Читать онлайн «На торпедных катерах». Страница 18

катера длится в среднем 5 минут. За это время только одно орудие и один автомат способны выпустить по нему до 30 снарядов. А на кораблях противника установлено по 2-3 орудия и автомата. Следовательно, только один корабль может выпустить по торпедному катеру за время атаки до 100 артиллерийских снарядов. Если же по катеру стреляют несколько кораблей, то огневая завеса еще более увеличивается. Десятки орудий и минометов стреляли по катерам при высадке десанта.

И нужны величайшая смелость и отвага, настоящее мужество, железная выдержка, чтобы пройти сквозь такой огонь. За каждой фразой "Катер прорвался через огневую завесу" кроется настоящий подвиг защитников Родины, подвиг, на который вела катерников беспредельная любовь к Родине и жгучая ненависть к врагу, посягнувшему на ее свободу и независимость, глубокое убеждение в правоте своего дела.

Хитрость и находчивость

"И сила уму уступает" - гласит народная пословица. Экипаж катера дважды Героя Советского Союза Александра Осиповича Шабалина за годы войны потопил семь кораблей и транспортов. Когда молодые офицеры спрашивали у Шабалина, как он добивался успеха, Шабалин обычно отвечал:

- Я никогда не пользуюсь раз и навсегда установленным приемом торпедной атаки. Это был бы шаблон, против которого легко найти противодействие. Я стараюсь каждую атаку строить по-новому, а для этого надо хорошо знать противника: где и какие у него огневые средства, как располагаются его силы. Когда хорошо знаешь противника, легко выбрать у него слабое место, перехитрить и ударить наверняка.

Важно заставить противника действовать так, как выгодно нам. Александр Осипович именно этого и добивался. В одном походе он атаковал вражеские корабли на переходе морем, в другом - поджидал их на подходах к базе и т. д. В любом случае он стремился создавать самые неожиданные ситуации. Все его атаки были подлинным творчеством, и, как всякое творчество, они требовали большого труда.

Однажды, изучая побережье противника, Шабалин обратил внимание на высокие обрывистые берега Варангер-фиорда. Глубины здесь повсюду большие, и это позволяло конвоям противника двигаться очень близко от берега, укрываясь не только в его тени, но и под защитой береговых батарей. Торпедные же катера производили поиск мористее, и они не всегда своевременно обнаруживали вражеские корабли, а иногда и совсем не обнаруживали.

Шабалин решил сделать преимущество противника своим преимуществом. Он подводил катер как можно ближе к береговым скалам и отсюда вел наблюдение. В такой позиции торпедный катер становился менее заметным, в то время как корабли противника четко вырисовывались на фоне моря. К тому же гитлеровцы, ожидавшие нападения, как обычно, со стороны моря, туда и выдвигали корабельное охранение, а со стороны берега ослабляли его.

Пытливый командир подметил и еще одно обстоятельство. Он установил, что противник обнаруживает ночью торпедный катер главным образом, не по силуэту, а по буруну, который создается на большом ходу. Если идти малым ходом, можно подойти к противнику без шума и внезапно выпустить торпеду.

Шабалин так и стал делать. Хорошее знание морского театра и тактики противника давало возможность ему иной раз так скрытно атаковать, что гитлеровцы приписывали гибель своих кораблей столкновению с плававшей миной. К подобного рода действиям Шабалин подготовил и свой экипаж. Каждый моряк на катере обладал большой выдержкой. Комендоры и пулеметчики, например, при торпедной атаке никогда не открывали огня первыми, чтобы преждевременно не обнаруживать себя.

Учитывая высокое мастерство командира катера и его экипажа, командование поручало Шабалину наиболее ответственные задания и часто предоставляло полную свободу действий.

В декабре 1943 года отряд торпедных катеров шел на перехват конвоя, направлявшегося в порты Варангер-фиорда. Шабалину, находившемуся в это время в маневренной базе, было приказано присоединиться к отряду

по пути его следования. Стояла темная ночь. Ветер с северо-запада гнал крупную волну. Плохая погода помешала катерам встретиться. Тогда Шабалину разрешили действовать самостоятельно.

Когда он подошел к месту боя, катера уже завершали атаки. Противник вел интенсивный артиллерийский огонь, освещал район боя осветительными снарядами и прожекторами. Новая атака с ходу могла не дать результата: катер попал бы под перекрестный огонь и противника и своих кораблей. Шабалин решил пойти на хитрость. Не замеченный никем, он занял позицию на пути дальнейшего следования конвоя. И когда изрядно потрепанный противник полагал, что атаки катеров закончились, и повернул на прежний курс, Шабалин скрытно, от берега, атаковал миноносец и сторожевой корабль.

Военная хитрость, находчивость, инициатива на протяжении всей войны были неизменными спутниками советских катерников. И тут надежными союзниками их были темные ночи да ненастная погода. Они скрывали катера от вражеских глаз, снижали точность артиллерийского огня противника. В темноте, в тумане, в вихрях снежного заряда катерники застигали врага врасплох, нападали на него в том месте, где он меньше всего ожидал. Дерзкие, внезапные атаки вносили растерянность и смятение в боевой порядок противника, парализовывали его волю к сопротивлению и приносили катерникам заслуженную победу.

Надо, однако, заметить, что действия ночью и в плохую погоду связаны и с немалыми трудностями. До боли в глазах вглядывались катерники в непроглядную темноту. Нервы, бывало, напряжены до предела. Порой казалось, обнаружили противника, а потом выяснялось, что за силуэт корабля принято низкое облако или высокая волна. Темнота и малая видимость скрывали детали корабля, видоизменяли его очертания, и командирам катеров было очень трудно определить скорость и курсовой угол цели. А ведь от этого зависело попадание торпеды.

Ночью и в тумане встреча с противником, как правило, всегда внезапна, молниеносна, и поэтому экипажам торпедных катеров приходилось быть готовыми в любой момент применить свое оружие против врага. Ведь и

противник не дремлет: он наблюдает за водной поверхностью, выставляет дозоры, и уж если обнаруживает торпедные катера, то делает все возможное, чтобы уничтожить их или преградить путь к цели. Кто кого! И чтобы победить, надо всегда первому увидеть врага, и тут от моряков требовались высокое напряжение физических и моральных сил, исключительная выносливость и упорство. Надеяться. на авось нельзя, тем более при поиске ночью и в малую видимость, когда на каждом шагу тебя подстерегает какая-нибудь неожиданность.

Нелегко обмануть сильного и опытного врага. Но если командиры и экипажи готовы к неожиданным действиям, хорошо знают противника, то, как говорил Шабалин, всегда можно выбрать у него слабое место, перехитрить его и ударить наверняка.