Читать онлайн «Полное собрание сочинений. Том 13. Май-сентябрь 1906». Страница 107

Как видит читатель, взглядам г-на Пешехонова нельзя отказать в цельности, стройности и законченности. От официальной программы с.-р. не много осталось у этого защитника монархии, у этого политикана, оправдывающего кнут на том основании, что этот кнут имеет тысячелетнюю историю. И если господа «настоящие» с.-р-ы[70] могли в течение всего думского периода ловко скрывать такие разногласия, если они могли даже для скрытия их устраиваться в совместной работе в одних газетах, то это только показывает нам, до чего доходит политическое лицемерие.

В чем состоит социально-экономическая, классовая основа эсеровского оппортунизма? В том, что гг. Пешехоновы и Ко подлаживаются к интересам хозяйственного мужичка, подделывают социализм под его интересы.

Возьмите главный вопрос: о земле. Г. Пешехонов дважды повторяет и смакует необыкновенно понравившееся ему изречение крестьян-трудовиков: «нас послали получить землю, а не отдать ее». Действительно, это чрезвычайно знаменательные слова. Но эти слова целиком опровергают мелкобуржуазные иллюзии народничества и подтверждают все положения марксистов. Эти слова показывают наглядно, что уже просыпаются собственнические инстинкты среднего мужика. А ведь только полные невежды в политической экономии и в западноевропейской истории могут не знать, что эти инстинкты тем больше крепнут и развиваются, чем шире политическая свобода и народовластие.

Какой же вывод должен был сделать тот, для кого социализм не пустая фраза, из этих слов разумного, выбранного «массой», хозяйственного мужичка? Очевидно, такой вывод, что носителем социализма подобный класс хозяйчиков быть не может; — что социалисты могут и должны поддерживать класс мелких хозяйчиков в их борьбе с помещиками исключительно ради буржуазно-демократического значения и буржуазно-демократических результатов этой борьбы; – что социалист обязан не затушевывать, а вскрывать противоречие интересов всей рабочей массы и этих хозяйчиков, которые желают усилить и укрепить свое хозяйское положение, будут враждебны всякой идее об «отдавании» земли или чего бы то ни было массе бесхозяйных, нищих, голяков. «Мы хотим получить землю, а не отдать ее»! Может ли быть более рельефное выражение мелкобуржуазных собственнических инстинктов и вожделений?

Социал-демократ делает отсюда вывод: мы должны поддерживать этих мелких хозяев в их борьбе с помещиками и самодержавием ради революционного буржуазно-демократического характера этой борьбы. Положение всего народа улучшится при их победе, но улучшится в направлении улучшения и развития капиталистического строя. Поэтому не льстить должны мы собственническим или хозяйским инстинктам этого класса, а напротив сейчас же начинать борьбу с этими инстинктами, разъясняя их значение пролетариату, предостерегая пролетариат и организуя его в самостоятельную партию, Наша аграрная программа: помогать мелким хозяевам сбросить революционным путем крепостников, указать им на условия осуществления национализации земли, как наилучшего возможного аграрного строя при капитализме, и выяснить все различие интересов пролетария и мелкого хозяйчика.

Социализм мелкого лавочника приходит к иному выводу: надо «считаться» с психологией «массы» (массы хозяйчиков, а не массы бесхозяйных), надо раболепно преклониться пред хозяйским желанием «получить» от помещика, но не «отдать» пролетарию, надо в угоду хозяйчику отодвинуть социализм в туманную «даль», надо признать стремление хозяйчика закрепить свое хозяйское положение; – одним словом, надо назвать «социализмом» прислужничество узкой корысти мелких хозяйчиков и лакейство перед их предрассудками.

Монархические чувства – предрассудок. Может быть, вы думаете, что задача социалистов – бороться с предрассудками? Ошибаетесь: «трудовой социализм» должен подлаживаться к предрассудкам.

Может быть, вы полагаете, что давность и «прочность» (??) монархического предрассудка вызывает необходимость в особенно беспощадной борьбе с ним? Ошибаетесь: «трудовой социализм» выводит из давности кнута лишь необходимость «крайне осторожного» отношения к кнуту.

Правда, воюющий – будто бы воюющий – с кадетами г. Пешехонов целиком повторяет именно кадетское рассуждение в пользу монархии. Но что за беда? Неужели вы не знали до сих пор, что буржуазный радикал воюет с буржуазным либералом только для того, чтобы занять его место, а вовсе не для того, чтобы заменить его программу существенно иной программой? Неужели вы забыли историю французских трудовиков-социалистов… то бишь: радикалов-социалистов, которые «воевали» с французскими кадетами для того, чтобы, попав в министры, поступать совершенно так же, как французские кадеты? Неужели вы не видите, что г. Пешехонов отличается от г. Струве ничуть не больше, чем Бобчинский отличался от Добчинского?

Г. Пешехонов смекает, может быть, что между желанием «получить землю, но не отдать ее» и монархией существует некоторая материальная связь. Чтобы «не отдать», нужно защитить. А монархия ведь есть не что иное, как наемная полицейская охрана тех, кто желает «не отдать», от тех, кто способен взять[71]. Кадетам нужна монархия для защиты крупной буржуазии. «Трудовым социалистам» нужна монархия для защиты хозяйственных мужичков.

Понятно само собой, что из такого мировоззрения «трудовых социалистов» вытекает неизбежно педантски-пошлое отношение к восстанию («печальная возможность»; сравните статьи г. Струве летом 1905 г. в «Освобождении» о «безумной и преступной проповеди восстания»). Отсюда же величественное презрение к «конспиративной организации» и воздыхания, в августе 1906 года, об «открытой социалистической партии». О тех объективных исторических условиях, которые делают восстание неизбежным, – которые вопреки всем предрассудкам темной массы навязывают ей во имя ее насущных интересов борьбу именно с монархией, – которые превращают маниловские воздыхания об «открытой социалистической партии» в воду на мельницу гг. Ушаковых, – об этих объективных исторических условиях гг. Пешехоновы не думают. Поклонники Лаврова и Михайловского должны считаться с психологией забитой массы, а не с объективными условиями, преобразующими психологию борющейся массы.

Подведем итоги. Мы знаем теперь, что значит быть трудовым народным социалистом. Трудовой – это значит: пресмыкается пред интересами хозяйчиков, желающих «получить, но не отдать». Народный – это значит: пресмыкается пред монархическими предрассудками народа, перед шовинистической боязнью отторжения от России некоторых национальностей. Социалист – это значит: объявляет социализм уходящею вдаль перспективой и заменяет узкую, доктринерскую, обременительную для политиканов программу широкой, свободной, гибкой, подвижной, легкой, легкоодетой, и даже совсем раздетой, «платформой». Да здравствуют «трудовые народные социалисты»!