Читать онлайн «100 великих городов мира». Страница 132

Территорией бывшей Джаякерты завладела Ост-Индская компания, которая построила здесь новый портовый город, защитив его стеной и береговыми укреплениями. Однако и в новом городе голландцам не раз становилось жутко, когда гремели бубны и барабаны и воины-индонезийцы, ожесточенные чужеземным вторжением, собирались в лесах вокруг Батавии. В течение долгих лет горожане боялись нападения и не осмеливались выходить за пределы города даже за продуктами. Их доставляли им сюда извне по соглашению с султаном княжества Матарам, а тот не всегда регулярно снабжал их продовольствием.

Созданная на европейский манер, Батавия впоследствии стала столицей Ост-Индской компании на Яве. Со временем торговые связи Батавии расширились, а вместе с ними рос и город, жизнь в котором становилась все роскошнее. Купцы постепенно проникали все дальше в центральную часть острова, а в город съезжалось все больше людей, которые хотели сколотить состояние прежде, чем их скосит лихорадка. Сначала Батавию населяли одни мужчины, но к началу XVIII века в городе появились и женщины.

Как и в других голландских колониях, в Батавии все делалось по образцу родной земли, вплоть до каналов, которые были хороши уже по одному своему замыслу. Кроме того, голландские дамы использовали их как общественные бани, пока не переселились в дома с водопроводами. Во время колониального господства, кроме многочисленных каналов, в городе было построено много каменных складов, жилых домов и церквей.

В течение XVII века Батавия была центром торговли со многими странами, ее склады и корабли были заполнены товарами, прибывающими из всех районов Индонезии, а также из Персии, Индии и Японии. Но в XVIII веке роль Батавии стала падать: в 1732 году в городе разразилась эпидемия малярии, которую доктора бессильны были остановить. Многие жители переселились из города в сельскую местность, а генерал-губернатор перенес свою резиденцию из Батавии в город Богор. Со временем жизнь наладилась, однако к XIX веку старая бухта Сундакелапа уже не справлялась с возросшими перевозками, поэтому в Батавии был сооружен новый порт — Танджунгприок.

В 1942 году Батавия была захвачена японскими войсками. Чтобы заручиться поддержкой местных жителей в войне против США и их союзников, японские власти оказали поддержку некоторым индонезийским лидерам, а заодно вернули городу прежнее название, правда, несколько усеченное. Батавия стала Джакартой. Три года японской оккупации в облике города видимых следов не оставили, так как новое строительство здесь не велось.[51]

Еще и в середине XX века Батавию называли большим поселком и даже большой деревней. Одноэтажные дома с черепичными крышами были окружены палисадниками, в которых росли деревья папайи и банановые пальмы. Их желтоватая листва, выгоравшая под беспощадно палящим солнцем, дрожала в знойном мареве. Новая Джакарта сейчас уже меньше зависит от «милостей природы». Многие гостиницы, офисы иностранных компаний, банки и другие общественные здания оборудованы кондиционерами, окна и балконы прикрыты навесами, и о тропиках напоминает лишь вид из окна.

В 1960-х годах в одноэтажной Джакарте появились первые многоэтажные здания, например, гостиница «Индонесия». А потом темпы строительства стали быстро нарастать, ведь столичные отели — это еще и место, где проходят официальные приемы и деловые встречи. Однако в Джакарте не увлекаются возведением небоскребов, и даже «Дхарма Нирмала» — одна из крупнейших гостиниц в городе — представляет собой группу расположившихся в саду коттеджей. Природа здесь райская, и потому громоздить друг на друга этажи — нелепо.

Большинство населения Джакарты — люди малоимущие или совсем бедняки. Число их не только не убывает, а постоянно растет. Сюда тянутся тысячи людей: разорившиеся крестьяне, не нашедшие работу интеллигенты из провинциальных городов, просто искатели легкой жизни…

Муниципальные власти Джакарты всеми путями пытаются приостановить нескончаемый поток пришельцев полиция разрушает их временные жилища, столицу даже объявляли закрытым городом, но это мало помогает. В сегодняшней Джакарте открыто много массажных салонов, ночных клубов, турецких бань, рулетка в самых различных вариантах — всего этого Джакарта не знала до 1960-х годов. И, к сожалению, именно ночная жизнь обеспечивает городскому бюджету не один миллион рупий, что составляет более четверти всех налоговых поступлений. Так, культурный центр имени Исмаила Марзуки возведен на налоги с игорных домов.

Недалеко от Джакарты возвышается знаменитый храм Прамбанан, построенный более 1000 лет назад. Жители окрестных деревень рассказывают интересную легенду о том, как было создано множество его статуй.

Великан-волшебник полюбил прекрасную принцессу по имени Лоро Джанггранг и захотел на ней жениться.

— Я выйду за тебя замуж, — сказала красавица, — если ты за одну ночь высечешь из камня 1000 статуй и закончишь всю работу до пения петухов.

Вечером влюбленный великан принялся за дело, и к рассвету у него уже были готовы 999 статуй. Оставалось сделать только последнюю, и времени у волшебника было для этого вполне достаточно. Однако коварная принцесса не захотела выполнить свое обещание и велела всем деревенским девушкам постучать пестиком о ступы. От этого шума петухи проснулись и начали петь. Великан, разгневанный таким вероломством, тотчас превратил неверную принцессу в тысячную по счету статую.

«Из Испании, на наших кораблях, мы везли также 72 жеребцов и кобыл, которые прибыли с нами… Там, на этой земле, мы встретили индейцев, именующих себя керанди, — 3000 мужчин с женами и детьми; они принесли нам рыб и мяса, чтобы мы утолили голод. Их женщины носят небольшие повязки из хлопчатой ткани, прикрывая срамные места…»

Таким было первое впечатление первых европейцев, прибывших на территорию современной аргентинской столицы. Около 500 лет назад на правом берегу реки Ла-Плата возник город, которому суждено было стать столицей Серебряной страны, как называют Аргентину. Буэнос-Айрес основывали дважды, поскольку первое испанское поселение, бывшее на этом месте, смели свободолюбивые индейцы кечуа и гуарани. В 1580 году, разбив эти индейские племена, Хуан де Гарай вторично основал город «Вилья Санта Мария де лос Буэнос-Айрес» — «Город благосклонной Святой Марии». Сейчас от названия осталось только «Буэнос-Айрес», что означает «хороший воздух». Рассказывают, испанские конкистадоры так окрестили город потому, что первый из них, вступив на эту землю, якобы воскликнул: «Какой здесь хороший воздух!». Однако климат здесь — это невыносимая жара летом и влажный, пагубный холод зимой.