Читать онлайн «Я нашел смысл жизни: Автореферат мировоззрения с эпизодами автобиографии». Страница 58

Очевидно, для того чтобы построить общую теорию Вселенной, вся сфера научной деятельности должна соответствовать структуре окружающего мира. Уровням развития материи соответствуют естественные науки – физика, химия, биология и др. Внутри каждой науки можно выделить естественные предметные области, такие как физика элементарных частиц, физика твердого тела и т. д.

Предметную область человеческого познания будем считать наукой, если:

– основная цель деятельности в этой области – поиск новых знаний и расширение теории Вселенной с сохранением ее адекватности (относительной истинности);

– в этой области существует общепринятая, разделяемая большинством ученых логика данной предметной области.

Особую роль в научной деятельности играют логика, математика и философия, которые не являются науками в приведенном выше смысле.

Логика является основой науки, так как именно в ней развиваются такие понятия, как модель, теории, истина и др., составляющие основу научного подхода, но логика не извлекает новых знаний из окружающего мира.

Математика также не дает новых знаний об окружающем мире. Например, в геометрии из аксиом выводится любое утверждение. В природе отсутствует даже одно из основных математических понятий – число. Два – это не число, это просто наличие противоположностей, например, свобода и необходимость, ноль и единица. Любое число – это просто удобная запись комбинации нулей и единичек, комбинации противоположностей. Рано или поздно любое доказательство будет делать компьютер. Математика предоставляет всем конкретным наукам инструмент для построения и исследования теорий. Только математически доказанные наблюдаемые факты могут быть приняты как относительно истинные. Логика и математика представляют необходимость в научной деятельности.

Основная мотивация развития философии – поиск общей идеи существования, из которой можно было бы вывести смысл жизни конкретного человека. Несмотря на то, что большинство людей согласны с тем, что все существующее в этом мире подчиняется действию каких-то общих принципов, всеобщего согласия относительно общей идеи нет. Именно поэтому философия всегда останется совокупностью предположений, в обоснование или опровержение которых можно привести только рассуждения или факты, но не доказательства, и именно поэтому философия не является наукой.

В науке можно либо измерить, либо констатировать, либо доказать, причем предполагается согласие всех занимающихся этой наукой по интерпретации фактов, методам доказательства и по конкретному доказательству. В философии это практически исключено. Все доказанное переходит в область науки, тогда как все, что принципиально нельзя ни доказать, ни опровергнуть, остается в области философии.

Общепринятой теории Вселенной пока нет, каждый философ строит что-то свое, а основные проблемы неразрешимы ни логически, ни экспериментально. Философы ищут смысл существования, в рамках которого можно было бы объединить знания всех наук в единую теорию Вселенной. Философия в отличие от логики и математики олицетворяет свободу в научной деятельности.

Законы существования Вселенной, познаваемые наукой, не могут быть проданы – они принадлежат всему человечеству. Открытия в науке могут принести авторам какое-то вознаграждение, но не могут быть основой бизнеса, по крайней мере, для самих авторов. Ученые стремятся скорее к признанию, чем к извлечению выгоды, поэтому основным стимулом, способствующим развитию науки, является честолюбие, подогреваемое тщеславием, которое удовлетворяется не материальными благами, а моральным признанием – званиями, наградами, премиями.

Стимулировать исследования, которые не могут быть проданы, способно только общество. Государство морально обосновывает необходимость научных исследований в области освоения космоса, создания новых видов оружия, обеспечения безопасности, поиска новых источников энергии и т. д. и финансирует эти исследования из государственного бюджета. Финансируя науку, государство берет ее под контроль. Оно решает, что перспективно, а что – нет, кому и сколько платить, вводит всевозможные правила, запреты и цензуру. Нет ничего более абсурдного и вредного для науки, чем министерство науки, управляющее научной деятельностью, определяющее приоритетные направления, распределяющее ресурсы и т. д. Тем не менее, другого способа финансирования науки пока нет.

Так называемая прикладная наука стимулируется деньгами. Она имеет непосредственное применение и продается, но главная ее задача – проверка положений фундаментальной науки.

Вторая сторона интеллектуальной деятельности (прикладные дисциплины) связана с улучшением условий существования человека. Человек изобретает продукты питания, одежду, жилье, коммуникации и т. д. для улучшения качества своей жизни. Любое достижение в этой сфере деятельности может быть предметом бизнеса, поэтому деньги, а следовательно, частный бизнес определяют выгодные направления инвестиций.

В этой прикладной деятельности используются результаты науки, которые, таким образом, проходят еще одну проверку. Косвенный эффект прикладной интеллектуальной деятельности заключается в тестировании и совершенствовании теории Вселенной.

Мои диссертации

Мои диссертации – это не научные работы, это описания моих программных комплексов с некоторыми обобщениями. Интересно, что приличные ученые пропускали мои работы спокойно и даже с пожеланиями, а люди мелкие, как правило, даже не понимающие, о чем идет речь, выступали против. Там не было теорем, и это приводило их в ужас. Нервы я попортил изрядно. Я бы и не взялся, если бы знал заранее, чего это будет стоить.

Первую свою систему я сделал в рамках одного договора, причем руководитель этого договора сказал, что на ней можно защитить диссертацию, в чем я сильно сомневался, не видя здесь никакой науки. Тем не менее, я сделал систему, написал и защитил диссертацию. Мне это стоило мучительных моральных переживаний и страшной нервотрепки. На банкете после защиты шеф сказал, что он рисовал мне возможность подготовки диссертации на базе этой работы, но что на самом деле он не ожидал, что это действительно можно сделать.

В это время я уже работал в Академии наук, и мне не хотелось программировать просто так. Я никогда не был ученым, но, к сожалению, довольно долго на этой ниве подвизался. Тем не менее, совесть моя не напрягается сильно. Во-первых, настоящих ученых не просто мало, а очень мало. Из этих настоящих еще меньше тех, которым действительно улыбнулась удача что-то в этом мире познать.