Читать онлайн «Раиса, Памяти Раисы Максимовной Горбачевой». Страница 108

Часть Нобелевской премии мира, полученной первым и последним Президентом СССР Михаилом Горбачевым, в размере 100 тысяч долларов была истрачена на больных детей. Туда же пошел и гонорар от книги Раисы Горбачевой с символичным названием "Я надеюсь...". Да и многие благотворители за рубежом выделяли средства именно потому, что верили этой спаянной супружеской паре. Верили в их начинания. И в том не ошибались.

Что сказать в заключение? Самое главное сегодня - мобилизация совместных усилий. В первую очередь тех, кто ответствен за финансирование - федеральных и муниципальных властей. Ибо в области чисто медицинской дела обстоят куда благополучнее: лечить умеют, но часто лечить не на что. И все же история борьбы с детскими лейкозами прошла очень важный переходный этап со знаком плюс. И в этом смысле ее можно считать оптимистической трагедией. Будут еще потери. Увы, будут. Но с тотальными поражениями на этом поле покончено.

"Москвичка", № 22, июнь 2000 г.

Конец прекрасной эпохи

Наш богатый безумствами век завершает легенда о великой любви двух бывших членов КПСС. <...>

Они шли, как будто скованные единой цепью: в едином ритме, в едином темпе. Михаил Сергеевич впереди, Раиса Максимовна - рядом. Они шли, не видя суетливых лиц в толкущейся фотопрессе - так скорый не видит всполохов семафоров, дающих ему зеленую улицу. Каждый день вымеряли шагами свою "зеленую улицу" между жизнью и смертью, такую теперь короткую, от одной двери к другой. От зловещей "Трансплантация костного мозга", за которой умерла Raissa Gorbatshova, до легкомысленной Hotel Movenpick, где так хорошо жить и трудно поверить в смерть. Они шагали. И будут шагать всегда, как того требует предание о Gorbi и Raissa.

...А еще они верили. Они умели верить. Они были серьезными людьми. И им надо было много лет.

В 1949 г. Раиса прибыла на Белорусский вокзал, Михаил - на Курский. Он со Ставрополья. Она - с Алтая. Он - из Привольного. Она - из Веселоярска. Радостные названия. Нерадостная жизнь. Города и поселки барачного типа. Малая родина. Большая боль.

Они познакомились на занятиях в школе танцев - будущий юрист и комсомольский вожак Мишка Горбачев и будущий комсомольский философ Раиса Титаренко. Где? В общежитии, на Стромынке. Кто же там не жил, в этих бывших казармах, переделанных под студенческое жилье? Каким удивительным миром была та Стромынка, с удобствами в коридоре и комнатами человек на двадцать с застеленными по-солдатски кроватями. И как там весело жилось будущей культурной элите страны. А вот картинки молодого счастья: "Мы уходили в кино сеанса на три. Накупим пирожков... Хорошие были в Москве пирожки". Друзья, оппоненты, единомышленники. Они вместе учились. Они спорили на бескрайней кухне своего общежития. Они влюблялись на всю жизнь.

Перспективная пара не осталась в Москве, которую оба любили. А возможность была. Горбачеву предлагали работу на кафедре колхозного права. Дипломированные, молодые, влюбленные друг в друга Горбачевы приезжают в Ставрополь. Горби проработал в прокуратуре 10 дней. Потом ушел на общественную работу в горком комсомола. Двадцать три года, целую жизнь Горбачевы не знали, что их пребывание в Ставропольском крае всего лишь стратегический шаг назад, разбег перед взлетом...

Из интервью с Михаилом Горбачевым: "...У нас все в жизни было пополам. Мы все делали вместе. Тащили мой второй диплом, ее диссертацию. Телевизор не покупали, чтобы не отвлекал. До сорока вкалывали на износ. А после сорока еще больше..."

"...Мы выражаем глубокое уважение двум людям, которые любят друг друга: Раисе и Михаилу. Возможно, мы ожидали слишком многого от этих двоих, но никто не имеет права их упрекнуть..." ("Известия",1999 г.)

Кто она? C чего начать, рассказывая о ней? Ee уже нет. Начнем с этого. Болезнь свалилась как снег в июле. Wie Schnee im Juli. As snow in July. Comme la neige. Передавали телеграфные агентства во все концы горестную горбачевскую фразу. О чем это? Как можно тратить на это ценные газетные площади? Но тратили.

Раиса Максимовна Горбачева, супруга первого и последнего президента СССР, умерла рано утром в понедельник. Смерть наступила в университетской клинике немецкого города Мюнстера в 5.00, где Раиса Максимовна с 25 июля 1999г. проходила курс лечения от лейкемии. Она успешно прошла курс химиотерапии и готовилась к операции по пересадке костного мозга, но неожиданно наступило ухудшение... Михаил Сергеевич Горбачев бросил все свои дела и в эти тяжелые дни не отходил от супруги. Даже когда Раиса Максимовна находилась в коме, он часами разговаривал с ней, веря в то, что жена его слышит. Он никогда не скрывал, что Рая (так ласково называл он жену) - его единственная настоящая любовь на всю жизнь. А она была сильной. Сосредоточенной. Она была готова в последний и решительный бой. С кем? Cо смертью, конечно.

...Говорят, став Первой леди, Раиса Максимовна затребовала в семью все существующие фотографии Горбачевых. Она хотела изъять их из истории. Но поколение уцелевших любило фотографироваться. Иначе бы акция Раисы Максимовны удалась. Ее всегда было видно на фотографиях. Она выделялась тонкостью стана, ловко сидящим платьем, энергией лица... В 1967 г. Раиса Горбачева, жена первого секретаря ставропольского горкома партии и преподавательница марксизма-ленинизма сельхозинститута, защитила диссертацию по социологии. И этой своей работой она сказала свое слово в этой вышедшей тогда в СССР из забвения науке. У первого крайкомовского секретаря Горбачева была совсем не крайкомовская жена - и кандидат наук, и с талией, и способная показать мужу, что любить можно не только партию.

Ей бы полагалось исчезнуть, самоустраниться и, пока другие официальные лица сдержанно делают ручкой в камеру, тихо, на цыпочках подняться по запасному боковому трапу, чтобы не попасть в кадр. Ей полагалось быть скромно и добротно одетой в немаркие цвета. Ей полагалось тяготиться обществом. Быть неловкой и застенчивой. "Единственная из кремлевских жен, которая весит меньше своего мужа!" "Коммунистическая леди с парижским шиком!" - кричали заголовки. "Я все люблю. Я все ношу", - отвечала Раиса Горбачева назойливым журналистам.

"Раисе Горбачевой не нужно быть серым кардиналом, чтобы войти в историю. Притягательная, живая, элегантная, порою упрямая и педантичная, но при этом интеллигентная женщина, она уже заслужила себе по меньшей мере сноску в истории горбачевской эры".

Она умерла. Но подрастают английские, немецкие, французские Raissa, названные в честь Раисы Горбачевой. Их конечно же меньше, чем, скажем, маленьких Джекки или Диан, но эти дамы с именем диковатым и странным на европейский слух сумеют напомнить о той, чье имя они носят. Имя - обязывает.