Читать онлайн «Уго Чавес». Страница 73

Глава 17

«ВЕНЕСУЭЛОЙ ПРАВИТ СУМАСШЕДШИЙ…»

Российские СМИ не были оригинальны, «описывая» Чавеса как не слишком адекватного политика. Создание атмосферы недоверия и недоброжелательности к президенту Венесуэлы велось многослойно, по разным направлениям.

В Венесуэле для изучения особенностей характера и поведения президента «заинтересованные лица» из оппозиции задействовали ведущих психологов и психиатров страны. В чём секрет успеха Чавеса у народных масс? Сколь долго будет длиться магия его воздействия на толпу? Какие стороны личности Чавеса — возможные скрытые пороки, слабости, комплексы — могут быть использованы против него самого? Здесь «пригодились» те бывшие соратники Чавеса, которые клялись ему в верности, но из-за опасения оказаться вместе с ним в тонущей лодке «Боливарианской революции» переметнулись на сторону оппозиции. Микелена с мстительным удовольствием делился с журналистами своими «соображениями» о вменяемости президента, его личных и деловых качествах.

Чавес сместил Микелену с поста министра внутренних дел 27 января 2002 года. «Ментор» сам просил об отставке. Он возражал против ускорения социальных реформ в стране, принятия сорока девяти чрезвычайных законов (в том числе о земельной реформе и углеводородах). У Микелены были острые разногласия с Чавесом по поводу жёсткого курса в отношении оппозиции. «Конфронтационные» решения президента ставили Микелену под удар, поскольку он «гарантировал» олигархическим кругам страны, что сумеет «обуздать» Чавеса. После оппозиционной манифестации 23 января и протестных выступлений меритократов PDVSA Микелена больше не мог оставаться в правительстве. К тому же Чавес на стотысячном митинге своих сторонников объявил день 4 февраля «национальным праздником». Это вызвало протесты лидеров оппозиции: в демократической стране не должны отмечаться события, связанные с вооружёнными попытками захвата власти! В условиях стремительно нараставшего кризиса в стране стали распространяться «психологические портреты» Чавеса, изготовленные в лабораториях информационной войны США. В них утверждалось, что президент болен и не способен исполнять свои обязанности.

Вот текст одного из «портретов», поданный для убедительности максимально «научно»: «Специалисты, “анализировавшие” Чавеса, сошлись в одном: он умеет пробуждать в слушателях, независимо от уровня их образованности и подготовленности, неконтролируемые перепады эмоций. Воздействие его речевой и гестуальной энергетики на толпу столь велико, что она на некоторое время отключается от реалий места и времени, эмоционально подчиняясь оратору, который вызывает у слушателей широкую гамму чувств: радость, экзальтацию, восторженность, обеспокоенность, страх и даже ужас. Но пределы магического воздействия Чавеса определить трудно, только время покажет, насколько прочен его дар, порождающий эмоциональные перепады, близкие к религиозному, а отчасти эротическому, экстазу. Специалисты до сих пор не смогли ответить на вопрос, каким образом возникла у Чавеса эта способность “манипулировать массовым сознанием”.

Мы провели психологическую оценку персонажа, которого знаем только косвенно, через средства массовой информации, через его труды, речи, частые комментарии, устные высказывания в воскресной программе “Алло, президент!”.

Органическое повреждение головного мозга…Органическое повреждение головного мозга выявляется через типичные клинические данные этого расстройства, к примеру то, что он (Чавес) является левшой. А также через другие особенности: импульсивное поведение, отсутствие 205 контроля над своими эмоциями, и по этой причине, без какого-либо самоограничения, оскорбительные выпады в адрес оппонентов. При этом не принимаются во внимание конкретные обстоятельства и не просчитываются последствия, что ставит под угрозу не только его собственную жизнь, но и судьбу всей страны или континента, поскольку он тяготеет к конфликтивным персонажам и правительствам, осуждённым международными организациями (колумбийская герилья, иранское руководство и т. п.).

Агрессивная и необузданная натура Он не обладает воображением, часто повторяется в своих речах, не варьирует их содержание и используемую лексику (“террористы”, “империалисты” и т. д.). Его агрессивная и буйная натура начала проявляться с самого детства. В качестве символа беспощадной конфронтации он использует такой жест, как удар кулаком по открытой ладони. Демонстрируя свою боевитость, он безоглядно разряжается в эмоциональных выпадах и не стесняется проявления своей неспособности сдержать подобные импульсы. То есть он не контролирует свои мысли, стремится извергнуть то, что чувствует. Психиатрически это означает получение стимула извне и реагирование на него без какого-либо предварительного процесса обдумывания. Его идеи — это копии того, что присуще другим персонажам, к примеру Фиделю Кастро, Симону Боливару, Иисусу Христу. Его речи носят затяжной характер из-за его неспособности ограничить рамками не только эмоции, но и реальное время, а его ссылки всегда одни и те же, например Роса Инес, Майсанта, антиимпериалисты. Всё это заставляет нас предположить, что его аналитические способности нарушены, что и объясняет его неспособность ограничить свои выступления. Поэтому они столь громоздки и надоедливы.

Нарциссизм Всё сказанное выше связано с диагнозом органического нарушения умственной деятельности, что приобретает ещё большее значение, когда мы обратим внимание на другие патологические стороны его личности, в частности, на ярко выраженные аспекты нарциссизма. Это проявляется через его поведение, в котором потребность в уважении, восхвалении, идеализации осуществляется через самоидентификацию с такими персонажами, как Симон Боливар и Иисус Христос, что отдаляет его от реальности и временами побуждает к психотическим утверждениям типа: “Единственный лидер, который может руководить страной, это я”. Эти черты личности не позволяют ему терпимо относиться к малейшему проявлению критики или диссидентства. И если кто-то выражает какое-либо несогласие с его мнением, он подвергается дисквалификации и исключению, как это произошло с некоторыми товарищами по партии.

Всемогущество В то же время, как мы могли видеть на встречах с журналистами, наш персонаж не способен выслушивать других и не даёт слова тем, кто задаёт неподобающие, с его точки зрения, вопросы. Он использует грубые выражения, применяет эсхатологический язык, нарушая не только правовые нормы, введённые им самим, но также и элементарные правила сосуществования, что приводит к тому, что его оппоненты и присутствующие вовлекаются в процесс деперсонификации. Другими словами, он парализует своих слушателей, которые воздерживаются от выражения противоречащих ему точек зрения, запуганные тем, чему были свидетелями.