Читать онлайн «Леонид Кучма». Страница 108

Когда в 1998 году встал вопрос о втором сроке Кучмы, я был главой крупнейшей парламентской фракции НДП (92 человека). Пришел к Кучме и говорю: Леонид Данилович, давайте будем искать хорошую кандидатуру, но не вашу. К вам нет доверия среди населения, честно вы не победите. Давайте найдем кого-то вместо вас и будем двигать. Он мне говорит: нет, я не все сделал, а ты меня предаешь, почувствовал, что я шатаюсь, и ищешь причину, как бы от меня отойти.

«Леонид Данилович, говорю, - чтобы вы не подозревали меня в карьеризме, заявляю: я умру на выборах за вас! Но при двух условиях - мы идем на выборы честно. Я понимаю, что, скорее всего, мы их проиграем, но я буду ползать, буду умирать за вашу кандидатуру, чтобы вы не говорили, что я вас предал. И второе: мы не берем бандитов в свою команду, мы их изолируем, так как изолировали Лазаренко». От президента я получил негативный ответ, по обоим вопросам. После чего сказал в глаза Кучме: тогда я буду против вас.

Потом появилось знаменитое заявление, на съезде Народно-демократической партии я огласил свою позицию. Вспомните, что в 1999 году НДП предложила Кучме платформу, приняв которую президент обеспечил бы себя поддержкой народных демократов. Но Кучма сказал: еще НДП не диктовала мне, каким я должен быть! В результате партию, которая ставила интересы государства на первый план и поэтому была страшна для Волкова, Суркиса и прочих, решили уничтожить. И вы сейчас видите, что произошло с НДП…

А вообще с Кучмой в первые годы можно было говорить, он воспринимал аргументы. Но властность и амбициозность сыграли свою роль, а может, он подумал: почему я столько лет президент, и ничего себе не нажил? В первое президентство Кучма нормально воспринимал критику, но с 1999 года пошли масштабные планы ограбления страны, и Кучме стало ближе окружение Медведчука и Суркиса. Чисто в психологическом плане. Он при встречах начал говорить мне: ну что ты мне настроение портишь? Потому что я видел свою роль в том, чтобы объективно президенту рассказать о проблемах (а их тогда достаточно было). Он же, видимо, это не очень любил. Гораздо приятнее слушать беспроблемных Волкова и Медведчука. Мне говорили - не говори Кучме много о негативе, говори больше хорошего. Но я не мог такого воспринять.

Теперь о роли Кучмы в новейшей истории Украины. Есть объективные процессы. Роль вождей в истории важна, но не сверхважна. Развитие, процессы объективно идут самостоятельно. А власть может либо подталкивать эти процессы, либо тормозить. Был ли Кучма реформатором, талантливым организатором? Нет. Был ли Кучма диктатором, узурпатором? Нет, потому что и диктатор должен быть сильным. Слабость Кучмы проявляется в любом векторе - позитивном или негативном. Поэтому Украина не так тормозилась, как тормозил бы ее разумный узурпатор, и не так развивалась, как развивал бы ее талантливый реформатор. Кучма удовлетворялся тем, что к нему плыло, что получалось без его участия. То есть это был президент, который реально ничего не делал в этой стране, и период «кучмизма» - это период жизни с запахом ненасытности и вседозволенности, диктатом и преследованиями. Но в этом не вина Кучмы, это вина его окружения.

Можно сказать, что в общем-то и не было достижений или провалов в эпоху Кучмы, достойных истории. Кучма нас не привел в ЕС, Кучма нас не сдал в ЕЭП. Было метание, поиск какой-то, но поиск безрезультатный. Все, что произошло, произошло вопреки действиям Кучмы, но не благодаря им…»

На протяжении последних лет Россия демонстрировала почти полное безразличие к развитию политической, экономической, социальной ситуации в Украине. Путин не использовал ни одной из возможностей повлиять на развитие событий в Украине зимой 2000-го - ни блокированием контракта по поставкам Украине туркменского газа, ни путем ужесточения требований по условиям транзита российских нефтепродуктов в Западную Европу, ни какими-либо иными методами. В итоге Путин добился от Кучмы только тех заверений, которые тот хотел дать, то есть обещания усилить контроль за «движением углеводородов» по территории Украины и «разрешения» на проведение «обводной трубы» через Беларусь и Польшу. Решено было действовать другими методами…

В декабре 2000 года Национальный разведывательный совет США, который является самым высоким аналитическим органом американского разведсообщества, напечатал исследование «Глобальные тенденции 2015: диалог с неправительственными экспертами». По этим прогнозам, до 2015 года США становятся лидирующей силой в мире. В то же время Евразия превратится в чисто географическое понятие, не обладающее объединяющими культурными, геополитическими, экономическими, политическими реалиями.

В соответствии с теми же прогнозами, в 2015 году в России будут проживать, в отличие от сегодняшних 146 миллионов, 130 - 135 миллионов человек. Ей вряд ли удастся интегрироваться в мировые торговую и финансовую системы. Даже по самым оптимистическим прогнозам при 5 процентах экономического роста ежегодно ее потенциал составит всего 20 процентов американского.

Это, кстати, объясняет и то, почему Россия так сильно заинтересована в Украине. Известный российский политик Дмитрий Рогозин считает: «Мы небольшая нация, 145 миллионов на такой огромной территории - мизер. Мы не просто бедные - нас еще и просто мало».

Некогда Ломоносов прорицал, что богатство России будет прирастать Сибирью. В последние годы ее политика была направлена на то, чтобы «прирасти» Украиной - наши транзитный, экономический, геостратегический, военный, а главное - человеческий потенциал, имеют для нее большое значение. Кстати, в немалой степени благодаря нам осваивались и Сибирь, и Средняя Азия, и Крайний Север. Вы не хуже меня знаете, сколько украинцев и сейчас живут в тех краях.

Стратегия России в последние годы президентства Кучмы заключалась в том, чтобы убедить нас, будто Украину на Западе никто не ждет, что нам остается только один путь - назад в объятия старшего брата.

Серьезным испытанием для Кучмы оказались парламентские выборы 2002 года. Тогда к урнам пришли 60 процентов избирателей. Результаты голосования, когда пропрезидентский блок «За єдину Україну!» получил меньше голосов, чем оппозиционная «Наша Украина» (большинство помогли сохранить многочисленные мажоритаршики, примкнувшие к властным силам), должны были насторожить президента. Но не насторожили, и это говорит об утрате жизненно важного для политика умения критически взглянуть на себя самого.

Директор Института СНГ Константин Затулин не относится к числу моих политических любимцев, однако не могу не процитировать его высказывания по этому поводу. В щекотливой ситуации, по мнению Затулина, оказался президент Кучма. На какие силы он мог опереться? Его «собственный» блок «За єдину Україну!» - всего лишь конъюнктурное образование, не способное на самостоятельные действия и готовое повернуть вместе с президентом и в ту, и в другую сторону.