Читать онлайн «Через все испытания». Страница 71

На одном из участков зенитные малокалиберные пушки и транспортеры вели беглый огонь по нашей пехоте и остановили ее продвижение. Тогда командир орудия гвардии старший сержант Нелетаев и его подчиненные выкатили пушку на прямую наводку и заставили замолчать вражеские орудия. Когда же пошли в контратаку два бронетранспортера с пехотой, Нелетаев первым же снарядом уничтожил один из них. Другой бронетранспортер был подбит расчетом орудия гвардии старшего сержанта Григорова. Контратаку врага удалось отбить.

Связисты второго дивизиона гвардии рядовые Зайцев, Кучугара и Кириенко за двое суток кровопролитных боев на одерском плацдарме, рискуя каждую минуту своей жизнью, устранили более сотни порывов проводной связи, обеспечив командирам батарей и командиру дивизиона непрерывное управление огнем.

При отражении контратак фашистской пехоты и танков командир расчета 57-миллиметровой пушки гвардии старший сержант Читаев подбил танк, а когда противник попытался захватить пушку и уничтожить ее расчет, поднял своих бойцов в рукопашную схватку с фашистами.

При одной из очередных контратак противника наш малочисленный стрелковый взвод не выдержал натиска врага и стал отходить. Читаев со своим расчетом остановил бойцов, заставил их занять оборону вокруг пушки и организованно открыть огонь по противнику. Атака гитлеровцев была сорвана, и сами они откатились в исходное положение.

В ночь на 26 января по приказу командира 33-го гвардейского стрелкового корпуса была проведена перегруппировка сил. 223-й и 225-й гвардейские стрелковые полки переместились в полосу наступления 14-й гвардейской дивизии, сменив ее левофланговые части. 228-й гвардейский после успешных боев за Фишбах был выведен во второй эшелон.

Теперь уже шли бои за расширение плацдарма на западном берегу Одер. Каждый населенный пункт - крепость. Каждый дом, его надворные постройки, каменные, с утолщенными стенами, были приспособлены к круговой обороне. Но, несмотря на упорное сопротивление врага, бойцы успешно продвигались вперед, штурмом брали отдельные дома, населенные пункты. Здесь особенно пригодилась натренированность штурмовых групп. Они решали исход многих боев за отдельный дом или целый населенный пункт.

В ходе боев 33-й гвардейский корпус получил новую боевую задачу ударом на юг, обойдя город Бриг, завершить окружение группировки противника, действовавшей в этом районе. С юго-востока из района Ратибор, навстречу 33-му корпусу, наносила удар 21-я армия. Главный удар 9-й гвардейской воздушно-десантной дивизии корпуса был направлен на юго-восток, на соединение с 21-й армией. 78-я гвардейская дивизия 29 января вернула занимаемый рубеж 14-й гвардейской дивизии и в ночь на 30 января сосредоточилась левее воздушно-десантной дивизии в районе Шайдельвиц, Михельвиц с задачей окружить противника в Бриге и уничтожить его.

Город Бриг - один из вражеских форпостов на реке Одер - город-крепость. Его оборонял крупный гарнизон, усиленный танками, самоходно-артиллерийскими установками и бронетранспортерами. С северо-востока город был прикрыт Одером, с запада и юга опоясан полукольцом крупных укрепленных населенных пунктов.

Противник оказывал упорное сопротивление наступающим штурмовым батальонам, вел непрерывный артиллерийско-минометный и пулеметный огонь, бомбил боевые порядки и тылы полков, дивизии, организовывал контратаки танками с пехотой. И все-таки к исходу 4 февраля пали последние укрепленные населенные пункты. 228-й гвардейский полк овладел Ней-Бризеном, 225-й Линденом и Грюнингеном, 223-й - Пампицем.

Нужно сказать, что бои за село Грюнинген заставили нас сильно поволноваться. И само село, и аэродром, находившийся поблизости от него, обладали мощными укреплениями, все подступы к ним были под огнем артиллерии. К тому же противник имел здесь большое количество танков, авиации. Фашисты использовали все средства, стремясь во что бы то ни стало остановить продвижение наших войск, не дать им овладеть Грюнингеном. Гитлеровцам удалось отбить несколько атак 225-го полка. Наступление на некоторое время приостановилось.

Командир дивизии выехал в полк, чтобы на месте изучить обстановку, принять соответствующие меры, которые обеспечили бы успех боя. Поехал в полк и я. Нужно было встретиться с политработниками, партийным и комсомольским активом.

Гвардии майор Д. К. Орлянский встретил нас, подробно доложил о сложившейся обстановке, не скрывая беспокойства за успех предстоящего боя. Командир полка ни словом не обмолвился о том, что сил для преодоления заслона, поставленного фашистами, недостаточно, а говорил лишь о том, как лучше перехитрить врага, добиться победы с наименьшими потерями. И это генералу Мотову понравилось: он как-то сразу повеселел, стал еще внимательнее слушать командира полка, одобрительно кивая.

- Хорошо, что вы нацелены на победу имеющимися силами и средствами, сказал генерал, выслушав доклад Орлянского. - С резервами туговато. И все-таки дам вам в помощь разведроту. Ребята там боевые, смелые, закаленные в боях. К тому же вас поддержит третий дивизион 158-го гвардейского полка. Капитан Сеземин обещал огонька не жалеть. Так что в обиде не будете...

Майор молча улыбнулся, что лучше любых слов выражало его благодарность.

- Посмотрите на него, - обратился ко мне генерал. - Ему дают подкрепление, а он вроде бы и недоволен. Может, своими силами обойдешься?

Орлянский бросил быстрый взгляд на меня и, повернувшись к комдиву, ответил:

- Как прикажете, товарищ генерал!

Мотов махнул рукой и пошел осматривать позиции. Я попросил пригласить в штабную землянку политработников, секретарей партийных организаций.

Они заходили по одному, по двое, здоровались, рассаживались кто где мог, тихо переговаривались. Были среди них и те, кого я знал уже давно, а некоторых видел всего лишь несколько раз. Смотрел на их лица и думал о том, что через час или через два все они окажутся в первых рядах атакующих, личным примером будут увлекать за собой личный состав, и кто знает, может случиться так, что кого-то из них завтра уж не увижу. Сколько так бывало: побеседуем, помечтаем с человеком, а через час-другой его уже нет в живых.

Думалось и о другом: успехи в боевых действиях, стремительное наступление наших войск кое-кому вскружили голову. Стали наблюдаться случаи понижения бдительности.

И что особенно беспокоило - некоторые партийные организации не придали этому особого значения, не принимали решительных мер к тому, чтобы поставить прочный заслон настроениям шапкозакидательства. Так случилось в батарее, где партийную организацию возглавлял гвардии старший сержант Черкашин. Его пришлось освобождать от обязанностей парторга, ему был объявлен выговор.