Читать онлайн «Испытание огнем». Страница 108

В середине ноября в нашей армии снова побывал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, теперь уже как командующий 1-м Белорусским фронтом. Приехал он вместе с вновь назначенным командармом генерал-майором Францем Иосифовичем Перхоровичем. Представив его нам, маршал сразу уехал.

В тот же день мы тепло распрощались с Николаем Ивановичем Гусевым, выехавшим к новому месту службы - в 48-ю армию.

Вечером состоялось заседание Военного совета. Новый командующий армией коротко рассказал о себе. В Красной Армии служит двадцать шесть лет, член партии, на фронте - с начала войны: командовал полком, дивизией, корпусом. Потом командарм сразу перешел к делам, указал, что необходимо предпринять для ускорения подготовки войск к боям, на что следует обратить особое внимание при сколачивании соединений и частей, при работе с новым пополнением.

Срок начала наступления пока не известен, но приказ может поступить в любой момент. Необходимо поэтому, чтобы войска были в постоянной боевой готовности. По некоторым сведениям, готовится удар огромной мощи, на широком фронте. Где, когда, какими силами - это будет известно позже. Командующий потребовал усилить разведку. Она должна вестись непрерывно. Очень важно вовремя подмечать каждое изменение в стане врага, постоянно следить за передвижениями его войск.

В заключение генерал-майор Ф. И. Перхорович ознакомил участников заседания с последними данными о положении в фашистской Германии. Особый интерес, пожалуй, представляло то, что гитлеровское правительство спешно формирует фольксштурм. В него мобилизуют юнцов и стариков, ранее не подлежавших призыву. Соединения и части фольксштурма передаются под командование самого Гиммлера и должны служить резервной армией фашистского вермахта. По мнению нашего командующего, не исключалась возможность, что немецко-фашистские генералы попытаются использовать некоторые части фольксштурма и для удержания левобережного района Варшавы. Отсюда командарм делал вывод о необходимости усилить идеологическое воздействие на противника. Среди насильно мобилизованных фольксштурмовцев наверняка найдутся благоразумные, которые предпочтут плен гибели.

Настроение немцев действительно менялось. Пленные, которых время от времени захватывали наши разведгруппы, на допросах дружно восклицали: "Гитлер капут!" Правда, добровольных перебежчиков было пока немного. Но работники отделения по разложению войск противника продолжали свое дело. С помощью мощных громкоговорителей они разъясняли находившимся на левом берегу Вислы немецким солдатам и офицерам бессмысленность дальнейшего сопротивления, призывали добровольно переходить на сторону Красной Армии.

Запомнилась ночь перед рождеством. Как всегда, перед отъездом на передовую работники 7-го отделения зашли ко мне. План передачи был обычным: популярная немецкая песенка, обращение к солдатам на немецком языке, разъяснение советского законодательства об обращении с пленными. Лейтенант Конрад Вольф предложил:

- Давайте прокрутим им рождественскую песенку "Тихая ночь, святая ночь".

- Неудобно, это смахивает на молитву...

- Вот и хорошо. Я уверен, что до тех пор, пока будет звучать эта песня, немцы не сделают ни одного выстрела. А пока они опомнятся, мы успеем прочитать текст.

- Ну что ж, товарищ Вольф, вам, немцу, лучше знать, какие песни любят немцы слушать в сочельник.

Я не оговорился, назвав лейтенанта Конрада Вольфа немцем. Он действительно самый настоящий немец, хотя уже давно не бывал в Германии. Ему девятнадцать лет. Среди работников политотдела Вольф всех моложе, хотя по стажу политотдельской службы не новичок - уже без малого два года трудится в нашем коллективе. Все мы относимся к нему с уважением и, я бы даже сказал, с некоторой долей нежности.

К тому времени у нас в войсках было уже немало немцев-антифашистов, добровольно перешедших к нам из гитлеровской армии. Они активно помогали советским офицерам вести работу по разложению немецких войск, принимали участие в разведке. Но немец-политработник - такое встречалось не часто.

Отец Конрада - Фридрих Вольф, известный немецкий писатель-коммунист, непримиримый борец против фашизма, еще в тридцатые годы, вскоре после прихода Гитлера к власти, вынужден был вместе с семьей эмигрировать из Германии в Советский Союз. Так Кони стал москвичом, учеником 110-й московской школы Краснопресненского района, а его старший брат Маркус сотрудником Всесоюзного радиокомитета (он работал в редакции, которая готовила и вела передачи на Германию).

Когда началась война, отец Конрада сразу отправился на фронт, чтобы вместе с советскими воинами бороться против немецко-фашистских захватчиков. Осенью сорок второго года добровольцем вступил в Красную Армию в качестве переводчика-литератора и его семнадцатилетний сын Конрад.

К нам в политотдел армии он приехал в первых числах января сорок третьего года. Было это на Северном Кавказе, в Кабардинке, где в ту трудную пору размещался армейский штаб. Начальник 7-го отделения Кокушкин привел ко мне совсем еще мальчишку, подростка, представил: наш новый работник. Я долго беседовал с Конрадом, расспрашивал об отце, брате, об учебе в школе. Интересовался, почему он решил оставить школу и пойти на фронт.

- Школу можно окончить и после войны, - с достоинством ответил юноша. А сейчас, когда идет война, самая важная школа - борьба с фашизмом.

Кони, как мы все его звали, прижился у нас. Участвовал в качестве переводчика в допросах пленных, охотно выезжал вместе с офицерами на передний край, где - часто под обстрелом врага - выступал перед микрофоном громкоговорящей установки, призывая немецких солдат переходить на сторону Красной Армии, чтобы сохранить свою жизнь и перестать быть игрушкой в руках клики Гитлера.

В мае сорок третьего года Кони стал комсомольцем. Месяц спустя Военный совет армии присвоил ему первое офицерское звание - младший лейтенант. Летом сорок четвертого он был произведен в лейтенанты, а закончил войну старшим лейтенантом, кавалером ордена Красной Звезды и нескольких медалей.

В составе нашей армии Конрад Вольф прошел боевой путь от предгорий Кавказа до Берлина. На фронте возмужал, стал зрелым офицером-политработником. По моей рекомендации в конце апреля сорок пятого года его назначили военным комендантом города Бернау.

После войны я не порывал связи с Кони Вольфом. В ту пору он учился на режиссерском факультете ВГИКа в Москве. При встречах мы вспоминали о войне, об общих друзьях, о планах на будущее.

- Закончу ВГИК, стану режиссером, постараюсь делать такие фильмы, которые будут предостерегать мир от повторения трагедии второй мировой войны. Это - моя заветная мечта, - говорил он.