-то: рукописи, вещи, издания сочинений и т. д.».

Предложение лицеистов представил на обсуждение членам Пушкинской комиссии новый непременный секретарь Академии академик С. Ф. Ольденбург. Это был уже вполне конкретный шаг — идея стала материализовываться. На протяжении ряда лет академик Ольденбург, целеустремленный и деятельный человек, всячески поддерживал создание Пушкинского комплекса.

Прошло, однако, еще много времени, когда вроде бы бесспорное дело то воскресало, то утопало среди фантазий, разных мнений и предложений, дискуссий, дипломатических переговоров, надежд и разочарований. Великому князю оставалось лишь терпеть и объединять всех — от простого посетителя «с идеей» до Царя.

Казалось бы, к 1905 году собрали ПО тысяч рублей, нашли место для памятника поэту — его предполагалось поставить на новой набережной и назвать ее Пушкинской, но нет же, Городская дума предпочла дать ей имя Петра Великого. Работа над проектом памятника отложилась, к тому же появлялись все новые и новые предложения: сначала о создании Музея имени Пушкина, потом музея с научным уклоном. Газеты и журналы, подхватив идею лицеиста Рейнбота, писали о том, что музей следует соединить с просветительским учреждением типа народного университета. Туда бы передали свои сокровища и Публичная библиотека, и Московский Румянцевский музей, владеющие рукописями поэта, и Академия наук, и Александровский лицей, располагающий небольшим пушкинским собранием, и частные коллекционеры-любители вроде П. Я. Дашкова.

В ответ на столь благожелательное отношение в обществе к идее Пушкинского комплекса академической комиссией 15 декабря 1905 года «в принципе было решено создание Пушкинского дома».

Но замысел вновь расширился и обновился. Вместо дома, посвященного только Пушкину, комиссия учреждает музейно-источниковедческий центр, в котором уже на этом этапе просматривается идея будущего историко-литературного института.

Мысль о музее воплотилась в широкую программу целого «дома имени Пушкина», своего рода мавзолея для литературных реликвий не только великого поэта, но и других деятелей русской словесности XIX века.

Так, по колдобинам и рытвинам, но к свету двигалась умная и добрая мысль.

Конечно, обсуждался самый тяжелый вопрос — финансовый. На правительство никто не надеялся. Великий князь положительно принял предложение ученых «прекратить подписку на памятник, для которого собранная сумма могла считаться достаточной, и последующую подписку продолжать уже в целях построения музея».

Дальнейшие «финансовые размышления» привели к выводу, что следует обращаться за помощью не только к заинтересованным лицам и учреждениям в двух столицах, но и ко всей провинциальной России. Касса выросла ненамного, до 146 тысяч рублей. Здание на эти деньги не воздвигнешь, да еще в центре Петербурга — на стыке Каменноостровского проспекта и набережной Петра Великого. Впрочем, Городская дума опять воспротивилась и не хотела отдавать этот кусок земли для памятника и декоративного музейного здания. Делопроизводитель комиссии чуть ли не ежедневно ездил в Управу и вел трудные земельные переговоры. И все же решение о создании «Дома имени Пушкина» было принято. 22 сентября 1906 года Константин Константинович не без облегченного вздоха записывает в дневнике:

«В 2 часа у меня в столовой собралась Пушкинская комиссия — граф И. И. Толстой, вице-президент и непременный секретарь Академии наук Саломон, председатель Союза литературных и художественных обществ П. Н. Исаков, Султанов. Предполагали, кроме памятника Пушкину на Петербургской стороне, при съезде с Троицкого моста, направо на набережной выстроить Пушкинский Дом для хранения рукописей и всего, относящегося к Пушкину и писателям, появившимся после него. Обсуждали „положение“ этого дома».

В пункте 1 одного из первых вариантов «Положения» было определено: «Дом Пушкина учреждается в благоговейную память о великом русском поэте Александре Сергеевиче Пушкине для собирания в нем всего того, что касается Пушкина как писателя, человека и гражданина…»

Положение строго регламентировало права Дома Пушкина по сравнению с другими научными учреждениями, в том числе и академическими, а также устанавливало его структуру, юридический и финансовый статус. К этому Положению вернулись в феврале 1907 года все в том же Мраморном дворце. На этот раз его дополнили, а заодно изменили и название создаваемого института истории новой русской литературы — «Пушкинский Дом». Несколько месяцев спустя Николай II утвердил «Положение о Пушкинском Доме», и теперь к комиссии перешли все заботы о его пополнении и развитии.

В те времена Великому князю и его соратникам виделся дом в стиле ампир, длиною по фасаду в 48 сажен и шириною 12 сажен. В верхнем этаже должны были разместиться десять залов для различных коллекций, а в нижнем — один большой зал, предназначенный для публичных заседаний, литературных лекций, собраний; два зала для выставок, кабинеты для занятий научного персонала.

Но новое здание так и не было построено. Длительное время Пушкинский Дом размещался в помещениях Академии наук на набережной Невы. Уже за первые десять лет после своего основания Дом стал «крупным источниковедческим центром, известным своими изданиями и публикациями».