Читать онлайн «Неизведанный Гиндукуш». Страница 30

При этом мы страшно уродуем свою обувь, которая от острых краев ледяных заструг приобретает жалкий вид. Несмотря на все трудности, этот отвратительный «лед кающийся» доставляет нам и много радости. Нежные, тончайшие, всегда острые, как лезвие ножа, ледяные иглы сверкают и переливаются на солнце всеми цветами радуги. Игра солнечных лучей создала сфинксов, медведей, оленей, орлов и цветы. Истинный сад радости природы, отнимающий много сил у альпинистов, вызывающий восхищение и одновременно проклятия!

Мы подошли к концу плоского ледникового плато. Круто вверх взмывает перед нами лед. Не привыкший к горам Змарай устал, его мучает жажда, теперь он начинает понимать, что альпинизм состоит не только из созерцания вершин. Он беспрерывно пьет воду из каждой булькающей дыры и сосет кусочки льда. Наши поучения он не принимает во внимание, он упрям и знает все лучше нас. Визи и Виктор уже исчезли за крутым ледовым взлетом, Симон висит на передних зубьях кошек вертикально над нашими головами и вырубает клювом ледоруба удобные зацепки для рук. Чудесный воздушный путь, создаваемый искусной резной работой из голубого льда. Я показываю Змараю, как лучше и увереннее лазать на кошках по вырубленным ступенькам. В ходьбе по льду он, кажется, более усердный ученик, нежели до этого, и у него получается неплохо.

Восхождение становится все труднее. Соскользнуть с крутого склона значило бы исчезнуть в одной из темных трещин. Пока идем еще не связанными. Мы, как альпинисты, можем себе это позволить, но только не Змарай. Симон несет веревку в своем рюкзаке, и я кричу изо всех сил, чтобы он, ради бога, не убегал вперед и бросил нам конец веревки. Привязываемся втроем, Змарай в середине. И после преодоления ледового взлета мы остаемся в связке, ибо ледник местами покрыт снегом. Ледник обманчив, его трещины спрятаны под белым покровом, и никогда не знаешь... Мы идем по следам Визи и Виктора, давно исчезнувших с глаз и, наверное, уже где-то прилепившихся к сомнительной скальной стене, чтобы прощупать ее слабые места.

Почти на высоте пять тысяч метров над уровнем моря достигаем ледового перегиба и можем впервые свободно осмотреть местность. Рядом с нами круто взмывает в небо скальный заградительный пояс, и через некоторое время обнаруживаем на нем две маленькие цветные точки: Виктор и Визи. Они уже достигли половины стены и, кажется, нашли удобный проход. Медленно поднимаемся. Скалы чередуются со льдом. Ледорубы сверкают на солнце, а беспрестанно падающие сверху камни указывают, что порода здесь ломкая.

Мы изрядно устали, подъем сразу на пять тысяч метров в первый день неплохое достижение. С удовольствием садимся на наши рюкзаки, вытягиваем ноги и жаримся на солнце. При этом можем смотреть за нашими товарищами на скальной стене с удобных мест, как в цирке за работой акробатов на трапеции. Они хорошо поднимаются. Видимо, они вышли на несложный маршрут, потому что расходятся и продолжают подъем по двум различным маршрутам. Визи траверсирует влево на скальный гребень, Виктор остается верен кошкам и пробивается прямо вверх по блестящему голубому натечному льду. Иногда он вырубает айсбайлем ступеньки, и падающие куски льда сверкают в солнечных лучах. Вскоре они снова соединяются на верху скального ребра. Преодолено ключевое место нашего шеститысячника. Мы можем быть вполне довольными результатами сегодняшнего дня.

Вообще мы трое хотели разведать северо-западный гребень. Но после того как собственными глазами увидели, что скальный пояс, выводящий непосредственно к северному гребню, проходим, этой работы можно не делать. Рядом с несколькими зияющими трещинами переходим на край ледника к началу кулуара, по которому только что поднимались Виктор и Визи. Часом позже мимо нас с грохотом летят куски льда и камни, а затем слышим ликующие крики наших товарищей, спускающихся по скальному гребню, пройденному Визн.

Визи и Виктор восхищены предстоящим маршрутом по гребню. Мы тоже радуемся тому, что одолели подход к гребню и дальнейший путь совершенно ясен. Наши товарищи уже оборудовали на верху скального ребра склад. Фотоаппараты, небольшой запас продовольствия, одна веревка и куча штопорных ледовых крючьев остались там. Мы же оставляем на том месте, где стоим, все то, что нам не потребуется для спуска. Жаль таскать без дела в горах каждый лишний грамм.

При спуске по леднику выбираем новый маршрут и придерживаемся ближе к западному краю. Так нам удается избежать оба крутых сброса, зато приходится прорубать новую дорогу сквозь «лед кающийся», который мне напоминает джунгли в Западном Непале. «Лед кающийся» ― это ледяной кустарник, ледоруб работает, как кукри (кукри ― кривой нож у непальских солдат-гуркхов). Чуть отвлекшись, я шагаю вперед, забыв, что у меня на ногах кошки, и, зацепившись за ледовую иглу, падаю спиной на лед. Да, «лед кающийся» оставляет следы на моих руках. Даю себе слово быть внимательным с этими коварными, изумительно красивыми ледовыми образованиями. Значительно выше выходим к морене и по ней, как по наклонному гребню, спускаемся в базовый лагерь. Моренный гребень, словно мост, ведет нас через хаос скальных глыб, мимо озера с ледниковой водой темно-зеленого цвета. Моренный гребень упирается в громадный камень, заставляющий нас перелезать через него. Камень лежит на льду, который в его тени не так быстро тает, и на протяжении нескольких метров образует острый гребень.

Визи и Симон уже пришли в лагерь, когда мы трое еще раз останавливаемся на отдых. Скоро зайдет солнце. Становится холодно. Окружающие вершины светятся в желтом вечернем свете. Я устал. Сегодняшний день был очень напряженным. Ночью мы уже чувствуем плоды акклиматизации, которым прежде всего способствовал наш подъем до пяти тысячи метров. Нам не нужно так бороться за воздух, и кошмары больше не снятся. Только мне не везет, я все время кручусь. Меня бросает то в жар, то в холод. Подцепленный несколько дней назад «лангаритис» все еще не хочет выпустить меня из своих когтей. Горькая злоба охватывает меня при мысли, что, возможно, придется остаться в базовом лагере. Как бы я хотел освободиться от этой отвратительной заразы!

Утром снова сияющее небо и, как всегда, ни облачка на синем небосводе. Типичная гиндукушская погода. Змарай жалуется на головную боль и хочет остаться с Ханспетером в базовом лагере. Они могут и здесь быть полезными тем, что наведут порядок в запасах продовольствия. Вообще и я с большим удовольствием остался бы отдохнуть от вчерашнего дня и последней ночи. Но я боюсь, что назойливый «лангаритис» здесь еще скорее даст себя почувствовать, нежели когда я, не замечая его, поднимаюсь в горы. Поэтому я лучше вместе с Симоном, Виктором и Визи доставлю первую партию материалов в высотный лагерь I, а там будет видно.