Читать онлайн «Искусство ведения войны. Эволюция тактики и стратегии». Страница 92

Эти люди, во главе которых стоял лорд Робертс, неоднократно настойчиво и решительно говорили народу Англии, что Германия вооружается, чтобы напасть на Великобританию. Они обращали внимание народа Англии к публикациям не только в немецких газетах и журналах, но и к написанным книгам, которые показывали, что немцы считают себя народом, далеко превосходящим по способностям, характеру и храбрости другие народы мира, и полагают, что для мира плохо, если они будут находиться в положении, по их мнению, более низком в сравнении с положением, занимаемым Великобританией. Эти люди приводили доказательства того, что немцы считали народы России, Франции и Англии более отсталыми умственно и нравственно, которые, однако, занимали в мире гораздо более высокое положение, чем народ Германии, и обладали гораздо большими территориями и богатствами. Эти люди доказывали, что Германия, легко завоевавшая Францию и осведомленная о коррупции власти в России, почти не принимает Францию и Россию в расчет, за исключением лишь того, что они могут оказать помощь Великобритании. Они показывали, что Германия чувствует себя оскорбленной в том, что Великобритания владеет четвертью территории Земли и является владычицей морей, в то время как Германии (гораздо более выдающееся государство, по мнению немцев) не хватает «места под солнцем».

Эти люди доказывали, что Германия понимает, что все успехи, которых она когда-либо добивалась, были добыты мечом; и многие немцы заявляют, что если в какие-то тяжелые времена немцы и посвящали себя решению практических вопросов, как Великобритания, Франция и Голландия, а не мечтам в области философии, поэзии и религии, то она займет-таки позже место, какое занимает Англия. Они объясняли, что эти идеи под влиянием людей вроде Трейчке (Генрих Трейчке, 1834–1896, немецкий истории и публицист, идеолог экспансии и германского шовинизма. – Ред.) уже не считаются теоретическими принципами, а становятся живой реальностью и толкают людей к восстанию. Они показывали, что армия Германии гораздо лучше любой другой армии мира не только потому, что она больше, но и потому, что она более эффективна; что военный флот Германии, который лишь двадцать пять лет назад можно было почти не принимать в расчет, теперь стал вторым по размерам после флота Великобритании и по крайней мере таким же эффективным, а возможно, даже и более. Они обращали внимание на беспримерную экспансию торговли Германии по всему миру и гораздо более высокую результативность ее правительства и выражали свое мнение: если Германия начнет войну с Россией, Францией и Великобританией, вместе взятыми, у нее будет великолепный шанс добиться победы. Они также объясняли, что ее победа будет означать крах Британской империи и мировое господство Германии.

Человек, который прилагал больше всего усилий к тому, чтобы убедить Англию в грозящей ей опасности, был лорд Робертс. Его доводы и обращения толпа принимала с насмешками и оскорблениями, и даже люди более высокого происхождения – с плохо скрытым раздражением. В его адрес было сделано немало резких замечаний, самое обычное из которых было «он старый дурак». И тем не менее лорд Робертс был прав, а остальные ошибались! То, как английский народ, которому лорд Робертс так верно служил, отнесся к нему, – один из самых прискорбных фактов в истории страны. То, что Великобритания искупила это, – также один из самых очевидных фактов истории. Она искупила это смертью самых лучших своих сыновей, обеднением королевства, невысказанными страданиями – физическими, психическими и душевными – каждого мужчины, женщины и ребенка, всем, что вызывает скорбь в жизни страны, за исключением самой ее гибели.

То, что Великобритания продолжала жить, как жила, даже до самого дня, когда она объявила войну Германии, – факт, который невозможно объяснить. Мы знаем, что Ассирия пала перед варваром-персом (автор перепутал, перед Киром II Великим пала Вавилония. – Ред.), что Персия пала под натиском варвара-грека и что Рим рухнул под ударами варвара Алариха, – но все эти страны находились в упадке, и мы принимаем факт их упадничества как объяснение их краха. Но была ли Великобритания в упадке! Германия считала, что это так; а тот факт, что Великобритания была так близка к краху и оказалась спасена лишь благодаря неожиданному вмешательству Соединенных Штатов, придает значимость этому вопросу.

Тем не менее Великобритания не находилась в упадке в том смысле, в котором мы говорим об Ассирии (Вавилонии. – Ред.), Персии и Египте, так как Великобритания пребывала в расцвете цивилизации, которая считалась самой прекрасной из известных когда-либо в мире.

Ответ на вопрос зависит, конечно, от определения слова «упадок». Ввиду отсутствия договоренности относительно точного определения этого понятия мы не можем решить, была ли Великобритания в упадке или нет, но мы с легкостью можем решить, действовал ли народ Великобритании в течение первых четырнадцати лет XX в. как достойный потомок Альфреда, Гарольда, Черного принца, Мальборо, Нельсона и Уильяма Питта.

Из всех департаментов правительства Великобритании единственным готовым к войне был военно-морской флот. Армия была не готова, и никто в Англии, кто обращал хоть какое-то внимание на государственные вопросы, не ожидал, что она будет готова, если вновь случится то, что случилось. О том, что армия хорошо зарекомендовала себя после того, как возникло критическое положение, свидетельствует признание всего мира. Но слава, которой она добилась, досталась ей ценой жертв, которых могло бы и не быть и которые заставили Англию испытывать невыразимые угрызения совести.

Военно-морской флот был удивительно хорошо подготовлен, хотя и не настолько, насколько был готов флот Германии. Офицеры и матросы флота покрыли себя, флот и страну в целом величайшей славой, на которую страна имеет право, ведь перед войной страна продемонстрировала предусмотрительность и патриотический дух, необходимые для строительства и поддержания флота, достаточного для ее защиты. Что касается своего флота, то Великобританию не нужно было загонять в угол, прежде чем она будет готова защищать свое существование и жизнь своих женщин и детей.

Тем не менее сам флот был не таким, каким должен был быть, – не по своей вине, а по вине тех, кто нес ответственность за состояние неготовности Великобритании в других департаментах.

Неготовность военно-морского флота Великобритании в сравнении с флотом Германии, по-видимому, не имеет никакого другого объяснения, кроме того факта, что чуть менее чем за сто лет до этой войны политики в Великобритании стали настолько сильны и настолько способны внушить народу идею, что «военные должны подчиняться гражданским властям», что была принята практика ставить не имеющих специальной подготовки штатских лиц во главе армии и военно-морского флота. Они заставили людей (а возможно, и себя) поверить в то, что нет необходимости иметь во главе армии и флота людей, которые досконально знакомы с армией и флотом. Их идея состояла в том, что не имеющие специальной квалификации министры могут управлять армией и флотом успешно при условии, что это люди высокого интеллекта и, какие бы профессиональные знания у них ни отсутствовали, они легко смогут получить их у профессионалов-советников.