Читать онлайн «Тревожные сны царской свиты». Страница 252

Реформаторы, а ныне «Союз правых сил», претендующий на симпатии либерально настроенных избирателей, так как опорными позициями их общефедеральной философии являются права человека, испытывают дискомфорт. Устами прагматика Чубайса они поддерживают самую жесткую позицию по отношению к чеченским событиям — война до победного конца. Что это? Вымывание идей либерализма в умах правых или конъюнктурный ход? Нелепо поддерживать наступательные действия по искоренению террористов в Чечне и одновременно выступать против ужесточения въездного режима в Москву, препятствующего проникновению террористов на территорию города. Никакой логики, никаких принципов.

Акции в Чечне проводит Владимир Путин, с именем которого младореформаторы связывают свои надежды на возвращение в коридоры власти.

А в Москве действует их политический оппонент — мэр Москвы, подчеркиваю, не коммунисты, не олигархи, на борьбу с которыми якобы были заряжены и Чубайс, и Немцов, и все остальные младобарабанщики в пионерских галстуках, а Лужков, который, в отличие от всех остальных, в период реформ создал нечто. Однако за все в жизни надо платить, и в этом случае произойдет то же самое, коммунисты не пройдут, а ворвутся в Думу на спинах младореформаторов и олигархов. Но это произойдет чуть позже. А пока, занимая жесткую позицию по Чечне, реформаторы, атакуя своих коллег по либеральному фронту, жонглируют такими словами, как «предательство Родины», «позор», относительно тех, кто не поддерживает безоговорочно Путина в Чечне. Однако в 1994–1996 годах именно «Демократический выбор России», одним из лидеров которого являлся Анатолий Чубайс, на всех перекрестках кричал о правах человека. А Борис Немцов собирал миллион подписей под требованием остановить военные действия в Чечне. Демократическая оппозиция буквально терзала военачальников, обвиняла их в бездарности, неумелости и политическом позоре.

Действительно, армия воевала малоудачно и потери были столь велики, что молчать об этом было невозможно. Но именно раскол в обществе лишал армию уверенности. Армия чувствовала безволие политиков за своей спиной и не в последнюю очередь поэтому совершала свои неудачности и ошибки.

Будем честны: понеся значительные потери, армия тем не менее загнала боевиков в горы, приспособилась к местности, овладела тактикой ночного боя и была в миге от завершения операции. Но именно в тот момент армию остановили политики и криминальный бизнес, что позволило солдатам и офицерам сказать вслух: «Нас предали». Боевики оклемались, и армия пережила грозненский позор.

Не случайно обвинение по Чечне было главным пунктом импичмента.

Парадокс: спустя неполный год то, за что президенту объявляли импичмент, сегодня превозносится едва ли не как подвиг премьера.

Нет тех жертв — это верно, хотя нет и информации о жертвах истинных. Дело в другом. Страх, рядом стоящий, всегда страшнее страха, отдаленного во времени, территориально.

Правые в роли скоротечных ястребов выглядят бутафорно и карикатурно. Этот маневр не приведет к расширению электората правых в массе державно настроенного населения, не бросит патриотов в объятия Немцова, Чубайса, Кириенко. Непросто так сразу полюбить «приспешников империализма», как их клеймили и коммунисты, и патриоты.

Почему правые рассчитывают на поддержку Путина? Потому что с надеждами на их успех, успех реформаторов жил Борис Ельцин. Он испробовал несколько вариантов, тасуя младореформаторов на свой лад, не оставляя навязчивой идеи, что он не ошибся, поставив на них. Ельцин и поныне считает, что реформы в России были обречены на успех, им просто не дал состояться враждебный президенту парламент. Как вы помните, он это повторил в своем ежегодном послании, сделанном в 1999 году.

Почему реформаторов всегда устраивал Борис Ельцин? Ну, во-первых, это была некая благодарность, он привел их к власти, а во-вторых, потому, что для президента экономические лекции Гайдара и Чубайса были уподоблены путешествию на планету Сатурн. Чуть позже лектор сменился, им стал Борис Березовский, человек с достаточным экономическим кругозором, чтобы поразить воображение президентской семьи. Правда, его лекции были более приземленными, они, скорее, напоминали руководство к действию: «где купить», «когда продать», «кого продать», «кем заменить».

На сегодня Путин опирается на Бориса Березовского и блок «Единство», блок дотационный. В случае успеха на выборах все 50 субъектов власти, они же губернаторы, начнут выдаивать бюджет по полной программе.

Никто президентов за так не делает. Нелепо же предполагать, что с президентским блоком станут расплачиваться Борис Березовский со своими подельщиками. Он же вас предупреждал: «Надо научиться тратить чужие деньги». Вот предполагаемый президент и будет расплачиваться не его деньгами, то есть Березовского, а нашими, то есть бюджетными.

Ну как не согласиться после этого с Борисом Абрамовичем, что в его лице нищая Россия приобрела отечественного Дэн Сяопина!

Правые нужны Путину не как сдерживающая олигархов узда, на узду они не потянут, а как стая, кусающая олигархов за пятки. Ему не нужна сила, способная положить конец коррупции и криминалу, такой силой является управленческая философия Примакова. Да и сам Примаков, кое-что знающий и кое-что умеющий. Путину нужен хор осуждающих коррупцию и криминал, который будет завывать реквием в нужное время. И тогда он сам, опираясь на олигархов, вместе с Рушайло станет выпалывать это поле по своему усмотрению — «наш криминал», «не наш криминал».

Заметим, что в блоке Шойгу самые одиозные с этой точки зрения губернаторы и президенты: курский, калининградский, приморский, чукотский, калмыцкий плюс группа единомышленников.

Возможно ли слияние блока правых в случае успеха на думских выборах с коррупционерами, которым протежирует Березовский вкупе с Кремлем? Мне думается, это равносильно самосожжению правых, а вместе с ними и демократических идей, на волне которых поднялись младореформаторы. Скорее всего, это маловероятно. Следовательно, конфликт обнажится уже в январе-феврале 2000 года, когда реформаторы начнут поспешно отмываться от березового клея.

Это в случае победы. Ну а в случае поражения правым ничего не остается, как встать в очередь и записываться на прием к Шойгу. Однако правые рассчитывают на победу. А потому конфликт неизбежен. Путин чувствует эту опасность, чувствует ее и Кремль. И Березовский, опережая опасения премьера, срочно разрабатывает страховочный вариант, бесспорно согласованный с премьером.

Жириновский не сходит с телеэкрана. Для этого используется любой повод. Уже ни у кого не вызывает сомнений, что даже скандальное аннулирование одного блока, перерегистрация его в другой, потом восстановление, потом опять аннулирование — все это используется как информационный повод для раскрутки ЛДПР. Рейтинг ЛДПР начинает расти, уже нет сомнений, что она пройдет в Государственную Думу. ЛДПР поддерживает Путина, как она поддерживала Черномырдина. Шутовство Жириновского воспринимается властью благосклонно, она очень рассчитывает на сына юриста, полковника Жириновского. Таков печальный итог единения высоких принципов якобы демократической власти. Там еще на подходе где-то НДР, и в итоге мы получаем: «Единство» + ЛДПР + блок «Правых сил» и плюс НДР.