Читать онлайн «Полное собрание сочинений. Том 25. Март-июль 1914». Страница 179

По предложению Каутского совещание утвердило следующий порядок дня: 1. Программные разногласия; 2. Тактические разногласия; 3. Организационный вопрос. Вопреки тому, что совещание должно было ограничиться только обменом мнений, Вандервельде предупредил, что совещание примет решения по всем трем пунктам порядка дня. Делегация ЦК, руководствуясь указаниями Ленина, внесла предложение выслушать доклады делегаций и конкретные условия, которые каждая из них считает необходимыми для обеспечения единства. Благодаря настойчивости большевиков было решено отступить от принятого порядка дня и перейти к докладам по спорным вопросам и к формулировке делегациями конкретных условий объединения.

В центре работы совещания был ленинский доклад ЦК РСДРП, оглашенный Инессой Арманд на французском языке на утреннем заседании 17 июля. Руководители МСБ не дали прочесть текст всего доклада, поэтому Арманд была вынуждена изложить лишь часть его и перейти к условиям единства. Принципиальную постановку вопроса в ленинских условиях единства оппортунисты встретили с возмущением. Плеханов заявил, что это не условия объединения, «а статьи нового уголовного уложения». Мартов, Алексинский, Ионов, Семковский и др. кричали, что доклад ЦК характеризует «нетерпимость ленинцев», что «ленинцы не имели права называть себя «большевиками»», что «условия» – это «насмешка над Интернационалом» и т. д.

Вандервельде и другие пустили в ход угрозы, надеясь запугать большевиков, не скупясь на оскорбления по адресу тех, кого они хотели объединить. Дело дошло даже до того, что был пущен поддержанный Вандервельде и Каутским слух, будто Ленин скрывается в Брюсселе. Делегация ЦК сообщила об этом Владимиру Ильичу, который немедленно отправил руководителям совещания телеграмму о посылке в их адрес материалов, связанных с поездкой Вандервельде в Петербург. Таким образом было удостоверено местопребывание Ленина в Поронине и распространители сплетни были посрамлены.

Защищая ликвидаторов, лидеры МСБ с крайним раздражением встретили конкретные предложения большевиков об условиях единства. Каутский заявлял, что это «уголовный кодекс», «пощечина, требование самоубийства». Вандервельде грозил, что если даже эти условия будут одобрены в России, то Интернационал не позволит провести их в жизнь.

От имени МСБ Каутский предложил резолюцию об объединении РСДРП, утверждавшую, что в российской социал-демократии нет никаких существенных разногласий, мешающих единству. Каутского поддержали ОК и Плеханов, ожесточенно нападавший на делегацию ЦК и Ленина. Ошибочную позицию заняла Р. Люксембург, защищавшая вместе с Плехановым, Вандервельде, Каутским и другими объединение большевиков с меньшевиками. Так как внесение резолюции выходило за рамки полномочий совещания, большевики и латышские социал-демократы отказались участвовать в ее голосовании. Но большинством голосов резолюция МСБ была принята. Польская оппозиция, шедшая на совещании вместе с большевиками и латышскими с.-д., голосовала за резолюцию МСБ. (См. об этом «Польская оппозиция на Брюссельской конференции» и «Польская с.-д. оппозиция на распутье» – настоящий том, стр. 428, 429–430.)

Большевики, руководимые Лениным, отказались подчиниться решениям Брюссельского совещания. Предпринятая оппортунистическими лидерами II Интернационала попытка ликвидировать большевистскую партию потерпела крах. Перед лицом международного пролетариата Ленин, большевики разоблачили истинные цели вождей Интернационала, выступавших под маской миротворцев. За умелое и энергичное отстаивание партийной линии Центральный Комитет выразил благодарность делегации ЦК на Брюссельском совещании (см. настоящий том, стр. 427).

На состоявшемся после Брюссельского совещания частном совещании ликвидаторов, троцкистов, впередовцев, плехановцев, бундовцев и представителей Кавказской областной организации был заключен блок этих групп против большевиков. Брюссельский («третьеиюльский») блок являлся лицемерным прикрытием политически гнилого положения всех его участников; наступивший вскоре распад блока доказал фальшь политики российских и западноевропейских «объединителей» РСДРП.

Исключительный закон против социалистов был введен в Германии в 1878 году правительством Бисмарка в целях борьбы с рабочим и социалистическим движением. Этим законом были запрещены все организации социал-демократической партии, массовые рабочие организации, рабочая печать; конфисковывалась социалистическая литература; социал-демократы подвергались преследованиям, высылке. Однако репрессии не сломили социал-демократическую партию, деятельность которой была перестроена применительно к условиям нелегального существования: за границей издавался центральный орган партии – газета «Социал-Демократ» и регулярно собирались партийные съезды (1880, 1883 и 1887); в Германии, в подполье, быстро возрождались социал-демократические организации и группы, во главе которых стоял нелегальный ЦК. Одновременно партия широко использовала легальные возможности для укрепления связи с массами, ее влияние непрерывно росло: число голосов, поданных за социал-демократов на выборах в рейхстаг, увеличилось с 1878 по 1890 год более чем в три раза. Огромную помощь немецким социал-демократам оказывали К. Маркс и Ф. Энгельс. В 1890 году под напором массового и все усиливавшегося рабочего движения исключительный закон против социалистов был отменен.

«Доверенные люди» – передовые рабочие, выделявшиеся для установления постоянной живой связи между ЦК и местными социал-демократическими группами, а также для создания гибких форм руководства местной работой в крупных центрах рабочего движения.

Задача создания системы доверенных лиц была поставлена Краковским 1913 года совещанием ЦК РСДРП (см. «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», я. I, 1954, стр. 294).

Техническая комиссия «Заграничного бюро ЦК» (Заграничная техническая комиссия, ТК) была создана июньским совещанием членов ЦК РСДРП на заседании 1 (14) июня 1911 года для выполнения технических функций в связи с партийным издательством, транспортом и т. д. Как временный орган впредь до пленума ЦК Техническая комиссия подчинялась группе членов ЦК, принимавших участие в июньском совещании. В комиссию вошли по одному представителю от большевиков, от примиренцев и от польской социал-демократии. Примиренческое большинство комиссии – М. К. Владимиров и поддерживавший его В. Л. Ледер – задерживало выдачу денег для Заграничной организационной комиссии, предназначенных в фонд созыва партийной конференции, а также ассигнования на издание большевистской газеты «Звезда», пыталось задержать выпуск Центрального Органа партии – газеты «Социал-Демократ». В своем органе – «Информационном Бюллетене» Техническая комиссия выступала с нападками на Ленина и большевиков. На заседании комиссии 19 октября (1 ноября) при обсуждении (Извещения» и резолюций Российской организационной комиссии представитель большевиков М. Ф. Владимирский внес предложение подчиниться решениям РОК. Предложение было отклонено, в связи с чем Владимирский вышел из комиссии и большевики порвали с ней всякую связь.